Search for:
 

Enigma

«Я начал писать хиты, как только продал своё пианино»
М.Крету

Кре(а)ту

Сейчас всё это можно расценить как один большой прикол, особенно если придерживаться в оценке этого проекта первых чумовых успешных лет существования. С них, как ни весело, всё началось, и чей показатель, как ни грустно может кому-то быть, Михаэлю Крету никогда не превзойти. Прикололся он в 1990 году над человечеством по принципу «Я его слепила из того, что было». И какое-то время масштабно пудрил людям мозг, скрываясь за псевдонимом Curly MC и нежеланием афишировать background. Пока не пережил парочку неприятных эпизодов, связанных с судебного порядка обвинениями в незаконном использовании тех или иных сэмплов, которыми кишела продукция Enigma. C другой стороны, идею Крету создать в поп-музыке столь уникальную звуковую мешанину в нужное время, нельзя недооценивать. Его продюсерская и творческая прозорливость пришлась по душе миллионам людей и отразилась в десятках аналогий разной степени качества и заимствования. Всё-таки, создать в современной, быстро умирающей музыке целую идеологическую платформу не так просто. Зависающие нынче на знойном поп-, сладком рок-, эм…. ритм-энд-блюз- и прочем пук-ширпотребе жертвы отморозков из холодильников может и не помнят, в чём суть дела, но эту музыку наверняка слышали. Может из спальни родителей или из комнат старших братьев и сестёр. Чего уж тут стесняться. Very sexy.


Ты помнишь, как всё начиналось?

Бесспорно плодовитый и талантливый человек Михаэль Крету, совмещающий уже давно в себе десяток музыкальных и технических профессий, собственно, и является телом и душой Enigma, самого известного в мире ambient проекта. Родился он в Румынии, 18 мая 1957 года и свои музыкальные способности стал демонстрировать ещё в раннем возрасте. В 1965 году его принимают в Бухарестский Лицей №2 для музыкально одарённых детей на отделение фортепиано. В течение 1968 года он продолжил обучение в Париже; как признаётся сам, в парижских народных волнениях того времени участия не принимал. В 1975 году молодой Михаэль перебирается в германский Bad Homburg и успешно поступает в Музыкальную Академию во Франкфурте. Шеф Академии, профессор Philipp Mohler, впечатлённый способностями Крету, всячески содействовал набухающему знаниями молодому человеку, вплоть до 1978 года, когда Михаэль с отличием окончил Академию и стал работать сессионным клавишником и аранжировщиком. Судьба сразу же столкнула его с Frank Farian, человеком, стоящим за успехом Boney M и Milli Vanilli. Крету работал на других (Peter Cornelius, Hubert Kah, Moti Special, Mike Olfield, Sylvie Vartan), но и о себе не забывал. В том же году музыкант записывает свой первый сольный сингл “Wild River”, а через год – полный альбом “Moon, Light&Flowers” (немецкая версия называлась “Ausgewaehlte Goldstuecke”). В 1983 появился второй сольник “Legionaere”, в 1985 – третья работа “The Chinese Wall” (другая версия “The Invisible Man”). Пелось всё самим Майклом, параллельно на двух языках, и успехом пользовалось скромным. Но работы и таланта хватало; в 1980 году Михаель получает свой первый «золотой» диск. Практически все проекты, к которым прикасался Крету, при ближайшем рассмотрении несли его чёткие аранжировочные отпечатки и характерные гармонические решения, которые к чести музыканта остались узнаваемыми до сих пор. В 1985 году он в качестве клавишника стал выступать с трио очаровательных девчушек “Arabesque”, тон в котором задавала 16-ти летняя Sandra Ann Lauer. Ясен перец, румын на неё запал и создал ей первый сольный супер-сингл “Maria Magdalena” (№1 в 30 странах, альбом “The Long Play”, 85). И пошло, поехало. Крету стал продюсером ещё шести последующих альбомов Sandra + один Greatest Hits (всего 7 миллионов проданных единиц). В 1988 году они поженились, и тогда Крету как бы между прочим задумал, наконец, осуществить свою давнюю мечту и замутить доселе неслыханную new-age-dance тему.


