rus eng fr pl lv dk de

Search for:
 

СЭМ ДЖОНС – солдат русского шансона


 

В конце 1980-х годов прошлого века популярность музыки русской эмиграции достигла пика. Песни Вилли Токарева, Михаила Гулько, Анатолия Могилевского, Любы Успенской, Михаила Шуфутинского, Виктора Шульмана, Бориса Сичкина, сестер Роуз, Валерия Винокурова, Эллы Гончаровой, Яна Бала, Алика Ошмянского, Альберта Корабельникова, Аркадия Дунайского, Григория Диманта, Зиновия Шершера, Давида Штернфельда, Алексея Хвостенко, Леонида Бергера, Риты Каган, Анатолия Днепрова, Марка Грушко, Эрика Шварца, Михаила Боцмана, Марины Львовской, Виктора Слесарева, Борис Шора, Саши и Лены Калецких, Михаила Спектора, Леонида Портного, Наума Мирвиса, Льва Пильщика, Александра Шепиевкера звучали на просторах Советского Союза, как говорится, из каждого «утюга». Но вот беда — точных сведений об исполнителях не было почти никаких, от чего по стране курсировали невообразимые слухи, мифы и легенды.

Сэм Джонс с родителями и сестрой

Помню, как один мой школьный приятель утверждал, что Вилли Токарева на самом деле зовут Вилли Самуилович Базарон (и откуда он выдумал эту фамилию?!), другой клялся, что Михаил Гулько действительно воевал в Белой Армии, а третий утверждал, что Михаил Шуфутинский живет не в США, а в Душанбе (?!) и записывает свои концерты в местном ресторане.

Музыкой Сэм увлекался с юности

Информационная блокада была разрушена в 1987 году, когда в эфире «вражеского» радио, — о котором острословы сложили частушку: «Есть обычай на Руси, /На ночь слушать Би-Би-Си», — появилась новая программа со странным названием «Перекати поле», посвященная как раз тем самым загадочным голосам эстрады русского зарубежья. Вел передачу человек с не менее загадочным, нерусским именем — Сэм Джонс, хотя говорил по-русски также, как мы с вами. Каждую неделю, если мне не изменяет память, по четвергам, часов в 9-10 вечера, он выходил в эфир, и всегда вместе с ним в студии был новый интересный гость. Всего вышло около 40 программ. Полный список героев этих программ, предоставленный самим Сэмом Джонсом, можно увидеть ниже. Стоит, однако, учитывать, что иногда одному исполнителю было посвящено 2, а порой, даже 3 или 4 передачи.

С друзьями в Одессе

1.Вилли Токарев
2.Миша Шуфутинский
3.Миша Гулько
4.Люба Успенская
5.Толя Могилевский
6.Саша Шепиевкер
7.Борис Сичкин
8.Виктор Слесарев
9.Леша Хвостенко
10.Лев Пильщик
11.Дина Верни
12.Дует Саша и Лена (Калецкие)
13.Рувим Рувлев (Рудольф Фукс, владелец лейбла «Кисмет»)

Сэм во время службы в израильской армии

Появление в эфире такой программы стало событием не только для слушателей, но и для самих музыкантов. Ведь не секрет, что в Америке, Франции, Австралии или Канаде они выступали в ресторанах. О них писали нечасто даже в эмигрантской печати, сообщая, разве что о предстоящих концертах или выходе нового альбома. Поэтому появление тематической передачи да еще на волнах столь авторитетного радио, как Би-Би-Си, много значило, и для советских меломанов, и для самих певцов-эмигрантов. Однако поначалу некоторые артисты отнеслись к предложению выступить на «вражеском голосе» весьма настороженно.
Так, Михаил Гулько на страницах мемуаров «Судьба эмигранта» вспоминал:

Сэм в Лондоне. Середина 1970-х гг.

«В 1989 году в моей нью-йоркской квартире раздался звонок: «Здравствуйте, могу я услышать Михаила Гулько?»
— У аппарата!
— Меня зовут Сэм Джонс, я – сотрудник русской службы Би-Би-Си, мы хотели бы пригласить вас принять участие в цикле радио-программ «Перекати поле», посвященной песням русской эмиграции.
— Как? Би-Би-Си? «Перекати поле»? Не нравится мне ваше предложение. Я тепло отношусь к Родине, и вещать по вражьим голосам не намерен. И вообще, что это за название такое, «Перекати поле»?! Что оно подразумевает, что артисты, поющие за океаном по-русски, какие-то иваны, не помнящие родства? Нет! Я – отказываюсь! – выдал я обескураженному репортеру и повесил трубку.
По мировосприятию я оставался советским человеком. Моя эмиграция не была политическим шагом, потому сотрудничество с «вражьим голосом» я воспринял, как некое предательство Родины и отказ мой был искренний и категоричный.

Первые годы работы на Би-Би-Си

Но Сэм оказался настырным парнем. Он обратился к нашему общему знакомому, нью-йоркскому корреспонденту «Нового Русского Слова» Владимиру Козловскому.

«Миша, — перезвонил на следующий день Козловский, — Сэм Джонс – «наш» человек и программу, что он делает – хорошая. Там уже принял участие Вилли, планируются Могилевский, Слесарев, Люба… Не отказывай ему, он достойно себя ведет и даже платит гонорар».

На отдыхе в Полинезии.

Вскоре Сэм Джонс специально прибыл в Нью-Йорк, чтобы записать четыре программы со мной. Он оказался милым парнем лет тридцати пяти. В прошлом, жителем Прибалтики (Сэм Джонс – псевдоним). Для закрепления знакомства он специально организовал банкет в ресторане «Кавказский» на Манхэттане, возле здания ООН.

