Search for:
 

The Corrs, часть 1


На пороге успеха
 

При всех своих: плюшевости, симпатичности, ненавязчивой мелодичности, позитивности, мега-успешности первых пластинок и трудолюбии им всегда не хватало какой-то глубины. Все хиты, которые действительно цепляли и оставляли приятные впечатления, мелькая в радиоэфире, вроде исполнялись с энтузиазмом, но искреннего восхищения творческой идеей не вызывали и быстро забывались. При всём своём феномене за пазухой (значительный музыкальный и визуальный абгрейт Kelly Family), у The Corrs был, на мой скромный взгляд, большой косяк. На любой свой альбом они тулили такие слабые и высосанные из пальца песни, которые моментально смывали сладкий привкус действительно удачных ведущих композиций. А ведь и с продюсированием был всегда порядок….Откуда такой шлак? Впрочем, речь не о досадных раздражающих песенках-фитюльках, заставляющих диски попсовых, с лёгким фолковым налётом, The Corrs, чаще всего пылиться на полках, а о них в целом. Всё-таки какой-никакой ирландский шарм у них был, имя запомнилось, ну и цыпочки – очень даже ничего!

 
Страдающая Андреа

Для Ирландии институт семьи – не последнее дело. Ткнёшь пальцем в какую-нибудь ирландскую группу, и выяснится, что, либо музыканты сами себе родственники, либо кто-то родственник кому-то из другой группы, возможны варианты. А уж то, что их родители в своё время занимались музыкой – это можно сказать с высшей степенью вероятности. Jean и Gerry Corr, проживавшие в городке Dundalk, что в 11 километрах от Ольстера, постарались на славу. Мало того, что собрали свою фолк-группу „Sound Affair“, активно голосили в ней, играли на клавишных, исполняли кавер-версии и колесили по барам и небольшим площадкам родной страны. Так ещё и народили себе биологический фонд в размере четырёх детей: сына Джима (самый старший) и трёх сестёр (далее по старшинству) Шэрон, Кэролайн и Андреа. Следуя примеру родителей, детвора стала активно приводить в негодность пианино, которое когда-то было подарено отцом Джерри ему в качестве свадебного подарка. Поначалу оно просто стояло в дальнем углу и собирало пыль, но как только Джин и Джерри решили переместить его в спальню к сыну, инструмент привлёк внимание детей. Чаще всего, они спорили из-за того, кому играть на нём следующим, и до Андреа, как до самой маленькой, очередь доходила редко. Поплакав несколько раз, она проявила ирландское упрямство и с энтузиазмом переключилась на ирландскую флейту. Шэрон с 6 лет быстро продвинулась в игре на скрипке, и с 7 до 14 лет являлась участницей молодёжного оркестра Redeemer, с которым тоже приобрела немалый концертный опыт. Кэролайн в детстве понравилось играть на традиционном инструменте «бодра», и она успешно им овладела; лишь в 18 лет она через приятеля приобщилась к игре на барабанах. По мере взросления детей, родители таскали их за собой на свои выступления, в результате чего, братец Джим Корр, продвинувшийся в игре на клавишных инструментах, в 15-летнем возрасте уже стал помогать родителям во время выступлений и начал играть на клавишных и гитаре в электронных и поп-рок-группах на стороне, в том числе с Dolores Keane и The Fountainheads.

В конце 80-х Джиму надоело кому-то подыгрывать, и он решил работать независимо. Снял недалеко от родителей дом, устроил в нём простенькую студию и стал работать в качестве сессионного музыканта, лишь изредка поигрывая в местных коллективах. Шэрон, которая зарабатывала первые деньги управляясь в магазине с пластинками, стала иногда поигрывать традиционную музычку вместе с братом, пока у Джима не возникла идея приобщить к делу и остальных сестёр; с чем-чем, а уж с музыкой были все из них знакомы. Кэролайн и Андреа учились к тому времени ещё в школе и охотно согласились. Ты что, одноклассники обзавидуются! Семейный проект начал по вечерам репетиции первых собственных песен, записывая демки на восьмиканальный рекордер. Джим играл на гитаре, Кэролайн – на скрипке, Шэрон — на синтезаторе, а младшенькая Андреа стала петь. Голос у ней был одновременно мягкий и звонкий, по девичьи задорный, невинно доверчивый и чувственный. Мечта педофила, одним словом. Первым и единственным направлением, выбранным начинающей группой стал простой, чарт-ориентированный поп, с включениями кельтских мотивов (за счёт скрипки/арфы/свирели), электронного программинга и гитарных элементов софт-рока. Творчески ребят никто не ограничивал, хотя, конечно, на музыкальное развитие группы оказали влияние и местный национальный фолк-колорит, и все ирландские герои, начиная с U-2, Шинейд О Коннор и т.д., и поп-пластинки из детства. Итак, The Corrs имели место быть.


