rus eng fr pl lv dk de

Search for:
 

Музыкальный Лексикон

Звук, по которому меня узнают

  8 сентября 1970 года я родился в северной части Ленинграда на улице Карбышева, дом 6, кв. 66, рядом с Площадью Мужества. Моя мама Маргарита Михайловна преподавала математику на матмехе в ЛГУ, а папа Владимир Борисович активно читал лекции о джазе. Своё хобби отец превратил в профессию, так как он по по первому образованию филолог, […]

Уходит Эпоха …

В начале 2000-х году он возродил ансамбль «Веселые ребята», собрав туда новых музыкантов. Наличие концертного зала и великолепной студии давала тогда основание надеяться на появление полноценного концертно-студийного коллектива с давними успешными традициями. Но…

Как концертный коллектив новые «Веселые ребята» так и не состоялись. А их студийные попытки переписать хиты прошлого, не вызвала отклика в душах старых поклонников ансамбля и не привлекла новых. Как сказал мне один из бывших музыкантов:

— С технической точки — все блестяще. Но живые люди так не играют. Души там нет.

С уходом Павла Слободкина, очевидно, закончится и история одного из самых успешных музыкальных коллективов Советского Союза — ВИА «Веселые ребята».

Джаз длинной в сто лет

У Армстронга возникли проблемы с бандитами, которые захотели взять его под свою опеку и заниматься его делами. Но он был парень умный и старался держаться от всего этого подальше. А Глэйзер был менеджером в ночном клубе, где играл Армстронг, Луи доверял ему и, когда возникли эти проблемы, подошел к Джо и сказал: «Послушай! Я хочу вырваться из-под опеки этих бандитов, давай ты будешь моим менеджером. Подумай, как нам лучше все это устроить». Это было в 1929 или 1928 году. C того времени все дела Армстронга вел Глэйзер, с которым у него имелась весьма необычная договоренность

НИКОГДА НЕ ВЫПАДАТЬ ИЗ ВРЕМЕНИ

Я плохо знал английский язык, было лето, переходящее в осень и я ходил в navy бушлате, который купил на каком-то развале за десять долларов. На голове у меня было каре и был я в синих круглых очках, а за спиной носил кофр с синтюком. И каждый день в свой адрес я выслушивал: «Смотри, Леннон идет!». Еду в метро домой, входят бомжи и говорят: «Вот с нами и Джон едет!». И каждый день я проходил мимо гигантской арки дома, в которой Леннона застрелил Марк Чэпмэн. Когда ты входишь в Центральный Парк со стороны 72й улицы, первое что ты видишь – самодельный мемориал, где стоят фотографии «Битлз», свечки, тусуются ребята. При этом, поскольку я учил английский язык, в моем бушлате, в кармане я носил книжку, которую любил с детства и купил там за доллар — «Над пропастью во ржи» Сэлинджера. Только через несколько месяцев я узнал, что Марк Дэвид Чэпмэн, которого взяли на месте преступления, был одет в navy бушлат, и в кармане у него лежала книжка «Над пропастью во ржи». Поиграв в Центральном Парке, я понял, что мне очень нравиться зарабатывать тем, что я делаю, что в душе я ремесленник и что для музыканта играть на улице — святое дело, лучшее в своем роде.

Мой музыкальный марафон

Заехали по дороге к Billy Joel в Нью Йорк, но остановился я у Феди Чернина – главного редактора журнала «Новое русское слово». Торопился я в Аризону к своим друзьям — аборигенам. После первой же «трубки мира» я залип на Аризону так, что меня оттуда было не вытащить. Двое суток там провёл, приезжаю к Бэтси. И что-то в голове моей изменилось: рядом с Бэтси меня преследовало наваждение, что существует две Бэтси, и что я обнимаю не ту. Будто сестра-двойняшка – не моя Бэтси. Промучился неделю и опять улетел к своим краснокожим. Там я стал свидетелем того, как старушка из гетто родом из Жмеринки обучает американцев русскому языку. Предложил им свои услуги, они скинулись и платили мне сорок долларов в час, и я полгода от них не вылезал. Обыгрывал всё население на бильярде – зарабатывал много. 

