Search for:
 

2006 октябрь — 3 место — «Юмористический рассказ» — ВСЕ ВРАГИ В ОДНОМ ДОМЕ

3 место «Юмористический рассказ»

ВСЕ ВРАГИ В ОДНОМ ДОМЕ

Так случилось, что Дима и Женя по чьей-то воле попали отдыхать в Крым. Жить им пришлось в сыром домике далеко от моря. Кроме того, в соседней комнате, тоже не случайно, проживали две девушки — Лариса, худая, лицом похожая на кролика, которая была “крестной сестричкой” Димы, и Вера, знакомая Ларисы, толстая высокая девушка, лицом напоминавшая бульдога. Других девушек в округе не было. А эти строили из себя недоступных барышень, пытаясь вытащить у парней последние деньги.
После недели поисков, Женя бессильно упал на свою кровать.
              — Дима, что будем делать? За всю неделю мы ни с кем не переспали. Я рассчитывал, что здесь будет море девушек, которые сами будут на нас вешаться! Я больше не могу без секса! Дима искоса посмотрел на друга.
              — Не ной. Тот, кто нас сюда запихнул, все очень хорошо рассчитал.
              — Особенно, когда подселил к нам эту корову и твою тощую обезьяну, — нервно добавил Женя.
              — Да, это, должно быть, кто-то, кому мы очень насолили. Намертво приклеить в нашей комнате плакаты голых баб — тоже была хорошая идея, — Дима со злостью включил магнитофон. Комнату заполнило подвывание “Guns-n-Roses”.
              — Дима, знаешь, что я думаю?.. — Женя подло заулыбался. — Мы можем как-то друг друга…
              — Я тебе не гомик! — испуганно выкрикнул Дима и начал оглядываться по сторонам, не подслушивает ли их разговор Лариса. Он поднялся и закрыл дверь на ключ. Потом сделал громче магнитофон.
              — Кто говорит, что мы гомики?! Мы только один раз, и об этом никто не узнает! Дима глубокомысленно поднял глаза в потолок, и через некоторое время перевел их на Женю.
              — Нет, я не могу.
              — Дима, ничего другого нам не остается… — Женя говорил очень убедительно
              — Неужели тебе хватает недели без телки, чтобы лезть на стенку?!
              — Ну, не недели, а чуть больше…
              — Сколько?
              — Ну… полгода… Ты же знаешь, на Троещине одни коровы.
              — Понятно, — Дима ухмыльнулся. — И как ты себе это представляешь?
              — Я буду активным, а ты — пассивным.
              — Не пойдет, — открестился Дима. — Давай наоборот.
              — Наоборот мне не имеет никакого смысла.
              — Мне тоже, — с издевкой промолвил Дима.
              — Тогда по очереди. Но я первый.
Женя включил магнитофон еще громче. Дима несмело спустил штаны и стал на колени возле своей кровати. Женя пристроился сзади и вынул из трусов небольшой, но хорошо возбужденный член, которым принялся искать шоколадную дырочку друга.
              — Мимо, — наконец процедил Дима. — Снова мимо, — тем же злым тоном повторил он. — Ай! Больно!
              — Потерпи, — успокоил его Женя и влез в задницу на всю длину.
              — Идиот! Мне же больно! — дергался Дима, припечатанный к кровати. — Я тебя убью, когда ты с меня слезешь!
Но Женя, не обращая внимания на раздающиеся вопли, продолжал быстро двигаться. Через три минуты Дима, успокоившись, спросил:
              — Ты там скоро? У меня уже колени замерзли.
              — Не знаю. Я давно никого не трахал, поэтому мне трудно кончить. Тяжело вздохнув, Дима безучастно уткнулся лицом в одеяло. Наконец Женя почувствовал, что кончает. Но вместо того, чтобы кончить, он остановился.
              — Все? — спросил Дима и попробовал выпрямиться.
              — Еще нет, — Женя толкнул друга, вернув его в согнутую позу, после чего начал сначала.
              — Если ты и в этот раз не кончишь, ты труп, — абсолютно серьезно предупредил Дима. Женя сразу же кончил и вытащил из Диминой попы сократившийся до невозможности член.
              — Теперь ты, — безапелляционно промолвил Дима, заходя к Жене сзади.
              — А может, не надо? — робко переспросил Женя, оглядываясь через плечо.
              — Ничего не может! За свой базар надо отвечать! Договорились по очереди, значит по очереди! — Он попробовал попасть членом в отверстие, но Женя, как по команде, принялся двигать тазом во все стороны.
              — Не дергайся! — приказал Дима. Но когда он попал туда, куда надо, Женя вдруг запрыгал, как жеребец на коротком поводке. Чтобы он не вырвался, Диме пришлось схватить его за ворот рубашки. Наконец Дима начал его трахать. И не смотря на все уговоры не орать, Женя вопил при каждом движении члена в его заднице. Дима кончил относительно быстро и отпустил скакуна на волю.
Довольный Женя быстро натянул на себя штаны и заправил в них рубашку.
              — Ну, как? — спросил он, расплывшись в улыбке. — Тебе понравилось?
              — Да пошел ты! — ответил Дима и, покривившись, вышел к девочкам.

***

Женя валялся перед телевизором совершенно дохлый от жары, когда неожиданно позвонил его знакомый и пригласил съездить в Крым. “Я сейчас в Евпатории. Со мной две очень красивые девушки. Им очень понравилась твоя фотография, — он говорил кратко, потому как звонил с мобильника и экономил деньги. — Мы решили, что ты не откажешься быть четвертым… Нам будет очень весело…”, — сказал приятель, многозначительно намекнув на секс всем вместе.
Женя, услышав про девушек, (а он давно уже ни с кем не был) взял билет с полки, присланный по почте все тем же другом, и отправился на вокзал.
“Дима умрет от зависти, когда узнает, с какими девочками я трахался в Евпатории, как они меня хотели…” Он открыл сумку, подпрыгивая на одной ноге, и на всякий случай проверил, на месте ли фотоаппарат. “Этих лапочек обязательно нужно сфоткать, голеньких. Они будут пищать от радости, когда меня увидят”, — фантазировал Женя, совершенно незаметно для себя выйдя из метро. Его член, маленький, но стойкий, вырывался из джинсов.
Парень случайно посмотрел на часы (он ни о чем не думал наперед, все в его жизни происходило случайно) и заметил, что уже опаздывает. Оставалось две минуты, чтобы впрыгнуть в поезд, а Женя еще не определился, к какой платформе ему нужно бежать.
Он выскочил на мостик и вдруг увидел нужный поезд. Тот уже потихоньку начинал двигаться в направлении Евпатории. Парень спрыгнул на платформу и перепуганным взглядом принялся искать свой 13-й вагон. Когда тот проезжал мимо него, Женя изловчился и вскочил в открытую дверь.
Совершенно неожиданно для себя он застыл в проходе в свое четвертое купе. Но дело было не в красивой девушке, сидевшей за столиком, а в Диме, друге детства, которому Женя собирался рассказать о своих похождениях после приезда. А тут на тебе — этот придурок пришел его провожать прямо в поезд.
              — А ты что здесь делаешь? — недоумевающе спросил Женя, косо посмотрев на Диму. — Мы уже тронулись. Если ты не сойдешь с поезда сейчас, то тебе придется с него прыгать где-то на мосту.
              — С чего ты взял, что я буду выходить из поезда?! Не нужно было бежать за мной аж в купе, чтобы познакомить меня с какой-то своей новой киской, — ответил Дима.
              — Я не собираюсь знакомить тебя ни с какой киской! — выпалил Женя, уже раздражаясь. — Это мое купе, и я хочу, чтобы ты из него вышел, потому что поезд уже тронулся!
              — Да пошел ты, придурок! Это мое купе. А если тебе хочется прыгать, то делай это без меня, — ответил Дима уже более спокойно, подумав, что Женя каким-то образом разузнал о поездке и решил его проводить.               — Поезд уже едет! Выходи, а то не успеешь! — перепугано крикнул Дима и выпихнул Женю из купе. Он протолкал его к двери и начал выдавливать на улицу. Тот отчаянно схватился за поручни в дверном проеме.
              — Идиот!!! Отстань от меня! Я не выхожу! Это тебе нужно спрыгивать! Женя как-то извернулся и начал сталкивать на улицу Диму, искренне думая, что тот не успел сойти с поезда.
              — Козел! Я в Крым еду! — заверещал Дима, очевидно, решив, что его лучший друг и соперник по девочкам спятил и хочет его убить. Он вцепился в Женину черную кудрявую шевелюру, от чего тот заорал на весь вагон. Любопытные пассажиры вышли в коридор, некоторые просто выглядывали из своих купе.
Когда Женя в очередной раз подвис над пролетающей щебенкой, проводница за шиворот втянула обоих в поезд и затащила их в свое купе. Там они выяснили, что оба едут отдыхать в Евпаторию. Только Женя — трахать сразу двух красивых девушек, а Дима — в частный дом к знакомой своей мамы.
              — Ты не говорил, что собираешься в Евпаторию, — досадно промолвил Женя, почесывая ухо.
              — Ты тоже ничего не сказал… — произнес Дима, сжав зубы. Будучи более умным, он немного пошевелил мозгами и продолжил: — Тебе не кажется, что все это очень странно. Мы с тобой оказываемся в один день в одном поезде, в одном купе одного вагона…
              — Тринадцатого… — добавил Женя, это было единственное, что вбилось ему в голову, кроме девочек, конечно.
              — Думаешь, это что-то значит? — настороженно спросил Дима.
              — Может, в этом вагоне самые сексуальные девочки, и мы будем целую ночь заниматься сексом?..
Дима только скептически на него посмотрел.
Парням было скучно. Никакие девушки по коридору не шатались (Женя специально раздвинул дверь, чтобы они его заметили, когда будут проходить мимо с постелью), а та, что была в купе, читала книгу, отвернувшись к стене.
Время тянулось необычайно долго. Уже стемнело, и ребята легли спать. Разговаривать им было не о чем, последние два года они тайно друг друга ненавидели.
Женя уставился на верхнюю полку, на которой лежала девушка. К тому времени парень обнаружил, что не такая она и красивая, но трахнуть ее хотелось. Вдруг он почувствовал, что по его потному животу кто-то ползет. Кто-то маленький и черный. На жучка не очень похоже. Естественно, это таракан. Женя приподнялся и отщелбанил насекомое, которое улетело на Диму. От щелчка Дима проснулся.
              — Чем это ты швыряешься? — спросил он заспанным голосом. Женя только широко открыл глаза, как одна их общая знакомая — Лариса, когда еще не сочинила себе оправдание.
              — Не знаю, тут что-то, похоже, влетело через окно…
Дима включил свет и поднял чуть живое после травки насекомое за задние лапы.
              — С каких это пор тараканы летают? — недоверчиво спросил он. — Забери это, — он презрительно передал таракана Жене. Тот долго не знал, что с ним делать, а потом, заулыбавшись, положил в постель девушке на верхней полке. Та еще не успела уснуть. Сначала она заверещала, потом слезла с полки, дала Жене пощечину, выругалась визгливым голосом и ударила его кулаком в глаз.
Не зная, что ответить, он включил свет, Дима ухохатывался. Женя обнаружил еще одного таракана на стенке, соседствующей с третьим купе, снял с себя ботинок и двинул им в перегородку. Соседи зашевелились, чей-то грубый женский голос попросил больше не стучать. Но Женя увидел еще одного таракана и прихлопнул и его. В стенку постучали и выругались.
Женя хотел было закончить, но заметил еще двух тараканов.
              — Что вы там делаете?!! Козлы!!! — прозвучал все тот же грубый голос.
              — Музыку слушаем, — ответил Женя, почти прижимаясь ртом к стене, чтобы его лучше слышали.
              — Это и есть твоя музыка, придурок?
              — Это я помогаю барабанщику “Guns-n-Roses”, — выпалил он.
              — “Guns-n-Roses”? Фу, какая фигня, — выкрикнула уже другая девушка. — «Воn Jovi”!!! Вот настоящая музыка! (Дима в этот момент подумал: “Такой неприятный знакомый голос!”, — но вслух ничего не сказал). Он еще окончательно не проснулся, поэтому решил продолжить спать. Он лег на койку, закутался во влажную простыню и отвернулся к стенке.
Тем временем любители музыки продолжали спорить:
              — “Guns-n-Roses”
              — “Воn Jovi!!!
              — “Guns-n-Roses”!
              — “Воn Jovi”!!!
И периодически стучали ботинками в перегородку.