Как на подбор
 

Ясен перец, наличие собственной группы в каморке на заднем дворе ещё не являлось поводом для серьёзных шагов, но в 1991 году у The Corrs появилась крохотная возможность показать себя в прямом смысле, и это сработало. Одной из групп, в который был сессионно задейстован Джим, был бэнд „Hughes Version“, которой руководил некий John Hughes. От кинорежиссёра Alan Parker ему поступило предложение сняться в киноадаптации книги Rody Doyle „The Commitments“, для чего, согласно сценарию, нужно было собрать группу. Про кастинг прослышал Джим и предложил организаторам кандидатуры своих сестёр. В результате поездки в Дублин на столь волнительное мероприятие, The Corrs были выбраны для съёмок в фильме. Более этого, кастинг стал первым настоящим выступлением The Corrs на сцене как группы; тогда они исполнили „Knock On Wood“ и композицию Quincy Jones. Кастинг-директор Росс Хаббард был так впечатлён внешними данными Андреа, что предложил ей в фильме существенную роль, даже со словами. Остальным её родственникам пришлось до сих пор отшучиваться, мол, роли достались такие маленькие, что до сих пор ищут себя в фильме. Но это был первый успех, за который ещё и платили гонорар. После этого случая John Hughes принял ответственное решение заняться молодой группой вплотную и стал первым менеджером The Corrs. Конечно группа была смазливой, талант был, и стремление зазвездиться присутствовало, но дел было так много, что Hughes разработал десятилетний план по раскрутке коллектива. Первыми шагами было значительное увеличение репетиций, усиленный поиск собственного звучания и постоянное сочинение собственного материала и адаптация традиционных ирландских песен, чтобы свободно выступать перед аудиторией. В 1993 году менеджер организовал им первый публичный концерт в Дублине, куда, помимо местных любителей музыки пригласил всех, кого знал в шоу-бизнесе на предмет «послушать, что у нас тут есть». В результате, концерт имел у публики приятный успех, но никто из жирных лейбл-дядек не пришёл.

 
Кэролайн с таинственной бодрой

The Corrs это не смутило; они продолжали упорно репетировать, по возможности играя в Ирландии везде, где придётся. Так начала набираться первая волна лояльных поклонников. Постоянные попытки менеджера протолкнуть демо-записи своих подопечных на какой-нибудь рекорд-лейбл в Англии или США старательно игнорировались. John Hughes почувствовал необходимость дальнейшего развития и интеграции в коллектив барабанщика, и этот сор было решено не выносить из избы. Как уже упоминалось, за барабаны села Кэролайн, и её простенькие брейки худо-бедно стали организовывать и дисциплинировать фольклёрную спонтанность и импровиз группы. Материала у группы уже накопилось предостаточно, и в марте 1994 года The Corrs организовали в Дублине ещё один самопрезентационный концерт, на котором, по счастью, присутствовал американский посол в Ирландии Jean Kennedy Smith. Он так пропёрся, что пригласил группу в Бостон, выступить на нескольких мажорных мероприятиях, устраиваемых его братом, американским сенатором Ted Kennedy. Тут же возникла мысль использовать эту возможность, чтобы снова навестить ряд звукозаписывающих компаний в Нью-Йорке и Лос Анжелесе и осчастливить их своими домашними заготовками. Не тут то было. Таких красивых, талантливых, молодых, амбициозных и ищущих контракт в Америке валом, а тут ещё какие-то ирландцы со странными инстурментами! Для попсовых лейблов The Corrs были слишком фолковыми, для фолковых – наоборот, слишком easy listening. В конце концов, родственнички, возглавляемые менеджером, промотали в Штатах все деньги и без малейшей надежды стали собирать чемоданы. Тут у нас случается чудесная Абэвэгэдейка, и коллектив, окучив как следует менеджера Atlantic Records, набрались наглости и за день до отлёта в Ирландию заявились без приглашения в студию к очень солидному продюсеру David Foster, заканчивавшему в тот момент работу над альбомом Майкла Джексона „HIstory“. Тот смилостивился над симпатичными бизнес-сиротинушками и устроил им тут же прослушивание. «Они просто достали свои инструменты и заиграли, — вспоминает Фостер. — Честно говоря, когда я увидел, как Кэролайн обрабатывает своюбодру, я даже не знал, что это такое. Они исполнили несколько песен, и меня конкретно зацепило. Уже тогда я знал, что наблюдаю настоящий талант и четыре особенных человеческих существа». Упаковывая на всякий случай чемоданы, музыканты получили заветную новость о том, что они стали группой Atlantic Records.