Счастливая парочка

И у него получилось. В 1990 году Михаэль предложил своему лейблу некий трек “Sadness, part I” без опознавательных знаков, представляющий собой тщательно сотканное звуковое полотно из грегорианских хоров, клубных битов, таинственного женского голоса, произносящего что-то по-французски, большого количества этно- и поп-элементов и сэмплов, совершенно различного происхождения. «В музыке не было ни припевов, ни куплетов, — говорит автор. – Если я попрошу тебя напеть мелодию, то у тебя не получится, потому что эта музыка базировалась только на настроении и атмосфере». Атмосфера была на стыке эротики и религии, хотя Михаэль утверждает, что все альбомы Enigma именно чувственны, а не сексуальны. Неожиданно для самого Крету, трек “Sadness, part I” стал набирать бешеную популярность. Особенностью работы являлся не сам по себе набор удачно составленных сэмплов и характерный звук флейты Shakuhachi, а любопытное ощущение межкультурности, полного стирания стилистических рамок и национальной принадлежности вперемешку со средневековым духом. Этим самым духом проникся даже американский рынок, обычно презрительный к европейской экспериментальной музыке. Последовавшие за “Sadness, part I” полновесный дебют “MCMXC a.d” и серия синглов с экспандированными ремиксами произвели фурор. Михаэлю, обожавшему в прошлом романтизм Брукнера и мечтавшему стать концертным пианистом, удалось заложить в фундамент нынешней поп-музыки нехилый кирпичик. Менеджер Pink Floyd сказал, что “MCMXC a.d” – это “Dark Side Of The Moon” 21 века, а журнал Billboard признал в Enigma Pink Floyd девяностых. Ведомый неуёмным желанием сохранить вокруг своего имени и проекта инкогнито, Михаэль решил практически не указывать на буклете “MCMXC a.d” ни чинов, ни имён® и тем более не сообщать ничего проливающего свет на создание альбома. «Я хотел, чтобы люди не спекулировали на моём имени, а оценивали мою музыку в чистом виде». Даром ему это не прошло, но всему своё время. Все женские стоны, придыхания и многозначительные «телеги» на французском языке на тему жизни и творчества Маркиза де Сада изначально планировалось доверить одной французской певице. Но боссу компании Virgin Richard Branson так нравился голос Сандры, что он настоял на её участии в проекте. Загадочности музыке Enigma добавляли и красочные видео-клипы, которые больше напоминали обрывки из снов или какие-то спонтанные фантазии. «Конечно, говорит Крету. – Ведь музыка это и есть мечта. Режиссёры выстраиваются в очередь, чтобы снять клип для Enigma, ведь в нём они могут жить своими мечтами».

В 1994 году, когда продажи Enigma вывели изобретение Крету в разряд одного из самых успешных германских музпроектов ever (читай, у Крету завелось нехилое бабло), подоспел и первый судебный иск. Базирующийся в Мюнхене хор Antiqua обвинил Крету (точнее, его издающую компанию) в использовании сэмплов, сделанных из их записей в треках “Sadness, part I” и “Mea Culpa”. Дело замяли неназванной суммой немецких марок. Ранее, неизвестные персонажи из Франкфурта пытались стрясти с Крету деньги за якобы плагиат в “Sadness”, но безуспешно. Это только усилило интерес к Enigma и увеличило продажи, хотя, к большому сожалению самого Крету, лейблу Virgin пришлось раскрыть, кто и что всё-таки кроется под вывеской Enigma. Всего было продано 14 миллионов дисков “MCMXC a.d”, альбом получил 57 платиновых и золотых наград, став в 41 стране № 1, в общей сложности провёл 282 недели в Top 200 Билборда. Такие показатели привлекли к Михаэлю внимание голливудских продюсеров; ему было предложено написать звуковую дорожку к картине “Sliver” (”Щепка”, с Шарон Стоун в главной роли). Для этого нужно было, как минимум, на полгода перебраться в Лос Анжелес. Крету отказывается от такого заманчивого предложения, предпочтя домашнюю обстановку и работу над продолжением “MCMXC a.d”. Тем не менее, он записывает для “Щепки” две композиции: “Carly’s Song” и “Carly’s Loneliness”, которые через год в переработанном виде попали на альбом “The Cross Of Changes” (1993). Второй альбом Enigma воспринимался на волне дебютного успеха очень хорошо, да и пилотный сингл b>“Return To Innocence” (пожалуй, самый известный трек Enigma в мире) был вполне удачен. Ещё в процессе работы над ним предварительные заказы превысили 1.4 миллиона. На запись “The Cross Of Changes” Михаель ангажировал 26-ти летнего певца Andreas Harde, ака Angel и с прежним энтузиазмом налёг на сэмплирование. Обилие монашеских песнопений Крету заменил шаманскими плясками, tribal-элементами и другими азиатскими мотивами. В некоторых моментах в памяти всплывут аналогии с Deep Forest. Текстовое содержание осталось на уровне «ни о чём и обо всём», типа «Я люблю тебя….Я убью тебя. Но я люблю тебя навсегда». Но обычный слушатель, к счастью копался не очень глубоко, легко усваивая мистическую ауру непознанного, окружавшую Enigma.