***

Лариса таинственным образом выиграла путевку в Крым. Она, однако, не удивилась, так как постоянно лезла во все конкурсы — начиная от собирания этикеток от пива и заканчивая коробками из-под тампонов. Так как этим летом она превысила свой лимит по потреблению «Мивины» (именно у этой фирмы она и выиграла путевку), то ей вырезали аппендицит, и все деньги родителей ушли на взятки врачам.
Итак, собрав свои вещи, она поехала по шаровой путевке. Ее провожала мать вместе со Славиком — старым другом, используемым Ларисой в роли чернорабочего, который тащил толстый чемодан. Папа по приказу Ларисы побежал за минералкой. Лариса устало улыбалась, но глаза ее торжественно блестели.
              — Ох, как я устала, да еще эта жара, — она сощурилась. — Мама, где наш вагон, я же не вижу! Славик, ты следишь за нумерацией? А то придется тащиться обратно, а у меня сил хватит только на то, чтобы сесть в поезд. А еще нужно найти мое купе.
              — Интересно, все-таки, в каком конкурсе ты выиграла и билет на поезд, и путевку? — осторожно спросила мать.
              — Да какая разница?! Главное, что я поеду на море, врач мне рекомендовал, ты помнишь?
Помолчав секунду, она демонстративно провела ладонью по лбу.
              — Как же мне жарко, где же папа, в конце-то концов?! Я тут умираю от жажды, а он несчастную минералку никак донести не может!
              — Вот наш, 13-й! — радостно заметил Славик, тяжело отдуваясь. Пот тек с него градом.
Мама незаметно отошла, сбросив всю тяжесть на его плечи. Лариса с радостной улыбкой протянула проводнице билет.
              — Извините, вы не знаете, это верхняя или нижняя полка?
              — Верхняя, — отрезала проводница.
              — А знаете, я выиграла путевку в санаторий! — вдруг выпалила она, широко улыбаясь.
              — Да? Очень интересно. Проходите.
В узком коридоре Лариса чуть не споткнулась о чей-то рюкзак.
              — Что это за тюлень валяется? — резко крикнула она и потерла ногу. — Славик, ты где?
Парень с вьющимися волосами, расстегнув рубашку, волочил чемодан за девушкой. — Ой, кажется, я вижу твоего Диму. И он с чемоданом! — неожиданно выкрикнул Славик, тыкая пальцем в окно.
              — Где?! — Лариса кинулась к окну, сощурив маленькие карие глазки. — Наверное, он пришел меня проводить? Он обо мне так заботится… Правда он не знает, что я уезжаю, но, может быть. Тоня ему рассказала…
              — А кто такая Тоня?
              — Это его бывшая девушка. Но, по-моему, они все еще встречаются. Ты уверен, что его видел, потому что я не вижу никого похожего.
              — Конечно, его невозможно не узнать, этот придурок покрасился в белый цвет. Он был вон там… Но там … его уже нет.
              — Бедненький! — Лариса изобразила сочувствие, — это ты на жаре перегрелся.
              — Но я его точно видел!
Сзади их грубо толкнули. Им пришлось идти вперед.
              — Вот мы и прибыли. Наше купе, — подытожил Славик, бросив чемодан на пол. — А вот и твоя верхняя полка.
              — Славик, засунь, пожалуйста, чемодан вон туда. Нет, лучше на третью полку. Осторожно! Не упади вместе с ним на меня! Нет, сними его обратно, я вытащу плеер и кассету моего любимого “Воn Jovi”. А еще я должна переодеться. — Она лукаво скосила на него глазки, став похожей на ошалевшего кролика. — Хочешь посмотреть? У меня такой ма-а-аленький халатик!
              — Лариса, вот твоя минералка, — отец с матерью вошли в купе. Девушка уселась к окну, отодвинув занавеску.
              — Ну и где тут твой Дима? — спросила она.
              — Мой?! Лора, Дима твой, так сказать, братик, а не мой, кажется. — Он глянул в окно, старательно перебирая людей на перроне. — Но сейчас я его нигде не вижу.
Лора, не слушая его, забрала у папы минералку и отпила.
В купе вошла полная высокая девушка, коротко подстриженная, что ей явно не шло. Она сощурилась, словно передразнивая Ларису, а на самом деле — тоже страдала близорукостью. Она была одета довольно плохо и плохо побрила ноги. Почти мужской округлый подбородок, полные чувственные губы и крупный нос с черными грязными точками портили, в общем, симпатичное лицо. Она протиснулась между родителями Ларисы, улыбаясь Славику и стараясь обратить его внимание на свой огромный бюст, и почесала между грудями коровьего размера.
Следом за ней втиснулся худой немолодой мужчина с постоянным нервным тиком. Он держал потрепанный чемодан.
              — Вера, так ты пиши, хорошо?
              — Конечно, папа, — она улыбнулась ему с явным раздражением.
              — А ты иди, я тут сама справлюсь.
              — Привет, — оскалила зубки Лариса. Меня зовут Лорочка. Я еду в Евпаторию, а ты?
              — Я тоже туда еду. В этом поезде все туда едут, — так же ненатурально улыбнулась Вера. — А меня зовут Вера.
              — А я учусь в Нархозе, точнее подала документы в аспирантуру, к сожалению, на заочный, и то взятку пришлось давать, мне вырезали аппендицит, всем врачам пришлось давать взятки, ужас!
              — Я тоже в Нархозе — на третьем курсе.
              — Смешно, но все кто подал документы в аспирантуру, с красными дипломами, а ты тоже отличница?
              — Я? Нет. Но школу закончила с серебряной медалью.
              — А я с золотой… Приятно познакомится, это мой друг Славик, а это мои папа и мама. А тот лысоватый мужчина, который уже ушел, твой отец?
              — Да, — выдавила Вера.
              — А у тебя место на какой полке?
Вера показала на ту, что как раз под Ларисой.
“Хорошо, что я наверху, а то если б эта туша упала на меня…” — думала Лариса.
“Болтливая тощая обезьяна. И что она из себя корчит?” — разъяренно размышляла Вера, силясь улыбаться, но ее лицо постепенно приобретало свойственное ему недовольное выражение хронического неудачника.
              — Я люблю “Воn Jоvi”, — Лора ткнула пальцем в футболку, где был изображен этот популярный певец. — Правда, он красавчик? Мы с подругами, тоже бонджовистками, ежегодно празднуем его день рождения.
              — Ничего, хорошо поет, — вежливо ответила Вера, хотя даже не знала, кто это такой, и спутала его с актером, который играл Геркулеса, имени которого она тоже не помнила.
              — Подожди, поезд тронется, и я включу плеер! — сообщила Лариса с намерением осчастливить девушку. Она ей сразу не понравилась, потому что в каждой девушке она видела, прежде всего, соперницу.
Вдруг Вера услышала шум борьбы в коридоре. Как любительница кровавых зрелищ, она тут же выглянула из купе.
              — Что там такое? — испуганно спросила Лариса.
              — Да какие-то два придурка скидывают друг друга с поезда. Лариса быстро залезла на свою полку и, закрыв уши, завизжала:
              — Я не хочу этого слышать! Закрой дверь!!! Я так и знала, что и тут окажутся террористы!
              — Можешь слезать, кажется, эти идиоты закончили, — спокойно сообщила Вера. — И вообще, незачем быть такой истеричкой.
              — И кто победил? — уже с любопытством спросила Лариса, потихоньку спускаясь.
              — Ничья. Их спасла проводница.
              — Хорошо! — глубоко вздохнула Лариса. — Терпеть не могу трагедии… особенно, когда они происходят так близко.
Проводница предложила им чай, Лариса с надеждой взглянула на Веру — не расплатится ли та за нее, но Вера отказалась от чая, достав из сумки термос. Ларисе она ничего не предложила. Пришлось ей допивать свою уже теплую минералку.
              — Ты — девственница? — с любопытством спросила Лариса, уставившись на собеседницу.
              — Я что, больная?! Мне уже 21 год. Или я до смерти должна оставаться целкой?!
              — А я — девственница! — торжественно объявила Лариса. — Мои знакомые мальчики носят меня на руках за это.
Вера обвела ее презрительным взглядом.
              — А какой у тебя был первый мальчик? — продолжила допрос Лариса.
              — Зачем тебе? Ты ведь ничего не смыслишь в сексе…
              — Почему? Я хорошо умею делать минет… Ну, расскажи, какой?
              — Очень богатый, учился в Академии СБУ, и у него была своя квартира.
              — Он что, уже умер?
              — Нет, — сквозь зубы процедила Вера, раздражаясь все больше и больше. — Он был плохим любовником. Разумеется, я его послала. Вообще, всех парней, с которыми я встречалась, бросала я, а если и они, то потом очень об этом жалели и умоляли меня вернуться.
Лариса жеманно поджала губки:
              — У меня тоже самое. Вообще, у меня было много парней: красивые, умные, богатые. Сейчас у меня есть любимый Солнышко и любимый Зайка.
              — У тебя что, шведская семья?
              — Ну, понимаешь, я не могу остановится на одном парне… Я такая влюбчивая. Разве я виновата, что на меня все так вешаются?
Девушки скептически посмотрели друг на друга.
Лариса включила плеер и положила его на стол. Заканчивающиеся батарейки с завыванием затянули песню “Воn Jovi”.
Вера нахмурилась, но ничего не сказала. Ее единственный плеер валялся на даче, изобретательно подключенный к старым колонкам от проигрывателя, поэтому заглушить Ларисино вытье ей было нечем. Пришлось слушать.
Лариса подумала и сделала погромче.
              — Нет ничего лучше хорошей музыки, не правда ли? — заметила она. Вера промолчала.
              — Кстати, я еще и пою. Мой папа даже снимал меня на камеру, в последнем кадре с меня чуть не упало полотенце, представляешь?! — щебетала Лора.
Плеер гнусавил, как мог, старя бедного певца на 40 лет. Казалось, что он вот-вот сдохнет.
На улице уже давным-давно потемнело. Проголодавшаяся Лора достала свои бутерброды и принялась с трудом их пережевывать. Вера снова выудила свой безразмерный термос.
              — А знаешь, я еще пишу рассказы и романы, и стихи! — выпалила Лора, поглядывая на термос.
              — Сколько у тебя талантов! — иронизировала Вера.
              — Спасибо, — засверкала глазками Лора и достала из сумки огромную стопку распечатанных произведений.
              — Хочешь почитать? А я пока попишу…
              — Ну, давай, — Вера решила, что когда она будет читать, Лариса наконец-то заткнется. Но ее ожидания не оправдались.
              — Вот, этот детектив “Роковая любовь” я написала в соавторстве с моей подружкой, она очень талантлива и везде печатается. Эти главы подписаны ее именем, а вот мои.
              — Хм, Нина? — Вера попыталась придать равнодушие растерянному лицу. — Я ее знала.
              — Да ну?! — в восторге закричала Лариса. — Значит, мы с тобой не чужие?
              — Эта Нина бегала за мной десять лет, мне пришлось ее послать, — небрежно уронила Вера, следя краем глаза за Ларисой.
              — Нет, ты что-то путаешь! Это она за мной много лет бегает, так что у нее просто нет времени, чтобы бегать за тобой.
Наконец Вера не выдержала долгой и монотонной речи Ларисы, которая сводилась к одному: какая Лорочка замечательная и какие все сволочи, что этого не признают.
              — Короче, давай спать!
              — Спать?! А как же романтика? — обиженно завопила Лариса, вытягивая губки в трубочку. — Давай проговорим всю ночь, это так романтично!
              — Нет, спасибо, боюсь, у меня здоровья не хватит.
              — Ну-у, я тоже очень больная, мне недавно аппендицит вырезали, я так переживала, что чуть не умерла!
              — Я тоже сейчас умру, если ты не перестанешь говорить! — разозлилась Вера и залезла на свою полку. Лора полезла наверх и там попыталась помолчать, но ей было слишком сложно это делать, она ворочалась, как на раскаленной сковородке.
Внезапно в стену бесцеремонно стукнули. Лариса подпрыгнула и уставилась на Веру.
              — Это ты пукнула?
              — Нет, не я.
Она постучала кулаком в стенку.
              — Что вы там делаете?!’ Козлы!!!
В ответ раздалась серия ударов, словно кто-то бился лбом или мячом.
              — Музыку слушаем! — ответил какой-то идиот.
              — Это и есть твоя музыка, придурок? — крикнула Вера, краснея от гнева.
              — Это я помогаю барабанщику “Guns-n-Roses”! — выпалил сосед.
              — ““Guns-n-Roses””?!! Фу, какая фигня, — выкрикнула Лариса, поняв по голосу, что этот придурок достаточно молодой, чтобы с ним позаигрывать. — “Воn Jovi!!! Вот настоящая музыка!
              — “Воn Jovi” — дерьмо!!! — заорал в стенку меломан.
              — “Воn Jovi” — то, что надо!!!
              — “Guns-n-Roses”!
              -“Воn Jovi”!!!
              — “Guns-n-Roses”!
              -“Воn Jovi!!!
Верхний свет приглушили, шум колес навевал сонливость. Если бы не музыка из соседнего купе, где, словно нарочно открыли дверь, можно было бы выспаться. Но Вера всегда плевала на других и смогла бы уснуть даже в яме с аллигаторами, поэтому подвывание “Guns-n-Roses” не так уж ей и мешало.

