Search for:
 

Метка: Алексей Пузырёв

ВТОРОЕ ДЫХАНИЕ Игоря Дегтярюка. Часть2: «Чушки достали!»
ВТОРОЕ ДЫХАНИЕ Игоря Дегтярюка. Часть2: «Чушки достали!»

Проблема Андрея состояла в том, что у него были хорошие песни, но они были толком не аранжированы, и он не понимал, как это делается. Для аранжировщика, прежде всего, требуется умение компилировать. Аранжировщик – это компилятор. А вот придумать мелодию или стихи – для этого действительно талант требуется. Но Макаревич тянул одеяло на себя, мои композиции он старался не учить, говорил, что это ему непонятно. И в конце концов я решил, что нам лучше расстаться.

Анатолий Алешин: «Дороги, которые мы выбираем, лежат там, где удобнее ходить, а не где мы ломаем ноги», часть 3 «Аракс»
Анатолий Алешин: «Дороги, которые мы выбираем, лежат там, где удобнее ходить, а не где мы ломаем ноги», часть 3 «Аракс»

Наша проблема состоит в том, что во всем мире культура передается из поколения в поколение, а у нас каждое новое поколение музыкантов строит свою новую. Во времена филармонические ты попадал в жернова этой машины и поневоле становился профессионалом. Поневоле! А сейчас они ни в какие жернова не попадают, потому что нет никакой концертной работы. И если шоу-бизнес в профессиональном смысле этого слова у нас отсутствует, то – как могут появиться талантливые артисты? Мы-то – динозавры, которые пришли из прошлого, мы прошли через жернова филармонической машины. Это был шоу-бизнес по-советски, но он был. Герои асфальта, потому что мы прошли через советскую филармоническую школу. А кто из современных певцов может сейчас встать и сказать: «Да, мы заменим их!»? Ведь есть прекрасные голоса. А толку-то? Нет спроса, нет концертной работы, а потому все это варится в своем соку.

Анатолий Алешин: «Дороги, которые мы выбираем, лежат там, где удобнее ходить, а не где мы ломаем ноги», часть 2
Анатолий Алешин: «Дороги, которые мы выбираем, лежат там, где удобнее ходить, а не где мы ломаем ноги», часть 2

Ведь, действительно, есть вещи концертные, а есть неконцертные. И проблема здесь не в музыкантах, а в общей немузыкальности русской публики. Я говорю это, как человек, который мотался по гастролям аж с 1973 года. Вот приезжаешь на Украину – там музыкальный народ, они с полтакта начинают врубаться и резонировать. Но в России – без мазы.

Виктор Дегтярев: «Самый крутой сейшак мы сделали в Ереване в 1972 году» Часть 2: «Вокально-инструментальная жизнь» (окончание)
Виктор Дегтярев: «Самый крутой сейшак мы сделали в Ереване в 1972 году» Часть 2:  «Вокально-инструментальная жизнь» (окончание)

Но лишь мы зашли за кулисы, к нам подлетел милицейский полковник и прорычал: «На сцене сегодня стоять по стойке «смирно»! Не дергаться! Все быстрые песни из репертуара исключить! Если – не дай бог! — народ начнет плохо себя вести, я самолично размозжу ваши головы вашими же гитарами!» В зале, действительно, была настоящая давка, и он боялся, как бы не случилось несчастья.

Ладно! Вышли на сцену, встали по стойке «смирно», и весь концерт играли, не сходя со своего места. Но, тем не менее, публика все равно бесновалась.

«ВЕТРЫ ПЕРЕМЕН». И о переменах ветра… Часть 2: Да, те самые «Времена Года» (окончание)
«ВЕТРЫ ПЕРЕМЕН». И о переменах ветра… Часть 2: Да, те самые «Времена Года» (окончание)

И еще у нас было несколько «своих» песен моего сочинения – «По этой лестнице», которая, будучи «подпольным» хитом, попала впоследствии в «Афоню», в сцену, где Афоня беседует с девушкой, подружившейся с ним на танцах, у подъезда своей хрущобы (в недавней реставрированной и цифрово-ремастеринговой редакции фильма этой песни почти не слыхать, а ведь это была редкая и по тем временам довольно качественная студийная запись 1974 г., так что очень жаль), «Новгородский пир» — фольк-стилизацию на слова моих ближайших друзей Сережи Старостина и Сережи Шпакова, «Такие вещи» на слова Леонида Мартынова и, конечно, «Зеленый дол» на слова Роберта Бернса в переводе Маршака, тоже ставший к тому времени своего рода хитом.

Неверные друзья Валерия Ободзинского. Часть 1. ВИА «Москвичи»
Неверные друзья Валерия Ободзинского. Часть 1. ВИА «Москвичи»

А 1973 год стал последним в жизни «Москвичей». Совсем недавно с популярного певца Валерия Ободзинского сняли, длившийся около года, запрет на выступления в Российской Федерации. Он перешел из Донецкой филармонии, где работал до этого, в Росконцерт и готовился к своим первым, после длительного перерыва, гастролям в столице.

К тому времени его популярность достигла такого размаха, что быть просто солистом в пусть и очень известном джаз-оркестре п/у О.Лундстрема было уже как-то не солидно. Требовалось иметь собственный коллектив, менее многочисленный и более современный.