Там мы имели возможность пообщаться и даже подружиться. Было записано четыре часовых программы, которые имели большой успех.

С Виктором Некрасовым в Париже.

Первая передача совпала по времени с началом вывода советских войск из Афганистана. Сэм крутил «Землянку» из альбома «Песни военных лет» и поздравлял всех слушателей с этим важным политическим событием.

Потом на адрес русской службы Би-Би-Си в Лондон пришли сотни писем со всего СССР. До сих пор я храню их в своем архиве. Правда, Джонс прислал специальную бумагу, уведомляющую о том, что они являются собственностью Би-Би-Си, и печатать даже отрывки из них я не имею права.

С Полом Маккарти в студии BBC

Примерно через полгода, возвращаясь с гастролей в Израиле, я заглянул в Лондон посмотреть на Туманный Альбион, встретиться с Сэмом и забрать гонорар. Я остановился у него, и мы очень славно провели несколько дней».

с Вилли Токаревым в Нью-Йорке во время прямого эфира из ресторана Одесса на Брайтон-Бич

В завершении каждого выпуска ведущий объявлял адрес лондонской студии и предлагал всем желающим писать письма, обещая в ответ прислать фотографии с подписью того или иного музыканта. Признаться, я не рискнул (хотя и очень хотелось) отправить письмо и попросить автограф у Вилли Токарева, слишком уж его фигура была заметна в СССР, и он не раз становился героем обличительных статей в советской прессе. Мне показалось, что за этим могут последовать неприятности.

С Михаилом Шуфутинским и его женой Ритой в Лос-Анджелесе в его ресторане Атаман.

Но примерно год спустя, когда в студию был приглашен совершенно неизвестный мне Лев Пильщик, я все-таки решился и написал, а пару месяцев спустя обнаружил в почтовом ящике большой неформатный конверт с портретом исполнителя, который храню по сей день. Кстати именно из эфира «Перекати поле» я узнал, что в Москву, пока не с гастролями, а как турист, впервые за 15 лет эмиграции приезжает Вилли Токарев и что жить он будет в гостинице «Будапешт» на Петровских линиях. Излишне говорить, что мы с друзьями на следующий день рванули туда и после многих часов ожидания дождались своего кумира, сфотографировались с ним на память и получили автографы из первых рук.

С Михаилом Гулько

К сожалению, всех записей программы «Перекати поле» не сохранилось даже в архиве самого ведущего, но нам удалось отыскать несколько эфиров, с которыми можно ознакомиться на нашем сайте.

Однако прежде чем вы решите поностальгировать, вернуться на тридцать лет назад и послушать золотые хиты Брайтон-Бич под вой и треск глушилок, мне бы хотелось посвятить несколько слов биографии самого создателя культовой программы «Перекати поле», ведь о нем, как когда-то о героях его программ, нам до сих пор мало что известно. Итак…

С Булатом Окуджавой в студии ВВС

Сэм Джонс – естественно, псевдоним. Настоящее имя – Семён Йоссман. Родился в октябре 1946 года в Литве. Закончил Политехнический институт в Вильнюсе. В конце 1960-х эмигрировал в Израиль. Служил в армии, затем учился в иерусалимском университете. В 1975 году начал работать в Лондоне, в редакции Русской службы Би-Би-Си. На радио были рады молодому сотруднику с отличным образованием, который к тому же в совершенстве говорил на пяти языках: иврите, английском, русском, польском, литовском, а кроме того мог читать и объясняться на итальянском, испанском, немецком и полудюжине славянских языков. За долгие годы журналистской карьеры Сэм Джонс не только вел самые разные радиопередачи (от развлекательных «Перекати поле» и «Бабушкин сундук») до серьезных аналитических обзоров.

С Михаилом Горбачевым

Его эфиры стали первыми интерактивными программами для советских слушателей, куда они могли позвонить и напрямую пообщаться со звездными гостями, среди которых был, например, Пол Маккартни. Кроме того, Сэм Джонс выступал в качестве координатора, советника и переводчика многих важнейших общественно-политических мероприятий: от съемок документальных фильмов и проведения благотворительного концерта после землетрясения 1989 года «Рок в помощь Армении» до организации встреч на высшем уровне Маргарет Тэтчер, Михаила Горбачева, Бориса Ельцина и работы координационного Совета Россия-НАТО.

Обложка книги Сэма Джонса

В последние годы Сэм Джонс трудился над мемуарами, которые не так давно были опубликованы под названием «Солдат Холодной войны» в Вильнюсе на литовском языке. И, возможно, скоро эта книга увидит свет в России.

На презентации книги в Вильнюсе

Сэм по-прежнему живет в Лондоне, он давно и счастливо женат, у него двое взрослых детей. Он ведет активный образ жизни, увлекается политикой, археологией, историей, путешествиями, джазом, а порой достает с чердака запылившиеся кассеты эмигрантов и вспоминает те далекие, но очень интересные времена, когда в эфире звучало: «Вы слушаете Би-Би-Си, Лондон.
У микрофона — Сэм Джонс. В эфире «Перекати поле»…».

 


Реклама музыкантов из эмигрантской прессы


ДЛЯ SPECIALRADIO.RU

апрель 2017
Фото из архива Сэма Джонса, Михаила Гулько и Максима Кравчинского (www.kravchinsky.com)

Вы должны войти на сайт чтобы комментировать.