3.
Диме всю ночь снились обезьяны, аппетитно пожиравшие бананы и клянчившие нудными голосами у него дыни, апельсины и шоколадки. Он счел это дурным предзнаменованием. К тому же все обезьянки были похожи на его так называемую сестричку Ларису.
Женя дергался всю ночь, гоняясь за красивыми девушками, одетыми в Гавайском стиле; обнаженный торс и юбка из зеленых бананов. Он пару раз падал на пол, пытаясь кого-то поцеловать во сне. Несколько раз Женя пробовал попасть на верхнюю полку, запечатлев в подсознании, что там лежит девушка, но постоянно сваливался на пол. Диму этот грохот каждый раз заставлял просыпаться и хохотать до резей в животе. Жене же это все не нравилось и к утру, он пришел в уныние.
Вере снилось туманное, но обеспеченное будущее, распланированное ею заранее. Правда мысль о соседстве Ларисы заставляла вздрагивать во сне, разрушая хрустальные замки.
Ларисе же снились мальчики. Их было много, все красивые и обеспеченные. Стоило ей повернуться к ним, как те начинали разбегаться, как тараканы. Лариса кричала им вслед: “Не бросайте меня, помогите хоть чем-то. Я же о-очень хорошая!”, поэтому тоже спала неспокойно.
На утро Женя, помертвев, ввалился в купе и прислонился к стене, тяжело дыша, как после марафонского бега.
              — Ты не представляешь, кого я видел в соседнем купе, когда шел из туалета! — трагическим тоном начал он.
              — И кого? — невольно вздрогнул Дима, вспомнив про свои ночные кошмары.
              — Ларису! Она говорила с какой-то теткой в соседнем купе! Оказывается, это ее голос мы слышали ночью!
              — Ты уверен, что видел именно ее, — с явным беспокойством спросил Дима и приготовился к возможному побегу, как бегун на старте.
              — Конечно! Я твою обезьяну ни с кем не спутаю!
              — Ну, не надо так про мою сестричку… — сыронизировал Дима и бросился переодеваться.
              — Куда ты торопишься?! — недоумевающе спросил Женя.
              — Я ухожу! А ты как хочешь! Но если не мечтаешь встретиться с Лорой, то быстро собирайся!
Женя бросился застегивать ширинку. В этот момент поезд начал останавливаться. Дима схватил рюкзак, выглянул в коридор, нет ли там Ларисы, и трусцой побежал к выходу.
              — Идиот! Это же не наша станция! — крикнул Женя вдогонку другу.
              — Какая разница? Доберемся на попутках! — стараясь говорить тихо, кричал Дима уже с улицы. Недолго думая, Женя схватил сумку и тоже сошел с поезда.
На утро Вера быстро сложила сумку и села на нее, чтобы не украли.
Лариса собирала вещи тягостно и постепенно, не привыкнув к тяжелой работе. Делала она это очень лениво, жалея, что рядом нет Славика, на которого можно было свалить что угодно, или родителей. Пару раз она с безнадежностью отчаянья смотрела на Веру, но, созерцая ее суровый мужской профиль, не осмеливалась попросить о помощи.
На этот раз Вера, снова выудив термос, угостила Ларису чаем, радуясь, что больше никогда ее не увидит. Правда, сделала она это с тайным умыслом: за ночь чай остыл и превратился в редкую гадость.
              — Итак, пока. Прощай! — воскликнула Вера, широко улыбаясь.
              — Но ведь мы же еще не приехали? — удивилась Лариса, трогая многочисленные фенечки на узких руках.
              — Ничего, скоро приедем. Мне нравится прощаться заранее.
Первым к нужному месту добрался Дима. Он никогда в жизни не видел знакомую своей мамы, поэтому, встретив на пороге сухую старушку, ничуть не удивился.
              — Здравствуйте! — доброжелательно выкрикнул он, подозревая, что та плохо слышит.
              — Здравствуй, сынок! — сказала женщина и прошла в дом. Дима осмотрелся. Перед ним стояла хиленькая избушка, которая вот-вот развалится. Он на всякий случай сверил номер дома. Считая себя по жизни неудачником, Дима счел это данью судьбы. “Вот, еще одно разочарование… « — подумал он и забросил на спину рюкзак. Депрессия была неизменным состоянием его души.
Дима прошел во двор и присел на лавочке. Заходить в дом он не решился, слишком уж оттуда воняло сыростью.
Вдруг возле калитки притормозила машина, потом уехала, потом, развернувшись, подъехала снова и снова уехала, потом сдала назад. Дима наблюдал за этим, уже предчувствуя что-то нехорошее.
Из машины вышел Женя, держа в руках увесистую сумку. Еще с улицы он заприметил Диму, уныло сидящего на скамейке.
              — А что теперь ты здесь делаешь? — выкрикнул он. Сначала Женя испугался, что Диму пригласили трахать тех же девушек, поэтому ему очень захотелось подержать друга за горло.
              — А ты что здесь делаешь?!! — раздраженно спросил Дима, вскакивая. — Только не говори, что ты здесь собираешься жить!
Женя не услышал Диму, потому что умел слышать только то, что ему приятно. Но вдруг он подумал, что Дима и есть тот таинственный знакомый, выславший ему билет. “Я всегда знал, что Дима — мой лучший друг!” — гордо подумал Женя, а вслух сказал:
              — Так где же наши девочки?
              — Я не видел здесь ни одной девочки, — глядя исподлобья, ответил Дима и жестом пригласил приятеля на скамейку.
              — Если бы мы знали, что едем в одно и то же место, то могли бы вдвоем словить одну попутку, а не платить за две, — задумчиво пробормотал Женя. Парни переглянулись, и оба поняли, что ничего не понимают.
Вдруг на горизонте появилась Лариса. Она вышла из только что отъехавшего автобуса. Подойдя к домику, девушка остановилась и принялась вглядываться в табличку с номером. Потом недоумевающе захлопала ресничками, то открывая, то закрывая рот. Чемодан вывалился из руки и валялся в пыли.
              — Это, это что, тот самый санаторий?!! — почти визжала она, топая ногами. Обернулась по сторонам, словно проверяя, есть ли зрители, и, увидев Диму с Женей, едва не упала в пыль рядом с чемоданом. — А вы, вы тут что делаете?» — заорала Лариса, пытаясь успокоиться, и сразу же заулыбалась.
Парни косо на нее посмотрели, но ничего не ответили. Оба решили, что отдых испорчен. Лариса тоже ничего не понимала, но продолжала улыбаться. Не вытерпев тягостного молчания, она начала разговор:
              — Вы не представляете, с какой коровой мне пришлось сюда ехать!!! По-моему, у нее всю ночь были проблемы с желудком!..
Вера с трудом нашла нужный ей номер дома, продолжая радоваться, что отделалась от попутчицы. Но тут ее ожидало сразу два удара: во-первых, вместо шикарного санатория перед ней стояла хиленькая хатынка, а во-вторых, на нее нагло глазела обезьянья мордочка Ларисы.
              — А ты что здесь делаешь?!! — разъяренно закричала Лариса, сжимая кулачки.
Вера ничего не стала отвечать. Она достала из кармана смятую бумажку и сверила адрес, а потом пробормотала:
              — Ты знаешь, мне, кажется, тоже сюда.
Из маленького грязноватого домика вышла бабулька, вытирая грязные руки прямо об юбку.
              — Чего кричите-то? Так это вы мои постояльцы? — лицо женщины изуродовала улыбка.               — Заходите, располагайтесь.
Они поднялись по узкой каменной лестнице вверх. Перила обвил виноград, и обступила крапива. Садик выглядел заброшенным и мрачным, как инквизиторские темницы. Несмотря на жару, земля дышала погребной сыростью. Невольно воображение навевало мысль о змеях и крысах. Хозяйка, высушенная солнцем, провела приехавших в домик.
              — Итак, первый этаж ваш. Здесь есть две спальни, кухня и гостиная. В каждой спальне по две кровати. В гостиной вы можете кушать, смотреть телевизор или просто сидеть.
Вопросов у ребят не возникло. Сразу стало ясно, что Лариса с Верой будут жить в одной, а Дима с Женей в другой комнате. Оставалось распределить комнаты и кровати.
Лариса обернулась к Вере, пытаясь улыбаться:
              — Пошли, выберем себе лучшую комнату. Она потащила Веру в распахнутую дверь.
              — Здесь паутина на потолке… со здоровым пауком, — без эмоций сказала Вера, посмотрев вверх.
              — А возле кровати, кажется, мышеловка! Хорошо, что я не вступила в нее ногой! — слышался визгливый голос Ларисы. — Какую же комнату выбрать?
Тем временем, расслышав про пауков и мышеловку, Дима с Женей быстро заняли соседнюю комнату и заперлись в ней на ключ. Сколько Лариса не пыталась стучать, ей не открыли.
              — Меня мучает сомнение: кто же нас сюда запихнул? Ты же видишь, что твоего друга с девушками здесь нет. Да и я чувствую себя придурком. Не нравится мне все это! Помнишь “Десять негритят” Агаты Кристи? В конце все умерли. Вот.
              — А разве не ты пригласил меня сюда? — вдруг спросил Женя.
              — Конечно, нет! Стал бы я тратить на тебя деньги!
              — Расслабься. Может, кто-то решил устроить нам отдых. Разве это плохо? Дима пожал плечами. Женя, который не мог думать ни о чем, кроме девочек, с угрызением совести посмотрел на друга.
              — Извини, конечно. Но мне ничего не остается, кроме как встречаться с твоей Ларисой.
              — Не вздумай! — выкрикнул Дима. — Лезть к моей сестричке?!! Я тебе не позволю. Не смей к ней приближаться, иначе ты мне больше не друг! — грозно сказал он, опекаясь о Ларисиной девственности.
К обеду Дима устал лежать на своей кровати, держа в объятьях рюкзак с вещами. Разбирать его было лень, и вообще ничего не хотелось.
Их с Женей комната оказалась сырой, даже окно обвил железными тисками виноград. Низкий потолок угрюмо нависал грязной побелкой. В общем, веселого было мало. Он посмотрел на Женю, подложившего под голову свою сумку, и ему все опротивело.
Дима отпер дверь и зашел в комнату девушек. Он отчетливо понимал, что теперь ему придется играть роль “братика” Лоры и нести ответственность перед ее родителями.
В комнате девушек было жарко и душно — им попалась солнечная сторона без винограда. Лора оттеснила Веру на кровать под окном, решив, что если будут лезть бандиты, пусть Веру убьют первой. К тому же их дверь не закрывалась, поэтому он застал Ларису в бешенстве. Мало того, что в ней не было замка, так она еще и открывалась, когда ее пытались закрыть.
              — Дима, пожалуйста, давай поменяемся комнатами. Здесь не закрывается дверь. Мы не можем так жить! — Лариса подошла к двери, закрыла ее и отпустила. Та тот час же поползла в обратную сторону.
              — Ни за что! — отрезал Дима.
              — Послушай, если бы она открывалась в комнату, можно было бы хоть как-то стул подставлять, а так… — вопила Лариса.
              — Ничего не выйдет, — снова отрезал Дима, зная, что стоит проявить слабость, как Лариса уговорит даже свозить ее на луну. — Мы не будем меняться.
              — Дима! Так ты что, хочешь, чтобы мы с Верой с голыми грудями по всему дому разгуливали?
              — Почему по всему дому? — удивился Дима.
              — А какая тогда разница: переодеваться в гостиной или в комнате, которая всегда открыта?!
              — Никакой!
Дима хорошо понимал, что у девушек сложнее с переодеванием, чем у парней, но в то же время не хотел отдавать свою комнату, закрывавшуюся на ключ. А вдруг они с Женей кого-то себе найдут?
              — А тебя не будет смущать, если я буду переодеваться прямо при тебе? — снова завелась Лариса. Но, зная ее уже двадцать лет, Дима не стал клевать на ее удочку и продолжать спорить.
Наконец к ним вышла хозяйка.
              — Ну, как? Устроились? — доброжелательно поинтересовалась она.
              — Ага, — ответила за всех Вера. — А кстати, где море?
              — Море?! — переспросила женщина, словно первый раз слышала это слово. — Море отсюда далеко…
              — Ой, бедный я, несчастный! — скулил Дима, покачиваясь на ветхом стуле, словно стараясь войти в транс.
              — Ты что? — Женя с удивлением обернулся. До этого он был занят распаковыванием чемодана и развешиванием на спинке кровати коллекции трусов.
              — Чего, чего… Пропал мой отдых! Накрылся, как крышка гроба! Дима поднял мученический взгляд на небо, то есть в потолок.
              — Да-а, у тебя точно депрессия! Нужно срочно выпить! И познакомится с девочками.
              — Какое выпить?! Какие девочки?! У меня на шее Лариса! И мне за ней придется смотреть!
              — Эта обезьяна сама к тебе привязалась! Так чего ты должен за ней смотреть?
              — Да пошел ты, — слабым голосом дистрофика пропищал Дима, с такой силой откидываясь на стул, что тот, конечно же, перевернулся. Дима вместе с ним грохнулся на пол. — Ну, вот, отчаянно завопил он, — стул сломался. Во всем мне не везет. Проклятый отдых!
              — А я пойду в комнату девочек, — заявил Женя и поправил свои семейные трусы.
              — В таком виде? Женя, это смешно!
              — Я в виде футболиста: майка и трусы.
              — У футболистов шорты.
              — Трусы сексуальнее… Он вышел.
              — Привет, девочки! — он развязно ввалился в комнату и увидел Веру с Ларисой без лифчиков — они хвастались друг перед другом бюстами. Особенно сильно потрясала своими дынями Вера, доказывая, но безуспешно, Лоре, что самые красивые женщины в мире               — толстые.
Женя уставился на Ларису округлившимися от похоти глазами.
              — Так и ходи, мне нравится!
Лариса быстро накинула футболку, радостно улыбаясь.
              — Жень, а у тебя есть что-то покушать? — неожиданно спросила она, подходя к нему и почти впечатывая своим телом в стенку. Голод съел остатки ложной скромности.
              — Нет, я сам все съел, ну, и Дима помог, — честно признался он. Лариса тот час же потеряла к нему интерес и повернулась к Вере с тем же вопросом. Та с недовольным видом протянула ей термос с остатками давно сгнившего чая:
              — Вот все, что у меня есть. Хочешь? — с издевкой спросила она.
              — Нет, спасибо. Травись им сама! А лучше вылей под кровать — будем травить тараканов!
Женя потихоньку ретировался.
              — Дима, к ним бесполезно ходить — у них ничего съедобного нет! Они зашли в свою комнату. Дима достал из сумки бутерброд, оставшийся от поездки, и разделил на две части.
              — Приятного аппетита, — пожелал он другу, закрыв их дверь на ключ, и принялся откусывать большой кусок.