Хватило бы силёнок
 

Мэйджор выделил миллион (дебютантам!) долларов на запись полнометражного альбома The Corrs и организацию последующих гастролей. На составление контракта и прочую раскачку ушло несколько месяцев. Только после этого уроженцы Сэорстат Айреэнн загрузились ещё на 5 месяцев в студию Фостера Chartmaker в Южной Калифорнии и записали диск-первенец „Forgiven Not Forgotten“ (95). Фостер решил полностью не убирать из музыки ирландцев национальные элементы, хотя на стадии продюсирования использование скрипок и прочей традиционной лабудени сильно невилировалось, приняв аккуратненькие, пушистенькие, безобидные формы. Музыкантов никто не подгонял, запись проходила в расслабленной обстановке, с присущими курортным регионам кайфами. Сведением диска занялся под большой бюджет не менее жирный кот – Bob Clearmountain. Попавшие в окончательную программу 15 композиций были фактически уже сочинены группой ранее и в той или иной форме обкатаны на концертах. Но в столь профессиональном окружении песни The Corrs приобрели новые аранжировки и лоск, а традиционным заимствованиям придали вид коммерческих произведений. Не искусства, конечно, но и заслуг музыкантов преуменьшать не будем. Диск „Forgiven Not Forgotten“ стал одним из самых продаваемых альбомов в истории самой Ирландии (десять «платин»), что можно расценить как «оглушительно». Первое место и восемь «платин» диск получил в далёкой Австралии, где к The Corrs у людей проснулась фанатичная любовь, второе место в Англии и средние показатели в некоторых европейских странах, по одной «платине» накопилось в Новой Зеландии и в Скандинавии. Фостеру надо было отработать вложенные деньги и не заляпать своё имя, поэтому „Forgiven Not Forgotten“ был достаточно сингл-ориентирован. Треки „Runaway“, „Forgiven Not Forgotten“, „Love To Love You“ и „The Right Time“ легко тулились в плей-листы радиостанций, распространяя лёгкость с грустинкой, позитив и юную наивную радость celtic-pop, украшенную экзотическими для америкосов ирландскими скрипочками. Пятый сингл „Closer“, появившийся уже в 1997 году на излёте первых мировых гастролей группы, пошёл слабенько и не занял никаких мест даже в первой сотне. Это, впрочем, на стремительно разрастающейся славе ирландской четвёрки нисколько не сказалось. Гастроли были подобны снежному кому: стоило The Corrs откатать концерты в какой-нибудь Испании, как выяснялось, что к группе резко повысился интерес в Японии, и группа, не успев передохнуть, отправлялась на другой континент. Из США в Новую Зеландию, потом снова в Европу и так далее. Все концерты в родной стране проходили с полным аншлагом. В процессе американских гастролей The Corrs ставили разогревом Селин Дион и Майклу Болтону; из коллектива выжимали все соки, что нередко приводило к девичьим срывам и прочим, хм, нарушениям. По воспоминаниям менеджера Джона, несколько раз коллектив был на грани отмены всех концертов в чертям собачьим, настолько усталось достигла болезненного состояния без какой-либо возможности оттопыриться недельку-другую. Так что гастрольной жизни, тур-автобусов, клубов и утомительных трансферов молодые люди хлебнули на первых профессиональных порах немало. В общей сложности гастроли в поддержку пластинки „Forgiven Not Forgotten“ продлились 18 месяцев и закончились летом 97 года, прокатив группу дважды вокруг света. Группа смогла ощутить разницу адиторий от нескольких сот до 50 тысяч человек.

Что до новых песен, но у Джима и его сестёр на это было слишком мало времени. Для поклонников, не пожалевших денег на импорт, небольшым подарком стал выпуск в 96 году мини-альбома „Corrs Live“ c тремя концертными треками, тремя акустическими и эти-версиями и одной неизданной песней „Rainy Day“. Какие-то новые идеи имелись и пробовались во время саундчеков или бренчания в гостиничных номерах, но серьёзно заняться сочинение материала второго альбом „Talk on Corners“ коллектив смог только к концу лета 97.

Сайт: www.thecorrswebsite.com

Вы должны войти на сайт чтобы комментировать.