Семейный подряд

20 миллионов пластинок, не считая 8 миллионов проданных синглов, обеспечили и так не бедную семью Крету до старости. Но музыкант и не думал останавливаться. У Крету был десятилетний план по развитию проекта с одной лишь оговоркой. «Ещё когда я записывал первый альбом Enigma в 1990 году, я уже поставил перед собой этот вопрос. Если я не смогу достичь записью внутренне установленного уровня, то продолжения не будет». Просто ему некуда было спешить. Семейство Крету обосновалось на испанском острове Ибица и устроило там в бывшем фермерском доме на берегу моря уютное семейное гнездо и hi-tek студию A.R.T Studios. Сандра как раз родила мужу близнецов. Ещё один дом они завели в центре Ibiza city. Enigma 3 “Le Roi Est Mort, Vive Le Roi” оформилась только в 1996 году в виде некоего элемента, объединяющего первые два диска. Поэтому здесь присутствовали как монашеские хоры, так и первобытные drum-ритмы, поперёк более чётких структур. Звуковые мозаики Крету стали больше походить на песни (“Why!”, “Beyond The Invisible”, “Prism Of Life”). Михаэль всегда говорил, что, как только забросил после учёбы классическую музыку, осознанно переключился на попсу. Поэтому и позиционировал Enigma как поп-проект, пусть и не совсем обычный. «В целом, меня не заботят маркетинговые стратегии и мода». Из соображений корректности он стал вписывать в буклет всех задействованных (кроме своей жены, голос которой является неотъемлемой частью всех альбомов Enigma). Музон по-прежнему был космическим, атмосферным и абстрактным, мог принадлежать ТОЛЬКО рукам Крету, но в массы пошёл неохотно. В результате, от альбома отпочковалось всего два сингла “Beyond The Invisible” и “T.N.T. For The Brain”. Третий, уже готовый к производству “The Roundabout” был втихаря по коммерческим соображениям Virgin замят.