Мы противостояли власти по мере сил. Часть 2

Вот с моей точки зрения, эти истоки ненависти к джазу они все на каком-то фрейдизме наших вождей построены. И так продолжалось довольно долго пока не появился жанр еще более опасный. Это был уже рок-н-ролл, это были «Битлз». И джаз, как перелистнутая страница в книге, уже уходил в прошлое. Поэтому он переставал быть опасным, и тогда началось через, конечно, невероятное количество эстрадных компромиссов приятие джаза, как жанра, который можно выпустить на сцену.

Мы противостояли власти по мере сил. Часть 1

Тут надо сказать, что саксофоны все были казенные, купленные на деньги Государственного Департамента, то ли Госдеп вынудил или предложил фирме саксофонов производящих, подарить всю секцию, все инструменты саксофонной секции, потому что важно было, чтобы в 1 ряду было некое единообразие, а во-вторых, чтобы инструменты были новые. Там трубы и тромбоны — это не так уже существенно. Но все приехали с казенными, с новыми саксофонами, и поэтому Зуд Симсу было не жалко дать какому-то юноше незнакомому дунуть. К тому же он был пьяный и добрый человек. Он мне говорит: «На, дуй!».

Темы Времён

Момент и процесс рождения стиха, рифмы, строчки, как это происходит и несколько слов о саморедакции и самоконтроле в процессе создания стихотворения, насколько спонтанен интуитивен и осмысленен сам процесс и результат Развитие личности поэта и его профессиональных навыков – это необратимый процесс или можно вернуться к истокам забыв про опыт

Всё, что можно говорить в контексте этого пункта, сводится к возможно наибольшему читательскому опыту, включая не только всю существующую мировую поэзию, но и всё, что о ней написано. Не зная сегодня контекста современной русской литературы и не имея опыта письма, невозможно написать ничего значительного. Думаю, начитанность и компетентность это – основной принцип становления нынешнего литератора.

СЭМ ДЖОНС – солдат русского шансона

Его эфиры стали первыми интерактивными программами для советских слушателей, куда они могли позвонить и напрямую пообщаться со звездными гостями, среди которых был, например, Пол Маккартни. Кроме того, Сэм Джонс выступал в качестве координатора, советника и переводчика многих важнейших общественно-политических мероприятий: от съемок документальных фильмов и проведения благотворительного концерта после землетрясения 1989 года «Рок в помощь Армении» до организации встреч на высшем уровне Маргарет Тэтчер, Михаила Горбачева, Бориса Ельцина и работы координационного Совета Россия-НАТО.

Понемногу о разном

Что же нынче? Видится много энтузиазма у начинающих на первых порах, которое не всегда доживает в виде мощного костра желаний постижения всех мудростей музыки. Некоторые охладевают, перегорают, находят что-то более интересное для себя, не находя перспектив или от духовной слабости, может даже иногда из-за равнодушия и дилетантизма педагогов. Но это жизнь, и побеждает всегда упорный и сильный, который не обращает внимания на сложности, а видит цель и идет к ней. Мы лишь проводники Её Величества Музыки (некоторые полупроводники), пропуская её через себя мы доносим до слушателя её великолепие, чувственность, лиризм, красоту и скрытую энергию.

Здесь и Сейчас

С Цоем мы познакомились у Гены Зайцева, когда они с Рыбой принесли ему первый альбом слушать. Заслуг перед рок-н-роллом в то время у них ещё не было, и Гена, член совета рок-клуба весьма скептически к ним отнёсся. В тот день он был под впечатлением от привезённого из Уфы нового альбома Шевчука «Не стреляй», а тут пришли два красавца и поставили ему про дерево. Разумеется, Гена не мог не заметить контраста: с одной стороны красивые тексты, нормальное пение, а с другой – предсмертный рёв загнанного марала. Разумеется, однорукому нравилось больше ДДТ, поэтому впоследствии он стал директором Шевчука. Цоя сразу шибко полюбил Тимур Новиков, и я часто стал встречать Виктора у Тимура – его приводил Гурьянов.

Мечту нельзя придумать

Мы жили в эпоху, когда всё подвергалось цензуре, и тут глоток свободы – джаз Арт Блейки. Это был, наверное, 1959 или 1960 год. «Железный занавес» ещё не проржавел и об Америке никто даже не мечтал. Но вот, как хотите это воспринимайте, но в какой-том момент я просто понял, узнал, почувствовал, что настанет день и я буду играть вместе с Арт Блейки и «Посланцами джаза». Вечером я засиделся у Быковых и когда прощался, так и сказал им: «Вот увидите, я буду играть в оркестре “Jazz messengers”».