6.
              — Надо провести собрание, — серьезно заявил Дима, поднимая с кровати свою ленивую задницу.
              — Какое? Комсомольское? — проговорил Женя, с трудом шевеля губами. Его разморило после трудной дороги и первых разочарований.
              — Нет, денежное. Иди, собери в кучу девочек, ты же у нас специалист по женскому полу? — язвил Дима.
              — Это да! — Женя с хрустом потянулся и с блаженной улыбкой встал, на ходу приглаживая свои распатланные волосы. Его смуглая, как у цыгана, кожа и появившаяся худоба сильно выделялись в широких полосатых семейках. Но сам он, конечно же, считал себя Аполлоном.
Скоро все собрались. Лариса, как обычно, бессмысленно улыбалась. Вера мрачно хмурилась, подозревая, что ее пытаются выжить. Честно говоря, она никогда не видела столько идиотов в одном месте, включая себя. Себя она тоже считала идиоткой, так как умудрилась попасть в эту психушку.
              -. Итак, садитесь, господа! — важно заявил Дима и солидно прошелся перед сидящими на кроватях. — Сегодня на повестке дня один очень щекотливый вопрос: деньги. Итак, у вас есть деньги, господа?
              — Конечно! — тот час же откликнулась Лариса. — Но… очень, очень мало, — осторожно добавила она, состроив трагическую мину голодного зверька. Она боялась, что ее заставят на что-то скидываться. Лора решила умереть, но больше пятидесяти копеек не дать.
              — У меня тоже ничего нет, — с хладнокровностью разбойника перед виселицей заявила Вера. — Я думала, что выиграла путевку в санаторий, и ничего с собой не брала.
              — Да как такая дура могла что-то выиграть?!! — окрысилась Лора. — Вот я действительно выиграла. — Она заулыбалась. — Я же — гений! Дима с грохотом ударил по столу табуреткой.
              — Тихо вы! Как видите, санатория здесь не имеется, — он обвел взглядом стены. — Не знаю, что это все значит, но нам нужны… деньги, чтобы питаться. Лариса захлопала ресничками.
              — Мальчики, но вы же не заставите меня голодать? Правда?
              — Ну, я могу помочь тебе только своим белком. — Женя визгливо засмеялся. — Зато натурпродукт.
              — Лариса, у меня денег едва хватит на обратный билет! — разозлился Дима, розовея, как крымский помидор. — Я тебе не твои родители, с которых ты качаешь деньги, поняла?!!
              — У меня тоже деньги только на обратный билет, — упрямо заявил Женя, трогая отросшую щетину в паховой области. — Я не рассчитывал, что придется столько выложить за машину. А все ты, Дима! — неожиданно взорвался он. — В соседнем купе Лариса, давай поскорее сбежим! — кривлялся он, пародируя друга.
              — Вот и сбежали. Аминь! — Сложив руки на груди, он с размаху сел на кровать и отвернулся от него.
              — Мальчики! — Лариса растерянно переводила взгляд с одного на другого. — Неужели вы хотели бросить меня с огромным чемоданом?! Меня, такую слабую, после операции?..
              — Достаточно, — дрожащим от гнева голосом оборвал Дима, — мы уже поняли, какие мы скоты. — Но платить за тебя… в джентльмены мы не напрашивались.
              — Тогда, — Лора сжала кулачки и гордо задрала остренький подбородок, — я буду раскручивать мужиков. Можешь пойти со мной, — снисходительно обратилась она к Вере на тот случай, если придется с кем-то из них спать.
              — Сама с ними общайся, я тебе не шлюха! — отрезала Вера, бледнея от ярости.
              — Это ты привыкла любой член тянуть себе в рот. На себя саму мне денег хватит, я экономная!
              — Я тоже, — презрительно выкрикнула Лариса. — Спорим, что у меня денег больше, чем у тебя?!
              — Сегодня мы берем билеты назад, а на остальные деньги будем покупать еду… на всех, — безапелляционно приказал Дима. — Голодать здесь я не позволю никому, даже тебе, Лариса! Итак, теперь серьезно: кто с собой брал сколько денег? — Он посмотрел на Женю. Тот пожал плечами.
              — У меня осталось пятьдесят гривен на обратный билет.
              — Очень хорошо! — Дима перевел взгляд на Веру.
              — Ну, я смогу дать, но не больше десяти гривен… — ответила она.
              — Лариса, — продолжил допрос Дима.
Девушка невольно улыбнулась, потом встала и пошла в свою комнату. Там она вытащила из-под кровати чемодан, долго в нем ковырялась и вышла к остальным, сжимая в руке одногривневую купюру и невинно улыбаясь.
              — Очень хорошо, — уже раздраженно сказал Дима. Я тоже всех содержать не буду. Если мы сейчас не решим вопрос с деньгами, то каждый за все будет платить сам.
Дима встал и начал ходить кругами.
              — Может, хватит скрывать от меня свои доходы?! Я не из налоговой милиции! Я только хочу, чтобы мы не сдохли с голоду, раз уж приехали все в эту дыру. Итак, у кого сколько денег? — сурово спросил он, начиная чувствовать себя придурком. В комнате воцарилось молчание, продлившееся несколько минут. Даже Лариса не решалась его нарушить.
              — Вы что, меня за идиота держите?! — наконец не вытерпел Дима, переходя на крик.
Женя осторожно покивал головой, что разъяренного Диму привело в бешенство. Он поднял Женю за воротник и свободным кулаком заехал ему в глаз. Женя отлетел в гостиную к телевизору, но быстро вскочил, схватил Диму за футболку и свалил его на пол.
Лариса отчаянно завизжала и принялась звать на помощь. Сидевшая рядом Вера не смогла спокойно слушать ее визг, поэтому схватила Ларису за горло и крепко сжала.
К счастью, в комнате появилась хозяйка, державшая в руках качалку для теста длинной в полметра.
              — Чего вы тут раскричались? — уважительно спросила она, но, поняв, что словами делу не поможешь, накинулась с качалкой сначала на мальчиков.