Юбилейные хлопоты

В 1998 году самолюбие маэстро было потревожено ещё одним судебным иском, со стороны Kuo Ying-nan и Kuo Hsiu-chu из тайванского tribal-проекта Ami. Через 5 лет после выхода сингла “Return To Innocence” они расслышали в нём свои голоса. Этот иск так же был удовлетворён без особой шумихи. Перелопачивая новые звуковые банки на трёх своих студийных терминалах, Крету ещё находил время для работы с другими музыкантами. В частности, в тот момент он начал сотрудничество с ямайским певцом Andru Donalds, привлекательно упаковав ему в итоге две успешные euro-pop пластинки “Snowin’ Under My Skin” (1999) и “Let’s Talk About It” (2001). Тот же Andru заодно стал одним из мужских голосов, задействованных в очередном, четвёртом альбоме Enigma. Для “The Screen Behind The Mirror”(2000) человек-оркестр использовал сэмплы из “Carmina Burana” Карла Орффа. Соратник Михаэля Jens Gad, хотя и являлся со-продюсером ранних альбомов Enigma, впервые на этот раз был указан в буклете. Видимо, не обидчивый чувак. Михаэль вообще стал аккуратнее обращаться с авторством тех или иных заимствований, как бы завуалировано они не были интегрированы в его треки. “The Screen Behind The Mirror” выдался даже не таким впечатляющим, как “Le Roi Est Mort, Vive Le Roi”. Чувствовалось стремление Михаэля сохранить оригинальный почерк в рамках Enigma, элемент экспериментаторства, но избежать клише (грегорианство, флейта Shakuhachi и прочие французские эротичные нашёптывания Сандры), по поводу которых ему проели мозг все, кому не лень. В результате, многие уникальные признаки Enigma вместе с этими самой флейтой Shakuhachi в окончательном миксе сохранились. Из новой пачки песен выделялся сингл “Gravity Of Love”, тоскливый инструментал с колокольным перезвоном “Traces (Light And Weight)”, треки “Camera Obscura” и “Silence Must Be Heard”. В общей же массе “The Screen Behind The Mirror” звучал устало и бесхребетно. Сознанию слушателя ведь нужно иногда на что-то ориентироваться. Мы ж не в голове Джона Малковича! Завершить первый том повествования Enigma её создатель решил в 2001 году сразу двумя компиляциями. Первая — “Love, Sensuality, Devotion: The Greatest Hits” — была дополнена новым синглом “Turn Around”. Вторая часть “Love, Sensuality, Devotion” представляла собой просто The Remix Collection. В честь выхода компиляций в мюнхенском планетарии было устроено световое шоу. После этого Крету практически сразу засел за производство нового альбома Enigma. Внутренне он решил, что Энигму нужно начинать заново.


С взором в будущее

«Альбом “Voyager”(2003) современный в том смысле, что не содержит в себе звуков, которые вы можете услышать ещё где-либо на Земле. Он свободен он посторонних влияний, и на этот раз создан только внутри меня». По крайней мере, на “Voyager” вообще отсутствовали какие-либо сэмплы и заимствования. Михаэль всё наиграл, сгенерил и спел сам. Без гостевых вокалистов, не обошлось, конечно, Ruth-Ann Boyle и Andru Donalds были на месте. Но Михаэль пел много, как никогда. «Только в последние недели работы над ним мне удалось преобразовать его именно в альбом Enigma. Для меня было важно записать ДРУГОЙ альбом Enigma. Не было никакого лейтмотива, никакого этно, никаких сэмплов. У меня был только я сам». Тексты стали «земными» и касались больше обычных душевных человеческих заморочек и явлений, чем абстрактному созерцании микро — и макрокосмоса. По настроению “Voyager”, как и предыдущие альбомы являл собой сопровождение огромных пространств и вполне подходил для озвучивания научно-фантастических фильмов про исследования глубин космоса или скрытых возможностей человеческого мозга. Он умиротворял и тревожил одновременно, оставлял ощущение происходящего таинства. “Page Of Cups”, “Boum-Boum”, “In The Shadow, In The Light” гипнотизировали своим неменяющимся размером и убаюкивали неагрессивным звучанием. О продажах умолчим.

В 2005 году музыкант решил отметить пролетевшие 15 лет существования Enigma коллекционной коробкой “15 Years After”. В неё помимо всех 5 студийных альбомов и двух DVD-релизов вошёл новый сингл “Hello And Welcome”, партии вокала на котором исполнил Andru Donalds. A так же примечательный мегамикс “The Dusted Variations”, который из новых ремиксов Enigma любовно составил Rollo Armstrong (Faithless). Теоретически, конечно, можно предположить, чем будет наполнено новое студийное детище Михаэля, — очередная пластинка Enigma “A Posteriori” выйдет в Германии 22 сентября 2006 года и включит в себя в числе 12 треков новую версию сингла “Hello And Welcome”. Поток сознания Крету, старательно, ценой многомесячных усилий воплощённый в витраже из максимально необычных и неожиданных звуков, насколько это возможно приближённый к понятию поп-музыка. И столь же от неё далёкий, в стремлении автора созидать доселе несуществовавшее. «Музыкально я всегда был мирным анархистом!» Музыка, как любят цитировать фразочку Крету, сама за себя всё скажет. А по контракту с Virgin Крету ещё должен выпустить два альбома, по одному каждые три года. Так что будет, о чём поговорить.

Ян Федяев

Читать другие очерки >>>

 

 

 

 

Вы должны войти на сайт чтобы комментировать.