Звук первичен

Художник в первую очередь – это проявление эго: «я самый главный, я рисую такие работы, я всё знаю, слушайте только меня». Все через это проходят, и я должен был изменить себя, стать другим. Я устроился в такси, работал в лимузинной компании года два. Собрав какие-то средства, я сделал первую серию живописных работ и устроил первую выставку в очень хорошем доме на Beverly Hills среди очень обеспеченных людей, где у меня пару работ купили, в Лос Анджелесе и познакомился с художником Юрием Балашовым, который оформлял пластинку Frank Zappa «Civilization Phaze III». Единственный русский художник, получивший «Grammy» за оформление пластинки. Он работал с Виктором Гинзбургом, который снял потом «Generation Р», а в то время работал над первым своим фильмом «Нескучный Сад» об эротической революции 90х годов в России.

ОТРЫВКИ ИЗ ОДНОЙ НЕИЗДАННОЙ ЗАПИСИ. ЧАСТЬ 3. Про московских меломанов, Игги Поп, Джон Лайдон, Андрей Тропилло, Леонид Фёдоров, Дмитрий Пригов, Константин Звездочётов, Свен Гундлах, Вован Терех, Анатолий Герасимов

Что там стоит? Genesis, King Crimson, Van Der Graaf Generator, Iggy Pop, Sex Pistols, Public Image Limited, Patti Smith, Nina Hagen, Can, Bob Marley, Black Uhuru, Led Zeppelin, Doors, Kraftwerk, Rolling Stones, David Bowie, Roxy Music… У меня никогда не было стилистических пристрастий. Что понравилось, то и приобреталось. Когда я занялся издательством музыки, то слушать стал значительно меньше, поэтому даже толком не помню, что у меня там есть. Теперь я слушаю то, что просят послушать. Мне из этого мало что нравится. Но не хочется обижать ребят. Да, и вдруг попадётся что-то прекрасное. Не хочется пропустить.

ОТРЫВКИ ИЗ ОДНОЙ НЕИЗДАННОЙ ЗАПИСИ. ЧАСТЬ 2. Виктор Цой, Жанна Агузарова, Александр Башлачёв, Алексей Хвостенко, Егор Летов, Янка Дягилева, Андрей Панов

Первый раз я их увидел, когда Берт (Олег Тарасов) устроил концерт в МАМИ, рядом с нашим теперешним складом («Отделения ВЫХОД»). Там была аудитория, куда пришло человек тридцать народа. Ребята честно выступали. Егор яростно рубился, а Янка смотрела в зал, и мы с ней несколько раз глазами встречались. Потом мы им устроили квартирник на Красногвардейской, где были и Егор, и Янка. Запись Егора у меня потом кто-то украл, а запись Янки осталась, и мы через несколько лет её издали под названием «Красногвардейская». После концерта мы выпивали -закусывали, и всё было прекрасно. Потом вдруг «бац!», разведенный только что спирт, который охлаждался в бутылке под холодной водой, загадочно исчез – кто-то эту бутылку умыкнул.

ОТРЫВКИ ИЗ ОДНОЙ НЕИЗДАННОЙ ЗАПИСИ. ЧАСТЬ 1. Тоня Крылова, Илья Смирнов, Аня Герасимова, КГБ, Сергей Селюнин, Фёдор Чистяков, Псой Короленко, Пётр Мамонов, Борис Гребенщиков

Это был конец семидесятых, а в начале восьмидесятых уже состоялся концерт «Аквариума» в ДК Кусковского химзавода, где были организаторами Илья Смирнов, Илья Барац и Сергей Васильев. Илюха был у нас главный, самый стойкий, и я ему дико благодарен. Его и Тоню Крылову отличала гиперактивность и бесстрашие. Я-то всегда боялся и что-то делал, преодолевая страх, а у них этого липкого чувства не было. Когда меня первый раз гэбшник принял, меня трясло несколько часов. Илюха был вождем, моим начальником. Он всегда был ведущим, а я – ведомым. Мы делали общее дело, и главным в этом деле был он, а не я. И в журнале «УрЛайт» и в организации концертов. Я его нежно люблю, между нами и сейчас баррикад никаких нет. Хотя, на данном этапе мы имеем разные воззрения на жизнь.