7.
Настала ночь, и пошел дождь. Все перекусили «Мивиной», которой Дима, расщедрившись, купил каждому по две пачки — до момента, когда решится вопрос с деньгами. Лариса грозилась съесть сразу две упаковки в надежде, что на утро Дима купит ей третью. Но тот отнял мивину у сестрички, сказав: “Я не собираюсь идти лишних пять километров, — (именно столько было от домика до ближайшего магазина), — поэтому давай кушать экономней…”
Часам к десяти разыгралась настоящая гроза. Все сидели в гостиной, разместившись на старом диване. В комнату вошла хозяйка, вытирая об себя руки.
              — Присаживайтесь, посмотрите с нами телевизор! — вежливо предложила Лариса, расплывшись в улыбке, хотя в душе мечтала, чтоб эта старуха куда-нибудь провалилась и больше не появлялась.
              — Спасибо, Лорочка. Но я уже пойду спать.
              — Ну, почему так рано? Посидели бы с нами… — не отставала Лариса.
              — Все равно сейчас отключат свет. Когда гроза, его всегда отключают. Свечка и спички на столе. Спокойной ночи, ребятки.
Все посмотрели на баночку с кукурузой, из которой торчала толстая парафиновая свеча. Стоило старушке выйти, как все лампочки в доме потухли, и телевизор заглох. Дима зажег свечку своей зажигалкой.
              — По-моему, очень романтично, — заметила Лариса, искря глазками и посмотрев на Женю. Последние два года она очень хотела с ним встречаться, но Дима всегда делал так, чтобы они не могли поговорить. Лариса искренне считала, что Дима мешает, потому что сам в нее по уши влюблен.
Женя на ощупь нашел свой магнитофон и приволок его в гостиную.
              — Какую музыку будем слушать? — спросил он для приличия, вставляя в кассетницу запись “Guns-n-Roses”.
              — Не включай! Я сейчас принесу “Воn Jovi”! — воскликнула Лариса, вскакивая с дивана.
              — Если ты принесешь “Воn Jovi”, я разобью эту кассету об твою голову, — пригрозила Вера. Но Лариса не послушалась, веря, что мальчики ее защитят, особенно Дима, он ведь тайно в нее влюблен!
Когда она вернулась, Дима стоял возле стола с магнитофоном.
              — Давай сюда своего “Воn Jovi”, — обратился он к сестренке. Та послушно отдала, продолжая бессмысленно улыбаться. Дима открыл форточку и вышвырнул кассету на улицу. — Пока я здесь, “Воn Jovi” в этом доме никто слушать не будет! — сказал он, возвращаясь на диван.
              — Дима! Как ты мог?! И кто теперь будет его оттуда доставать?! — визжала Лариса, топая ногами. — Женя! Может, ты сходишь? Я ж надеюсь, ты не такой идиот, как этот?!
              — Дорогая, ты ж не можешь выставить меня на улицу в такую погоду? — иронизировал Женя. Лариса ему не нравилась. Но не с Верой же встречаться! Он осторожно посмотрел на Диму и встретил презрительный взгляд.
Дима знал, как по сволочному Женя обходится с девушками, и не хотел, что бы Лариса стала одной из них. Жене ничего не оставалось, как перевести взгляд на Веру.
Вере же понравился Дима. В отличие от Жени, он был достаточно симпатичным и одевался довольно прилично. Так случилось, что на диване они сидели рядом. Вера положила ему голову на плечи и руку на ширинку. Когда он сообразил, что происходит, его глаза округлились до размера беременности. Дима осторожно освободился от рук девушки и сбежал в свою комнату, потянув за собой Женю. Первым делом Дима запер дверь на ключ.
              — Что случилось? Ты вылетел, как ошпаренный! — допрашивал Женя, разрываемый любопытством.
              — Представь, эта корова полезла мне в брюки! — словно в гипнозе, промолвил Дима.
              — Так трахни ее. Она и успокоиться, — посоветовал Женя, а потом продолжил:
              — По-моему, мы можем поделиться: ты будешь трахать Веру, а я — Ларису.
              — Заткнись! — выпалил Дима. — Не смей приближаться к Ларисе! Понял? — Женя засунул руки в карманы и начал наматывать круги по темной комнате, пока два раза не наткнулся на стул и не остановился.
              — И с кем, по-твоему, я должен тут заниматься сексом? — уже раздражаясь, обратился он к Диме.
              — С Верой!
              — Но Вера мне не нравится. К тому же Вера — твоя!
              — Я тебе ее дарю! — воскликнул Дима, разводя руки.
Наконец они вышли к девочкам. Те печально сидели на диване. В свете маленького пламени личиком Лариса была похожа на кролика, а Вера — на бульдога.
Дима отозвал Веру и отвел ее в темный угол.
              — Вера, ты мне, конечно, очень нравишься… — начал он разговор и на момент запнулся, — подбирая слова, а потом продолжил: — но мы не можем с тобой встречаться…
              — Почему? — спросила та.
Дима замялся. Сначала он хотел рассказать привычную историю о том, какие они разные, но потом нашел более убедительный повод:
              — Понимаешь, ты очень нравишься моему другу, а я не могу отбить девушку у лучшего друга…
              — У Жени что ли? — презрительно спросила Вера.
              — Да, — Дима изо всех сил попытался изобразить чувство досады.
              — Понятно, — бросила Вера и вернулась на диван. Она начала искоса смотреть на Женю, пытаясь найти в нем хоть что-то хорошее…
Женя чувствовал себя хроническим неудачником. Ему никогда не везло с девушками. Конечно, он мог бы отказаться от Веры, но других подходящих созданий с дыркой для члена здесь не было. Ларису нельзя было трогать. Старушка была не во вкусе Жени. Оставался еще Дима. Но Дима ведь был другом…

8.
Всю ночь Дима стонал и ворочался на кровати. Яркие молнии, бившие в окно, энтузиазма у него не вызывали, прибавляя красок в его кошмары.
              — Дима, ты чего? — испуганно спросил Женя, когда друг резко сел на кровати, бессмысленно смотря в пространство. — У тебя температура?
              — У меня депрессия… Боюсь, что пожизненная. Я все думаю: неужели мы будем весь отдых питаться одной мивиной? Тогда лучше сразу покончить с собой — дешевле обойдется!
              — Ничего, мы обыщем багаж девчонок, когда они куда-нибудь выйдут, и отберем у них деньги.
              — Они никогда не выйдут, потому что здесь некуда выходить… — придал пессимистический оттенок Дима.
В это время в комнату вошла Лариса. Мальчики быстро легли в постель, про себя кляня друг друга, что забыли запереть дверь на замок.
              — Дима, Женя, вы спите? — шепотом спросила она. Не получив ответа, она попыталась на ощупь найти их сумки. Женя прокрался и услужливо подставил свой член. Блеск молнии продемонстрировал Лоре, что именно она поймала, и девушка дико завизжала.
              — Дорогая, что ты тут делаешь? — как ни в чем ни бывало, поинтересовался Женя, едва сдерживая хохот.
              — Я… не знаю; иногда я хожу во сне, — нашлась она. — Я совсем не помню, как у вас очутилась.
              — А теперь быстренько вспоминай обратный путь, и двигай отсюда! — пригрозил Дима.               — А то вышвырну тебя в окно.
              — Как раз поищешь своего “Воn Jovi”! — съязвил Женя. Лариса убралась, осторожно прикрыв дверь с видом скомпрометированной королевы.
              — Слушай, закрой на замок, а то скоро сюда и Вера явится! — попросил Женя Диму.
Их встретило хмурое, серое утро, отбивающее всякое желание купаться. Но компания с жертвенным видом побрела к автобусу, решив, что раз их занесло на море, просто грех не попасть на пляж.
Автобус находился недалеко: в двух километрах от магазина. В дорогу Дима купил хрустящих палочек на гривну Ларисы, доложив своих пару гривен.
              — Деньги мои, значит, палочки понесу я! — воскликнула Лариса. Дима отобрал их у нее и запустил в кулек пятерню. — С друзьями надо делиться! — напомнил он огорченной “сестричке”.
Лариса сладко улыбнулась.
              — Ах, да, конечно… Я же так вас люблю! Вера выдернула пакет из рук Димы:
              — Девушек нужно угощать! — нагло сказала она.
Женя не без труда забрал кулек у Веры. Для этого ему пришлось объясниться ей в любви и желании жениться сразу же по приезду в Киев.
Семь километров на голодный желудок дались им нелегко. Наконец они увидели пустую скамейку. Радостно завизжав, девчонки бросились занимать места на лавочке. Только убедившись, что лавочка сломанная, они остановились.
              — Когда следующий автобус? — поинтересовался Дима у идущего по дороге смуглого мужчины, потыкав в остановку пальцем.
              — Он недавно уехал. Следующий будет через три часа.
              — Три часа?! — закричали девчонки.
              — Да, он бывает раз в три часа, — хладнокровно объяснял местный житель.
              — А пешком… до моря? — упавшим голосом спросила Вера.
              — Ну, часов пять, шесть. Я не пробовал.
И мужчина зашагал к своему частному домику, из-за забора которого высовывались ветки, до отказа нагруженные персиками.
              — Итак, что проще: пройти назад семь километров и вернуться, или ждать три часа?               — с тоской спросила Лариса.
              — Может, ты ляжешь посреди дороги, тебя кто-то переедет, и мы на скорой приедем на пляж? — язвительно заявила Вера.
              — Что ж, будем ждать. Может, за это время погода улучшиться, — попытался поднять общее настроение Женя, но наткнулся на колья яростных взглядов со всех сторон.
              — Я хочу персиков, — через полчаса заныла Лариса, хныкая, как избалованный младенец, которого так и тянет убить кувалдой! — Димочка, Женечка, слазьте на этот синий забор, нарвите мне персиков…
              — Ты что, не видишь, что их продают?! Вон, калитка открыта, и на пороге стоят весы с персиками. Думаешь, для красоты? — оборвал ее мечтания Дима.
              — У меня есть десять гривен, — Лариса осторожно вытащила из лифчика заначку. — Дима, иди купи мне килограмм, я тебе дам один. Дима взял у нее деньги и спокойно положил их в карман.
              — Деньги нам пригодятся!
              — Отдай! — Лариса подскочила к нему и запрыгала, топая ногой и взбивая дорожную пыль. — Я родителям пожалуюсь!
              — Твоим родителям я скажу, что вынужден был забрать у тебя деньги, чтобы ты не просрала их на глупости. Они мне поверят, они ведь тебя знают!..
              — Ну, так хоть купи персиков… на всех, — выдавила она, закусив губу.
              — Ну, если ты угощаешь, — Дима двинулся к калитке. — Персики — совсем неплохая идея.
… Наконец долгожданный автобус приехал. Непонятно откуда взявшаяся куча людей моментально уселась на свободные места.
              — Ну, вот, столько ждали, а теперь стоим, — грустно проговорила Лариса. Вере удалось сесть, втиснувшись на полкорпуса впереди дряхлой бабули и отпихнув ее задом.
              — Садись, — Вера сгребла в охапку Диму и усадила себе на колено.
              — Ты его еще грудью покорми! — съязвил Женя. Хоть Вера ему и не нравилась, он хотел быть секс-идолом для всех женщин на земле.
Дима смутился и попытался встать, но Вера держала его стальными клещами. Наконец показался туманный пляж: людей было немного, но и те, что были, сконцентрировались в основном на платном участке, где выдавались лежанки: лежать на булыжниках никто не хотел.
Острые скользкие черные скалы, обросшие водорослями, выглядывали из воды и насмешливо скалились. Чайки громко орали, летая над волнами. Наверное, они думали, что небо — это море, и считали себя рыбами.
Дима радостно вскочил с колен Веры и кинулся к двери, пробегая мимо неодобрительно нахмурившихся бабулек с тяжелыми острыми кошелками. Женя погнался за ним.
              — Друг, у меня в заначке десять гривен, поищем девочек? — шепнул он ему возбужденным голосом.
              — А домой ты как? Своим ходом добираться будешь? — радостно спросил Дима.
              — Давай поищем богатых, может, они нас и угостят заодно, — размечтался Женя. Дима уставился ему в промежность:
              — Думаешь, тебя есть за что кормить?
Женя намека не понял, потому что переставал соображать, когда ему хотелось секса.
              — Ну, давай, — заныл он.
              — Хорошо, — неожиданно согласился Дима, подумав: “Все лучше, чем провести скучный вечер с нашими занудами, особенно с этой настырной Верой…” Вспомнив, как он сидел у нее на коленях, — и его передернуло.
              — Итак, девочки направо, мальчики — налево, — развязно усмехнулся Женя, когда девчонки вышли из автобуса.
              — Ты что, уже в туалет хочешь? — спросила Лора.
              — Нет, мы от вас уходим, — заявил Женя.
              — Встречаемся возле этого огромного камня через три часа, — спокойно пояснил Дима.
              — Возле того, где гнездо чаек, или того, где парень в зеленых трусах тонет? — спросила Лариса.
              — Там, где гнездо, — Дима погрозил пальцем Ларисе. — Смотри, попробуй мне только забеременеть!
              — Я тогда скажу, что от тебя, — усмехнулась “сестричка”. … — Ну, вот, они нас бросили, — печально сообщила Лариса и так очевидное событие.
              — И хорошо, поищем себе богатых мальчиков, — спокойно сказала Вера. Они подошли поближе к воде и разделись до купальников.
              — Ой, неужели ты так и пойдешь?! — испуганно всплеснула руками Лариса. — Не вздумай идти в купальнике. Он тебе не идет!
              — А в зубы?
              — Но этот цвет тебя немного стройнит…
Они прошлись вдоль берега, улыбаясь направо и налево. Лариса на всякий случай улыбалась даже в воду.
              — Ой, смотри, какой мальчик! — вдруг завизжала она. — Ой, а этот такой красавчик!
              — Давай искать постарше и побогаче, — заметила Вера. — Вон, смотри, мужик валяется, у него на трусах мобилка, а рядом куча пива.
              — Надеюсь, что он уже пьяный. Тогда ты ему точно понравишься, — ядовито сказала Лора.
              — Надеюсь, потому что до тебя ему еще пить и пить; пивом тут не обойдешься, — ответила Вера.
Мужчина действительно был пьян. Увидев проходящих мимо девушек, он замахал руками.
              — Плывите сюда, мои русалочки! Не хотите хорошо провести время? Девушки радостно закивали головами, и подошли к нему. Он вручил им по пиву.
              — А меня зовут Борис. А вас?
              — Я не пью, — шепнула Лора Вере.
              — Пей, дрянь! — ответила Вера тоже шепотом.
Обе они заулыбались толстому волосатому мужчине. Вера вдруг бросилась обнимать его, упав к нему на подстилку. Борис подгреб ее одной рукой, другой ухитрился подгрести к себе Ларису.
              — Моя мечта сбылась: лежать на пляже с двумя девушками! — он начал отчаянно лапать их. Девицы покраснели, но мужественно улыбались.
Вдруг в поле зрения Бориса попали две действительно красивые девушки модельного типа.
              — Подождите, я скоро вернусь, — бросил он Вере с Ларисой и удрал. Больше они его не видели.
Вера таинственно усмехалась, так как не даром припечатала мужичка к земле своим телом. Рядом с мобилкой из трусов торчала пятидесятидолларовая купюра. После обниманий она перекочевала к Вере в купальник, а после в карман джинсовых шортов.
Лариса, не смотря на свое плохое зрение, заметила махинацию, проделанную Верой и, когда та на секунду отвернулась, вытащила деньги и переложила себе в купальник. Вера заметила подлую ухмылку на ее лице, но сразу не полезла проверять шорты, чтобы не привлекать внимания.