ДВА БРАТА И «ВЕСЕЛЫЕ РЕБЯТА» (Окончание) Часть 4. «Любовь — огромная страна»
ДВА БРАТА И «ВЕСЕЛЫЕ РЕБЯТА» (Окончание) Часть 4. «Любовь — огромная страна»

Там еще какой-то бунт против Слободкина был… Что он груб бывает с музыкантами, не дает нам песни петь. Глупо это все, конечно, было. Ведь Слободкин нам, в конце концов, давал деньги. Главное было не то, какие мы великие артисты, а то, что у нас был замечательный Слободкин. А администратор он был просто супер! Я видел его в работе. Как-то пришел к нему домой, что-то там ему показать, а он звонил по межгороду в разные места. Как он с ними разговаривал? Это что-то. Было четко и конкретно. Он свои условия навязывал очень жестко. По размещению артистов, по транспорту, по количеству концертов.

Слободкин круче других руководителей ВИА — это ясное дело. Ему мешали, видимо, два факта: то, что у него не было высшего образования и то, что он был беспартийный. С другой стороны его фамилия была на слуху. У него же отец — Яков Слободкин! А Маликов в этой среде был человек новый, но он, зато партийный был. Я так понимаю, что если бы Паша был партийным, то всем остальным там было бы просто нечего делать.

ДВА БРАТА И «ВЕСЕЛЫЕ РЕБЯТА» Продолжение. Часть 3. Геннадий Пузырёв
ДВА БРАТА И «ВЕСЕЛЫЕ РЕБЯТА»  Продолжение. Часть 3. Геннадий Пузырёв

В 1973 году Москонцерт направил нас, видимо, не без помощи знакомого Дымова, на минский конкурс. И благодаря, конечно, не каким-то выдающимся вокальным качествам и инструментальному ансамблю или аранжировкам, а только благодаря партийной направленности репертуара. Тогда в Москонцерте было кроме нас всего три ансамбля: «Веселые ребята», «Голубые гитары» и «Самоцветы». И «Музыка» только образовывалась. То же, кстати, в инструментальном отделе. «Музыка» потом пела мои песни:»25 минут», «Проходят годы», и еще что-то. Юлик Слободкин тоже был с нами в Минске. Мы пели там «Гляжу в озера синие» и что-то еще патриотическое. Скорее всего «Как прекрасен мир» или «Дом мой — Россия», может, пели Дьячкова, точно не помню. А Слободкин пел, наверное «Ой, мороз, мороз» (как всегда ). «Гляжу в озера синие»- пели точно. У Филиппова была шутка: «Блюю в озера синие, в полях в ромашки рву». В Минске мы заняли третье место, а в Калининграде мы заняли второе. Уже после Минска это было. Там был тоже какой-то фестиваль или конкурс ВИА.

ДВА БРАТА И «ВЕСЕЛЫЕ РЕБЯТА» (Продолжение). Часть 2. «Музыкальный глобус»
ДВА БРАТА И «ВЕСЕЛЫЕ РЕБЯТА» (Продолжение). Часть 2. «Музыкальный глобус»

— Когда я туда пришел, там человек 20 работало. Числились какие-то люди из Москонцерта, кто постарел, кто спился, и для всех них — это было прибежище. Тартаковский всех их возил с собой, и они просто сидели в номерах. При этом на сцене работало четыре человека: Куклин, Сергей Криницын — ударные, Александр Рогожкин — бас и гитарист Владимир Ананьев. Ананьев тогда купил новые клавиши – они взяли молодого клавишника и меня. Я думал — посмотрю их репертуар, посмотрю коллектив, что-то порепетируем в поездке и я сыграю. Мы поехали в Карелию в Петрозаводск. И так получилось, что их клавишник не приехал. Я не знал ни ансамбля, ни репертуара, ни людей. Ничего. Куклин нацарапал мне какие-то гармонии и сказал: «Здесь так сыграешь, а здесь так. Все». А надо было играть живой сольный концерт на незнакомом инструменте, который я видел первый раз в жизни. За утро и день, сидя в номере, я разобрался с тембрами и сыграл.

ДВА БРАТА И «ВЕСЕЛЫЕ РЕБЯТА». Часть 1. Алексей Пузырёв
ДВА БРАТА И «ВЕСЕЛЫЕ РЕБЯТА». Часть 1. Алексей Пузырёв

В том концерте в Воскресенске мы исполняли песню «Туман» из к/ф «Хроника пикирующего бомбардировщика». Мы играем вступление, а дальше должен был вступать Май. Он не вступает. Мы опять играем вступление, он опять не вступает. В общем, с этой песней мы провалились. А последней была «Червона рута» Добрынина. Он возил с собой магнитофон и гитару подключал через него, создавая эффект реверберации. И вот он спел эту песню, а у него там был такой лихой «запил» гитарный. Мы ее спели и ушли. Минут через пять прибегают к нам и зовут на сцену. А там, как раньше в Москонцерте говорили, стоит «стон». Нас не отпускают. Пришлось еще раз ее петь.

«Веселые Ребята»: Алексей Пузырев — тайная пружина успеха легендарного ансамбля
«Веселые Ребята»: Алексей Пузырев — тайная пружина успеха легендарного ансамбля

В «Веселые Ребята» меня привел Женя Казанцев, с которым мы учились в хоровом училище. Слободкину нужен был высокий голос, и у меня как раз был высокий голос! Казанцев нашел меня: «Хочешь в «Веселые Ребята»?» Маликов, когда узнал об этом приглашении, долго кричал: «Они же из тебя там все соки выжмут!» Но я думаю: «А почему нет? Дай, пока учусь на последнем курсе, деньжат подзаработаю! Все равно я там работать не буду…» Они ж «бабки» зарабатывали очень большие! Не то, что мы с Маликовым!