Search for:
 

Метка: Сергей Селюнин

Петр Мамонов: «Майк и Цой умерли, а я – нет!» Часть 3. «Кристально мутное регги»
Петр Мамонов: «Майк и Цой умерли, а я – нет!» Часть 3. «Кристально мутное регги»

Около года я ждал, что Петя одумается, но единственной уступкой, на которую он пошел, стал последний «трек», в котором он смешал вырезанные куски – и в результате получился некий отзвук, сон от этих концертов, пропущенный через нынешнюю Петину голову. Конечно, моему горю этот трек никак не помогал. Но это было, в первую очередь, его детище, а не мое. Поэтому я не сдался, отдуплившись ответной статьей, которая так и живет в двойнике «П.Мамонов 84-87» рядом со статьей Автора. Зато Петр лично сделал лицевую обложку: раскрасил доску-пятидесятку и прибил к ней гвоздями свою фотографию. Получилась такая «псевдоикона», которая мне очень понравилась, хотя она, больше подошла бы к виниловой пластинке.

Петр Мамонов: «Майк и Цой умерли, а я — нет!» Часть 2. «Отделение Выход» Олега Ковриги.
Петр Мамонов: «Майк и Цой умерли, а я — нет!» Часть 2. «Отделение Выход» Олега Ковриги.

Как-то Саша Липницкий договорился с Брайаном Ино об издании в России «OPALовского» альбома «Звуков Му». Уже хлебнув много всякого разного с российскими музыкантами и прожив достаточно долго в Ленинграде, Ино ни на какие деньги не претендовал, просил только договориться между собой. А вот, как раз, это и было самым сложным. Я был готов удовлетворить и группу и Петра: мне казалось, что надо прорваться сквозь этот тяжелый бред, а определить, кто, сколько получит — это уже дело техники.

Петр Мамонов: «Майк и Цой умерли, а я — нет!» Часть 1. Волосатый бородатый мужик
Петр Мамонов: «Майк и Цой умерли, а я — нет!» Часть 1. Волосатый бородатый мужик

Потом мы с Аней (Умкой) устраивали там Обэриутское шоу, где принимали участие Африка, Тимур Новиков, Гарик «Асса», Агузарова читала их тексты. Защитился я 1989-м по теме «Исследование механизма разрушения и восстановления жесткой фазы в термоэластопластах на примере трехблочных сополимеров стирол-бутадион-стирол». Потом я работал в институте неорганической химии, пока меня не позвал Мамонов работать в свою студию. Сначала удавалось совмещать и то и другое, но постепенно дело перевалило в сторону Мамона.