10.
Мальчики до болей в голове мечтали подцепить хоть каких-то девочек, но чтобы их можно было трахнуть и навсегда забыть. Женин член стоял, не опускаясь ни на секунду. У Димы же все висело. Но для него секс был не так важен, как похвастаться хорошенькой девушкой перед другом.
Они отошли подальше от пляжа и сели на лавочке возле кафе, окруженного плетенью.
              — Так и будем сидеть? — спросил Женя, видя, как красивые девушки проходят мимо и даже не смотрят в их сторону.
              — Нет. Мы так ни с кем не познакомимся. Нужно купить пиво. Дима вытянул руку, и Женя неохотно положил в нее две гривны. Когда Дима ушел, Женя очень обрадовался. В глубине души он считал, что девушки не хотят знакомиться именно из-за Димы, потому что по одному его виду можно было заявлять, что он — отпетая сволочь. Но те две минуты, пока друга не было, на Женю тоже никто не посмотрел.
              — Ну, как? Глухо? — подходя, спросил Дима и протянул открытую бутылку. — Я думаю, нам завтра надо ехать в Киев. У нас нет денег, чтобы кормить Ларису с Верой.
Женя тяжело вздохнул.
              — А может, побудем еще пару дней?
              — Что, не хочешь жениться на Вере? — подковырнул Дима. Женя сделал вид, что не услышал и отвернулся, потягивая холодное пиво. Вдруг на соседней скамейке присели две девушки модельного типа — крашенная блондинка и симпатичная брюнетка.
              — Может, подойдем к ним, — Женя задрожал от страсти.
              — Ты что? Они нас сразу же пошлют, — опустил друга на землю Дима. Он абсолютно искренне считал Женю квазимодо в худшем проявлении. — Думаю, они знают себе цену.
              — Ты считаешь, что нам нужно найти двух уродин и провести с ними вечер? — вспылил Женя.
              — У нас даже на уродин денег нет!
              — Не понимаю, — Женя глубокомысленно посмотрел в небо, — неужели этим девчонкам трудно развести ножки и потрахаться с нами? Так нет, своди их в кафе, угости пивом…
Дима ухмыльнулся, но не стал комментировать, считая это абсолютно бесполезным занятием.
              — У нас еще есть двести гривен, которые ты брал с собой в дорогу, — как бы невзначай промолвил Женя.
              — Ладно, пошли. Но ты у меня в долгу. Только не вздумай отдавать сигаретами!
Они подсели к девушкам с двух сторон.
              — Не занято? — на всякий случай спросил Дима, устраиваясь поудобней. После переговоров и отстаивания финансовых интересов, они все-таки решили пойти в кафе. Вдруг Дима отозвал Женю в сторону.
              — Не спеши, — сказал он, — давай определимся, где – чья, и куда мы их поведем.
              — Я хочу трахнуть обоих, — самодовольно заявил Женя и выпятил грудь.
              — Тебе же нечем!
              — Ты тоже не можешь!
              — Давай не будем грубить друг другу и вернемся к сути вопроса, нас ждут, — сказал Дима, поглядывая на девушек, которые уже начали нервничать.
              — Хорошо, мне беленькую, тебе черненькую, или наоборот.
              — Договорились. А куда мы их поведем?
              — Если они местные, то спросим у них.
Наконец они зашли в кафе. Девушки заказали меню почти на восемьдесят гривен.
Съев первый заказ, они потянулись к книге с перечнем блюд, тыкая пальцами в разные виды десертов гривен по пятнадцать. Дима же, как мог, изощрялся, чтобы испортить им аппетит.
              — Крабовые палочки заказывать не рекомендую, они похожи на разрезанных в длину червей с привкусом сала… — как бы невзначай сказал он. — А от этого коньяка одну мою знакомую всю ночь тошнило…
Наконец поняв, что аппетит девушкам ничем не испортить, Дима подозвал официантку и попросил принести счет.
              — Куда пойдем? — спросил Женя у девочек, надеясь, что те скажут, где лучше потрахаться.
              — Куда скажете, туда и пойдем, — улыбаясь до ушей, ответила блондинка.
              — А если не захотите, то и никуда не пойдем, — добавила брюнетка.
              — Нет, нет, нет, — испугался Женя, вскакивая со стула. — Мы с Димой сейчас придумаем.
Они отошли в сторону.
              — Ты чего? Придурок? — Дима покрутил пальцем возле виска. — Что мы можем придумать? Предложить нашу комнату и три часа подождать автобус?..
              — Оставь это мне! — и Женя направился к девчонкам.
              — Мы с Димой снимаем домик, так что можно поехать к нам.
              — Очень хорошо! — вставая из-за стола, заявила блондинка. Официантка принесла счет, и Дима положил в книжечку стогривневую бумажку.
              — Это с чаевыми? — хитро спросила девушка.
Дима от жадности сжал зубы, но мужественно кивнул головой.
              — Уговори Ларису с Верой не лезть к нам, пока мы не закончим с этими красотками, — шепнул Женя на ухо Диме. Тот одобрительно кивнул.
              — Девушки, я сейчас отлучусь минут на пять. Встретимся на автобусной остановке. Женя вас будет развлекать.
Он побежал к зеленому камню, где на пляже его ждала разъяренная Лариса.
              — Мы вас уже полчаса ждем! Где можно было шляться столько времени?! — закричала она, увидев Диму на горизонте. Ничего не отвечая, он подошел ближе. — А где твой Женя? — не унималась Лора.
              — Мы подцепили двух девушек, и нам нужны обе комнаты, — бесцеремонно заявил Дима.
              — Что-о-о?! — завизжала Лариса. — А больше вам ничего не надо?
              — Чтобы вы подождали на улице, пока мы немножечко с ними побудем, а в автобусе сделали вид, что нас не знаете. Не бесплатно, конечно… Лариса успокоилась, обретя душевное равновесие.
              — И сколько вы нам за это заплатите?
              — Мы будем содержать вас до самого отъезда в Киев.
О том, что они с Женей хотят уехать завтра, Дима решил пока не говорить.
Ларису с Верой вполне устраивало, чтобы их кормили еще целый месяц — каждая из них не хотела тратить свои пятьдесят долларов. Поэтому они быстро согласились.
Приехав в домик, парни быстро поделили комнаты. Дима повел брюнетку в свою, а Женя блондинку в комнату девочек.
              — А почему у тебя столько косметики? — вдруг спросила блондинка, оглядевшись по сторонам. — И столько женской одежды? Ты уверен, что это твоя комната?
Женя отмалчивался, не зная, что сказать.
              — А почему здесь две кровати? И чья ночная рубашка валяется на тумбочке? — не успокаивалась девушка.
              — Ну, ты же останешься на ночь? Правда? — загадочно сказал Женя. Блондинка довольно улыбнулась и присела на кровать Ларисы. Женя бросился снимать штаны и через секунду стоял голый. Внимательно осмотрев его “достоинство”, девушка не спешила раздеваться.
              — У меня что-то болит живот, — неожиданно сказала она. — У вас есть туалет?
              — Да, направо.
Минут через пять она вернулась.
              — Мне очень жаль, но у меня начались месячные, — с досадой в голосе сказала она. — Так что сегодня ничего не будет.
              — А минет? — Женя не растерялся, развалившись на кровати и расставив ноги.
              — Ты знаешь, во время месячных меня обычно тошнит. — Как кошка, она подсела к нему и нежно обняла за плечи. — Может, посмотрим телевизор, пока выйдет моя подруга?
У Димы же все было проще. Он смотрел на сидящую перед ним обнаженную брюнетку, но к нему никак не приходило вдохновение. Дима откровенно грустил и тяжело вздыхал, глядя в потолок. Наконец он выдавил из себя:
              — Не принимай это на свой счет. Просто я очень люблю другую девушку… Когда они вышли в гостиную, там Женя со своей блондинкой смотрели телевизор.
              — Дима, мы решили, что уже поздно, поэтому девушки останутся ночевать у нас. Они будут спать в моей комнате, там как раз две кровати, а мы с тобой пойдем к тебе! — выкрикивал Женя с дивана, блистая своей гениальностью.
Так и сделали. Но когда Дима уже начал засыпать, а Женя блаженно храпел, в комнату ворвались Лариса с Верой.
              — И как это называется?!! — закричала Лора, схватив простынь и скинув Диму на пол.
              — Ты на счет чего?
              — Где мы, по-твоему, будем спать?! — вступила в разговор Вера.
              — С нами. — Ответил Женя.
              — Ничего подобного! — закричала Лора на весь дом, хватая тонкими пальцами и его простынь так, что тот упал рядом с другом. — Мы будем спать здесь, но без вас.
              — А если вас что-то не устраивает, то ваши девочки повылетают через окно на улицу, — как всегда, хладнокровно пригрозила Вера.
              — Хорошо, хорошо. Только не орите, — прошептал Дима. — Мы уходим в гостиную.
Он неохотно встал с пола и направился к двери, потянув за собой подушку.
              — Нет, Димочка, я, конечно, тебя очень люблю, но подушечку оставь мне, — выдавливая из себя улыбку, промолвила Лариса и выдернула подушку из рук “братика”.

11.
Дима проснулся от того, что Женя начал бурно ворочаться. Перед этим Диме снилось, что Лариса с Верой превратились в отвратительных уродливых обезьян и дерутся за деньги, которые вытащили из его трусов, когда он задремал в джунглях. Сон показался Диме, по меньшей мере, странным, потому что он никогда не держал деньги в трусах, даже когда приходилось прятать их от Ларисы. Трусы — не самое надежное место от такой “скромницы”, как его “сестричка”.
Выйдя из состояния сна, Дима услышал обезьяньи вопли из своей комнаты. Громче всех вопил “Воn Jovi”, а девочки героически пытались его перекричать. “Разве я не выбросил эту гадость за окно?” — успел подумать Дима, как ход его мыслей перебил достаточно разборчивый визг.
              — Ты украла у этого придурка, а я — у тебя! Значит, деньги мои! — орала Лариса.
              — Я украла их первой, значит они — мои! — грубым голосом кричала Вера. Затем послышался Ларисин визг и странный стук, словно ее держали за волосы и швыряли по всем углам. Потом “Воn Jovi” заткнулся и, судя по звуку разбивающихся стекол, вместе с Жениным магнитофоном вылетел на улицу.
Дима растолкал спящего рядом Женю, но про магнитофон решил пока ничего не говорить. “С другой стороны, даже хорошо, что его больше нет, зато слышно разговор девчонок”.
              — Ах, ты тощая тварь! Давай сюда мои пятьдесят баксов! — не умолкала Вера. Услышав про такую сумму, Женя тоже проснулся.
              — Кажется, у девочек завелись деньги, — довольно улыбаясь и хлопая себя по пузу, промолвил он и снова закрыл глаза. — Пускай они выдохнуться, а потом мы у них все заберем.
Дима уже согласился с Женей и тоже закрыл глаза. Но через некоторое время он обратил внимание, что его дорогая сестренка слишком долго молчит. “Что-то здесь не то…” — подумал он и нахмурил брови. Но вдруг Дима понял, что Лору душат. Он вскочил с дивана и бросился к двери. Оказалось, что девчонки закрылись на ключ. Разбежавшись, он выбил дверь.
Так и было: Ларисино лицо, торчащее из рук Веры, покраснело, как кожа у поросенка. Женя, поспевший на помощь, помог Диме растянуть дам к разным кроватям.
              — Эта обезьяна стащила у меня пятьдесят долларов и прячет их у себя в лифчике! — ябедничала Вера, вырываясь из рук Жени. Дима же держал Ларису.
              — Давай сюда деньги, — сохраняя спокойствие, сказал он. Но девушка только с ненавистью сопела. — Ты слышала, что тебе говорят?! — повторил Дима.
              — Вера, посиди на кровати, пока мы разберемся с Ларисой, — промолвил Женя, отпуская девушку.
              — Лариса, ты хочешь, чтобы я сам достал их? — продолжал переговоры Дима.
              — Мой братик лезет мне в лифчик! Очень хорошо! Ну, давай! — задыхаясь от ярости, кричала Лариса.
              — А вот я тебе не братик, — лукаво промолвил Женя, почувствовав себя секс-героем.
Лариса завизжала и каким-то чудом вырвалась из крепких рук Димы. Но тот успел схватить ее за ноги.
              — Лариса, давай без фокусов. Вытаскивай свою заначку, — уже без заигрывания обратился к ней Женя, глядя вниз, потому что Лора болталась на Диме, зацепившись коленями за его плечо и вытирая волосами грязный пол. Тем не менее, она упрямо смотрела в глаза Жене и ничего не говорила.
              — Дима, ты не против, если я стяну с твоей сестрички кофточку?
              — За пятьдесят долларов — хоть трусы, — решительно ответил Дима, когда Женя, не дождавшись ответа, уже выпутывал из футболки длинные худые руки Ларисы.
              — А вот и денюжка торчит, — с удовольствием отметил он, оттянув перепонку между чашечками бюстгальтера так, что купюра вывалилась на пол.
              — Отлично! Деньги уже у нас! — выкрикнул он. Дима отпустил колени Ларисы.
              — Давай их скорее сюда. Я спрячу в надежное место. Женя послушно протянул другу купюру.
              — А теперь все вон отсюда! — не своим голосом заорал Дима и вытолкал из комнаты сначала Веру с Лорой, а потом блондинку с брюнеткой, которые пришли посмотреть представление. — А ты чего стоишь?! — наконец дошла очередь до Жени, — Или тебя это не касается?..

12.
К вечеру Лариса простудилась. Яростно чихая, со злобными красными глазами она с отвращением глотала чай, с ненавистью поглядывая на здоровую, как конь, Веру. Вера с хрустом кусала вафли, купленные Димой на всех. Видя, что и Лариса лакомится вафлями, скривилась:
              — Ну, конечно, приятно жрать за чужой счет. Воровка! — неожиданно вырвалось у нее.
              — Да? А сама-то?
Лариса плеснула в нее чаем. Вера в ответ швырнула в нее вафли. Затем, решив, что не стоит тратить продукты на такое убоище, объявили временное перемирие. Вера налила себе чаю и, недовольно вздрагивая от ярости, старалась не смотреть в сторону Ларисы. Лора тоже сцепила зубы, но силы воли у нее не было, также как и ума.
              — Как вообще с тобой можно общаться? С твоим характером тебе только бешенных бультерьеров разводить!
              — А тебе — со змеями дружить! — парировала Вера, болтая босыми грязными ногами. Привыкнув к компании, она перестала ухаживать за собой. Жирные волосы подчеркивали грязные черные поры на толстом носу, некрасивые толстые ляжки беззастенчиво выпирали из халата, как и ее живот.
Девушки замолчали, начав любимое занятие: ссору уже про себя. На кухню заглянул Женя. Он подмигнул Ларисе и, подумав, подмигнул Вере. Та вяло улыбнулась бледными полными губами.
              — Привет, девочки, может, напоите меня чаем?
              — Конечно же, Женечка, — мило проворковала Лора. Но, вспомнив, что терпеть не может тяжелой работы, обернулась к Вере. — Вот Вера тебе и приготовит.
Женя уселся на скрипучий стул, поджав под себя волосатые ноги с грязными подошвами, и с ожиданием уставился на Веру. Та, проклиная про себя Лору, нехотя поднялась, пытаясь соблазнительно вертеть бедрами.
              — Женечка, ты какой чай любишь: зеленый, черный, с сахаром, без сахара, с лимоном, с мятой, с молоком? — язвительно спрашивала Вера, наливая ему вчерашнюю заварку и разбавляя ее кипятком до бледно-желтого цвета.
Женя почесался, словно таким образом разогревал мозги.
              — А что? У нас это все есть???
              — У нас есть вчерашний чай, потому что никто не изъявил желания пройтись в магазин, а один жлоб по имени Дима вчера купил только пятьдесят грамм чая… И мы его весь выпили… еще вчера, — злобно разъясняла Вера, с грохотом поставив возле него чашку. — Прошу! Это все, что осталось!
Женя глотнул чая и поморщился.
              — Ну, а где же сахар?
              — Ах, где сахар? Одна милая особа, — она покосилась на Ларису, — с самого утра хлещет чай… с сахаром. Вот пускай она тебе и расскажет, куда наш сахар подевался!
Вера схватила свою чашку, залпом выпила чай и выскочила из кухни, громко хлопнув дверью.
Лариса сделала вид, что плачет:
              — Я такая больная, мне так плохо, и никто меня не жалеет! — Лора краем глаза наблюдала за Женей, не бросится ли он ее утешать. Но тот боялся заразиться.
Тем временем Вера, не постучавшись, зашла в комнату к Диме. Тот, сидя на кровати в одних плавках, играл сам с собой в шахматы, хмуря брови и корча гримасы.
              — Ты — прямо, как мой брат! — умилилась Вера.
              — Неужели я выгляжу таким дегенератом?
              — Нет, ты красивый, — она подсела к нему, льстиво улыбаясь. — И в шахматы он тоже любит играть…
              — Слушай, ты что, спишь со своим братом? — Дима вскочил с кровати и зашагал по комнате.
              — Конечно же, нет! Павлик меня младше. А он такой умный… Помню, как он собирал бутылки и купил себе часы… А потом его побили конкуренты. Он такой умный, как ты.
Вера вскочила и прижала к себе Диму. В этот момент в комнату вошел Женя, который сбежал от Ларисы.
              — О, сейчас сезон размножения слонов? — заржал он. — Можно, и я поучаствую?
Вера демонстративно отпустила от себя и так изо всех сил вырывающегося парня:
              — Он сам ко мне пристал! — гордо выпалила она и ушла, задрав подбородок. Когда дверь захлопнулась, друзья упали на кровать с истерическим хохотом.
              — Спасибо, друг, — отсмеявшись, сказал Дима. — Ты спас меня от изнасилования.

13.
Когда на улице совсем потемнело, Женя решил перед сном сходить в туалет, чтобы не вставать ночью. Он подошел к кабинке и подергал дверь. Оказалось, что там безнадежно засела Вера. Подождав несколько минут, Женя решил все-таки выйти на улицу. Минут пять он пытался найти скрытое место, обходя вокруг дома, но с каждой точки его можно было наблюдать с улицы.
Наконец он примостился под окном хозяйки, устроившись между двумя пышными кустами смородины.
Возвращаясь в дом. Женя увидел на лавочке возле порога лежащего Диму с сигаретой в зубах. Измученный болтовней девочек, Женя бы прошел мимо друга, если бы тот не подложил под голову подушку и сверху не накрылся теплым одеялом.
Дима согнул ноги в коленях, чтобы Женя мог присесть на его постели.
              — Ты собрался здесь ночевать? – с досадой спросил Женя. Дима кивнул.
              — Оставишь меня одного в этом зверинце? Зажечь тебе сигарету? Дима еще раз кивнул. Женя выудил из заднего кармана зажигалку и помог другу закурить. Выдохнув первый дым, Дима приобрел вертикальное положение, спустив ноги с лавочки.
              — Ты понимаешь, меня уже дергает, когда я слышу Ларисин голос. Я чувствую нервное истощение. Мне очень трудно. Девочки выводят меня из себя, — признался он.
Женя понимающе пошатал головой.
              — Мне тоже хочется орать и бежать отсюда. Только некуда.
              — Да. Если мы завтра не уедем, то можем здесь свихнуться. Дима обречено вздохнул и, подумав, предложил другу сигарету, зная, что сигарет у Жени нет, а курит он, как паровоз.
Женя пощупал пальцами скамейку, в уме определяя ее ширину. Потом скорчил гримасу удивления и пощупал ее еще раз.
              — Тебе не кажется, что эта лавочка слишком узкая, чтобы спать на ней всю ночь? — наконец спросил он у Димы. Тот безразлично пожал плечами.
              — Какая разница? Я же не прошу тебя лечь рядом со мной.
              — А было бы неплохо. Я не хочу оставаться один в комнате. У меня крыша поедет, если Лариса будет всю ночь болтать и на что-то жаловаться.
              — Вон, под забором через дорогу свободная скамейка, — решил помочь другу Дима.
Женя сощурил глаза, пытаясь оценить ее в темноте. Но потом понял, что какая бы она не была, другого выбора у него нет.
              — Да. Ты прав. Сейчас заберу из дома свою постель. Никогда бы не подумал, что из-за каких-то дряней, которых даже трахать противно, придется спать на улице.
Женя поднялся.
              — Ключ возьми! — остановил его Дима. — И не забудь запереть за собой нашу дверь, чтобы эти … не обокрали нас.
Наконец Женя появился в дверях, держа в объятиях свернутый матрац, подушку и ватное одеяло. Дима скептически на него посмотрел.
              — Знаешь, что я думаю? — задумчиво промолвил Женя. — Может, зайдем в дом и передвинем телевизор, чтобы его можно было смотреть через окно?

14.
              — Слушай, эти стервы сожрали весь сахар и чай тоже выпили. Нужно опять идти в магазин, — сказал утром Женя, подходя к дому и пихнув спящего Диму коленом. — Поскольку Ларисе с Верой нельзя доверять деньги, придется идти самим. Заодно и девочек повысматриваем. Должен же кто-то ходить в этот чертов магазин, кроме нас! Кстати, а где ты спрятал деньги? — невинно хлопая ресницами, добавил он.
              — Не твое дело!
Они вошли в комнату и сбросили постели на голые кровати.
              — А все-таки, где?
Дима без слов вытолкнул его из комнаты и запер за ним дверь. Тайник он нашел замечательный — шкаф хозяйки, к которому случайно подошел его ключ. Дима включил магнитофон на полную громкость, чтобы Женя, явно подслушивающий у двери, не услышал деревянного скрипа дверцы, и достал часть денег из большой чашки.
Наконец они вышли из дома.
              — Ты сколько взял? — осведомился Женя, с любопытством заглядывая в его карман.
Дима ударил его по руке.
              — Десять долларов.
              — Хорошо, что в магазине есть обменный пункт, — радовался Женя. — Слушай, а давай купим вина — самого дешевого — и напоим девочек. Они подобреют и стриптиз станцуют… — мечтательно пробормотал он.
Дима сосредоточенно молчал.
              — Ну, Дим, ну, давай, а? Видишь, других девочек мы же не нашли… Что это за отдых получается? Никто никого не трахнул: ни ты меня, ни я тебя?.. Шучу. Но если воздержание так и будет продолжаться, я тебя изнасилую, понял?!
              — Ну, хорошо, — наконец сдался Дима. Женя бросился его обнимать. Проходившая мимо пожилая женщина с кошелкой сплюнула и убежала.
              — Только уговор: Ларису не трахать! Женя поскучнел.
              — Да, и меня тоже.
Женя еще больше поскучнел.
              — Да я же не садист, в конце-то концов! Если сестричка тебе отсосет, я буду не против, — сжалился Дима.
              — Спасибо! — Женя в экстазе кинулся ему на шею. — Я знал, что ты настоящий друг!
              — Слушай, кончай лезть ко мне при каждом удобном случае, а то на нас все уже косятся!
Наконец долгие пять километров остались позади. В магазине, забытом людьми, почти ничего не было, но спиртное, конечно, имелось. Мальчики взяли несколько бутылок вина, а потом решили купить и водки — для окончательного раскрепощения.
              — А закуска? — резонно спросил Женя, когда Дима с бутылками направился к выходу. — А чай?
              — Если у людей есть водка, они что, будут пить чай? — возразил Дима.
              — А завтра? Опять топтать пять километров в магазин?! С похмелья?!! Ты что?!! — логика Евгения была железной. Вздохнув, Дима поплелся к прилавку.
              — Сумку будешь нести ты, я из-за твоей идеи подрываться не стану! — съязвил Дима, вручая ношу другу.
              — Ой, смотри, какие девочки! — вдруг зашептал Женя, хватая сумку и поворачивая тело к входу.
Действительно, две почти одинаковые блондинки вошли в магазин. Но за ними, к сожалению Димы и Жени, ввалились два кавказца с золотыми перстнями на волосатых пальцах. Злобно шевеля ими, как пауки лапками, мужчины с тонкими кривыми ногами по-хозяйски обняли девушек за талии.
              — Да… После созерцания таких моделей неохота даже наших страшилищ трахать, — грустно заявил Женя. — И что эти красотки в этих уродах нашли? Мы с тобой гораздо красивее!
              — М-да, на их фоне даже ты выглядишь красивым, — ответил Дима. — Ну, ничего, мы закроем глаза и выключим свет!

15.
              — Девочки, у нас сегодня будет вечеринка! — всунул ухмыляющуюся голову Женя в дверную щель.
              — Ой, правда? — завизжала Лариса, подпрыгивая на кровати. — А мальчики будут?
              — Будут… Жаль, нормальных девочек не будет, — обиделся Женя и зашел целиком.
              — А что будем пить? — по-деловому спросила Вера, нехотя приподнимаясь с кровати, на которой она валялась бюстом вверх и мечтала убить постоянно болтающую Ларису, чтобы та заткнулась. Для этой благой цели Вера готова была ее даже накормить.
              — Вино, а потом водку.
              — Понятно. Вы хотите нас напоить и изнасиловать? “Да кому ты нужна?” — подумал Женя, а вслух сказал:
              — Ну, конечно! Мы же вас так любим! Если не хотите пить, мы все выпьем сами, — поспешно сказал он, замечая на не накрашенном лице Ларисы крупные прыщи. Невольно ему вспомнились блондинки из магазина, одетые только в блестящие, как рыбья чешуя, купальники. Сравнение оказалось отнюдь не в пользу двух ленивых девушек, слишком далеких от идеала.
“Но на безрыбье и рака раком поставишь”, — подумалось Жене. К тому же, по счастливой особенности его члена, он стоял на кого угодно. Особенно, если предварительно выпить.
              — Да нет, мы согласны, — Лариса бодро вскочила с кровати.
              — Я тоже не против, — не менее бодро сказала Вера, подумав, что пьяному Диме она понравится больше. Впрочем, большинство трезвых мужчин ее не хотели…
              — Стол мы накроем у вас, — заявил Дима, опасаясь, что девочки начнут искать деньги в их комнате. — У нас слишком грязно, — пояснил он.
Вера осторожно затолкала под кровать стопку грязных трусиков. Дома ей и так приходилось много стирать, к тому же у нее еще были чистые.
              — Вера, ты, как самая сильная, выволоки стол вот сюда, — начал командовать Дима.               – Женя, можешь ей помочь, — великодушно разрешил он. Женя украдкой пригрозил ему кулаком, но пришлось помогать — изображать из себя мужчину.
              — А мне что делать? — захлопала ресничками Лора.
              — Расставляй бутылки на столе, а я пойду за бокалами на кухню, все равно наша хозяйка уехала ночевать к сестре. Кстати, я ей сказал, что у меня день рождения, так она нам даже пирог испекла. С персиками.
              — Ух ты, здорово! Такая халява! — запрыгала по комнате Лариса, хлопая в ладоши.
              — Разобьешь бутылки — убью, — спокойно предупредил Дима и отправился за пирогом и бокалами. Вера, бросив Женю, побежала за ним с воплем: “Я помогу!”. Не успел Дима подойти к плите, как Вера кинулась к нему целоваться. Пока мальчиков не было, девочки помылись и накрасились. Вера надела платье, выгодно скрывающее ее выдающуюся полноту, с глубоким вырезом, выделяющим ее огромные уже отвисающие груди. Но лифчик крепко держал их, не давая упасть.
              — Подожди, я еще не выпил, — нашелся Дима.
Когда он появился с бокалами, он увидел, что Вера села рядом с Женей, Лариса — тоже, и они обе флиртуют с ним. Почему-то Дима почувствовал себя совсем одиноким. Он сел с другого конца стола, хмуро наблюдая за остальными. “Хоть напьюсь”, — пытался развлечь себя он, но депрессия неумолимо надвигалась…
“Нет, решено, завтра бросаю все, бросаю всех их и уезжаю домой! — подумал он в отчаянии. — Оставлю им деньги, пусть делят их, как хотят, и сбегу рано утром, ничего страшного, что поезд вечером”, — твердо решил Дима. Чувство ответственности давно уже тяготило его, хотелось, как можно скорее сбросить надоевшую корону лидера. “Или сегодня ночью сбежать?”
Свежий морской воздух ворвался в окна, он вспомнил море… бесконечное, с острыми зубцами скал. Волны, которые подбрасывают тебя до самого неба, а потом оставляют одинокого на скалах распластанным, как морская звезда. Хорошо, если живым. А дельфины? Эх… он никогда не видел дельфинов. Может, в этом сезоне могло бы и повезти? Так стоит ли уезжать из-за каких-то придурков, одному из которых он приходится лучшим другом, другая — его “сестричка”. А Вера? Она за ним бегает, только Диме нет до нее никакого дела. Его самая большая любовь уже вышла замуж — только не за него.
Дима напился, как свинья. Вера спокойно оседлала его, вливая ему в рот спиртное. Лариса сначала пила немного, ссылаясь на болезнь и наследственную трезвость, но потом тоже напилась. Женя сделал ей коктейль из вина и водки, негуманно подпоив ее.
Вера с трудом оттащила мертвецки пьяного Диму на кухню и попыталась его изнасиловать, но у него уже ничего не стояло, даже руки и ноги, он казался тряпичной куклой. Безжалостно бросив его на полу, она помчалась за Женей, но увидела, как Лорочка поливает его маленький член водкой и слизывает ее. К спиртному Лора не привыкла, поэтому, оставив Женю без оргазма, стремглав кинулась к туалету — блевать. Вера ловко заперла ее в кабинке и вернулась к Жене. Она разделась на ходу, боясь, что он сбежит. Но Женя только спросил:
              — Где Лариса?
              — В туалете. У нее рвота и еще понос, так что она там надолго, — небрежно сообщила голая Вера. Она нагнулась к Жене и мимо воли посмотрела на его член с более близкого расстояния, что вполне утолило ее сексуальное желание на ближайшие полгода.

16.
В три часа ночи Женя попробовал разбудить Диму пинком в живот. Но тот и так не спал, страдая бессонницей.
              — Доброе утро! Ты самое интересное проспал, мне Лора минет делала, а потом я всю ночь трахал Веру, кажется…
              — Сочувствую, — спросонья ответил Дима, поднимаясь с пола. — Ох, как у меня болят кости! Кстати, что я тут делаю?
              — Тут на полу, или в кухне? Тебя Вера здесь потеряла… вчера.
              — Зато ты её нашёл. Когда свадьба? Я согласен быть свидетелем, а Лора, думаю, не откажется от роли свидетельницы… Ха-ха, держатели свечек. Венчание будет?
              — Не издевайся, — жалобно прошептал Женя, — я теперь не знаю, как от нее избавиться: липнет ко мне, как клей, дура!
              — А если она узнает о твоей личной квартире?
              — Уже узнала!
              — Лариска растрепала?
              — Нет, я, дурак, сам раскололся. — Женя схватился за волосы и попытался их отодрать.
              — Ничего, твоя мамочка-бульдог выкинет эту Веру через окно.
              — Да, на неё в этом деле действительно можно положиться, — Женя постепенно успокаивался.
              — Кстати, ты ей адрес сообщил?
              — Нет.
              — Вот и молчи, как партизан, если тебе дорога твоя свобода!
              — А Лорочка не проговорится? Ведь сплетни — её любимое занятие!
              — Не думаю. Не очень она эту Веру и любит. К тому же, ей нравишься ты… И ты прекрасно умеешь этим пользоваться. Но помни, что я с тобой сделаю, если ты её дефлорируешь!
              — Неужели ты хочешь быть у неё первым?
              — Свят! Свят! — Дима даже перекрестился дрожащими пальцами. — Чтобы потом всю жизнь на неё пахать? Не дождётся! Лично я давно решил для себя: моя жена будет красивой, чтобы перед друзьями стыдно не было.

17.
Утром Дима удрал, оставив Жене половину денег. Жене повезло проснуться второму, схватить деньги, чемодан и помчаться ловить попутку к вокзалу. Из-за нервного отдыха он впал в депрессию, и под воздействием переживаний написал письмо Вере:
Извини, жениться не могу, мама тебя убьет. Оставляю деньги на билет.
Записку и деньги Женя всунул Вере под одеяло. Еще немного подумал и сунул деньги на билет в лифчик спящей Лоре. Но через минуту передумал, забрал деньги у них обеих, оставив только записку, где вычеркнул последнюю фразу, приписав:
Извини, денег у меня нет.
Вера проснулась раньше Ларисы и прочла записку. “Значит, они меня обманули и ограбили, подлецы! Чтобы я еще когда-нибудь связалась с этой шайкой, да никогда в жизни!..”
Лариса проснулась и обнаружила Веру в своем чемодане.
              — Что ты там делаешь?
              — Ищу записку и деньги.
              — Какие деньги?
              — Эти ублюдки нас бросили! Но должны же они были оставить нам денег?! Лариса вскочила.
              — А денег точно не было?
              — Точно. Можешь обыскать меня, если хочешь.
              — Не хочу. Ты не в моем вкусе.
              — Лариса, скажи правду, твоих денег хватит на билет?
              — Не хватит. Я же много всего вчера накупила. Откуда ж я знала, что эти скоты от нас сбегут?!
              — У меня тоже нет, я тоже вчера потратила.
              — И что мы будем делать?
              — Что? Либо идем на почту телеграфировать нашим родителям, чтоб бабки отослали, или побежали ловить этих сволочей!
Такси на последние деньги отвезло их на вокзал. Вера по привычке сперла у хозяйки банку с абрикосовым вареньем и килограмм гнилых персиков, решив выдать их за крымские сувениры.
К несчастью мальчиков и счастью девочек, они все встретились на вокзале. Увидев разодетых и разукрашенных, как русские матрёшки, разъяренных Ларису и Веру, Дима с Женей едва не бросились под поезд.
              — Верка! Держи этих мерзавцев! — во все горло заорала Лариса, подбежав к Жене и влепив ему пощечину. Вера ударила Диму из женской солидарности и гнева.
              — Вы бросили нас без денег! Я маме пожалуюсь! Твоей, между прочим! — ревела Лариса, топая ногами.
              — Я ж оставил деньги… Женя, разве ты не передал? — смущенно проговорил Дима, бледнея.
              — Ну, я … забыл, — Женя попытался покраснеть.
              — А теперь пошли покупать нам билеты! — крикнула Вера. Она крепко ухватила Диму за пояс. Лариса, как клещ, вцепилась в Женю, и процессия направилась к кассе.
Оказалось, что билетов в тот же вагон больше не было. Поэтому даже с каким-то облегчением парни отдали приличную сумму кассиру.
              — Знаешь что, Женя, — с горечью произнесла Вера, плетясь за ним следом. — Не надо на мне жениться! Вы втроем так прекрасно смотритесь, что лучше женитесь между собой!
Женя с облегчением вздохнул, а Лариса лукаво ему улыбнулась. Но, к счастью Жени, он этого не заметил.
Парни посадили своих спутниц в их вагон и, решив, что сбегут с поезда где-то под Киевом, пошли покупать себе пиво.
Когда же они вернулись, их ждал сюрприз. Нижние полки в их купе заняли Вера с Лорой и нагло поглядывали на их пиво.
              — Кто вам разрешил сюда заходить?! — взбесился Дима, готовый схватить сестричку за волосы и вышвырнуть на улицу.
Оказалось, что Лариса горькими слезами вымолила у семейной пары поменяться билетами. Купившись на её сказки, те пожалели несчастную девушку с ее подругой и согласились перейти в их вагон…

Дьяченко Нина, Спиридончева Антонина

Вы должны войти на сайт чтобы комментировать.