Эхо незабытых звуков

Получив техническое образование, он закончил Лондонскую Королевскую Академию Файнарта, которую заканчивали ребята из «Queen» и некоторые другие музыканты. Он, когда нас послушал, сказал, что наша музыка наиболее близка к «Talkin Heads», потом уже, на гастролях в Америке про нас говорили, что мы – «русский «Токин Хедс». Но если изучать нашу команду, можно понять, что у нас нет четкого ритма в композициях. Саша Липницкий играл на гитаре довольно своеобразно и коряво, с чем Леша Павлов, барабанщик, который играл очень хорошо, боролся как мог. Лелик Бортничук тоже на своей гитаре бегал взад-вперед, то замедляясь, то ускоряясь, Петр тоже играл оригинально, правда вполне ритмично, так что мы с Павловым удержать весь этот поток не могли. Брайн сказал нам: «Вам нужен ритм, — «чуки-чуки»! Вам нужен гитарист».

Мы делали шоу мирового уровня

Москва того времени вспоминается мне, как город, где не прекращался праздник. Если мы не были на гастролях, то все вечера проводили в ресторанах. Устраивали сейшены, ходили в ресторан Дома кино слушать знаменитого саксофониста Леонида Геллера. Кстати туда меня впервые привел Крамаров и познакомил там с танцором из ансамбля Моисеева Витей Дроздовым, он потом иногда подрабатывал, участвуя в наших концертах. Позднее Витя ввёл меня, так сказать, в московскую тусовку, познакомил с Галей Брежневой, с популярным тогда композитором Гариным, которого потом при загадочных обстоятельствах убили в Сочи, и всякими другими известными личностями. Помню, однажды мы пришли в кабак вместе с Наташей, моей будущей женой, и на ней был шикарный белый плащ, на который тут же запала Галя Брежнева и начала торговаться. Наташа согласились продать его, Брежнева плащ взяла, а деньги не отдала. Она кстати частенько так поступала, не только с нами.

Воспоминания. ЧАСТЬ 3. Стас Намин

Стас тогда активно поддерживал «Бригаду С», при этом у него была давно состоявшаяся группа «Цветы», популярная в 60-70е годы, и тогда же он начал формировать «Парк Горького» из музыкантов «Цветов» и «Группы Стаса Намина». В результате часть музыкантов осталась в «Цветах» (тот же Александр Лосев), кто то влился в «ПГ», а другие сформировали «Лигу Блюза» (Воронов, Солич). Николай Носков и гитарист Алексей Белов, будущие участники «Парка» вроде бы до этого не играли в «Цветах» или в «ГСН». Белов, к стати, тоже ездил тогда в Таллин. Барабанщик «Парка Горького», Александр Львов, работал у Стаса звукоинженером, мы даже не подозревали, что он еще и на барабанах играет.

Воспоминания. ЧАСТЬ 2. Прослушивание в рок-лабораторию

Все названия были курьезными и смешными, при этом мы записывали импровизированные песни, имитируя разные стили. У нас был заготовлен целый список названий: «Свиньи из Ташкента», «Смрадные Штангисты», те же «Обсосанные гантели», «Неозазнобы» (женский состав), «Продмагдистрой», трио «Ресфедер», «Знатные Пупсы», «Окрест имени трехсотлетия приема вещей в химчистку», «Свежий пирог 905 года», «ТВД Гогенлоэ», «Мракобесы Сибири». Названое многих композиций или проектов мы в последствии брали на вооружение для наших экспериментальных проектов или записей. В итоге нас поставили на прослушивание на следующий день, в который случился настоящий аншлаг. Было много народа, ДК набился под завязку.

Воспоминания. ЧАСТЬ 1. Парень с колонками

И эти люди потом вдруг стали говорить, что «Проспект» — московская «золотая молодежь», «голубая кровь», играют музыку странную и непонятную, хотя мы играли те же рок-н-роллы, твисты, ска, реггей. Михаил Чекалин сыграл красивое соло на рояле со специальной примочкой и все было вполне цивильно. Но в итоге все закончилось благополучно, у нас даже остались деньги, которые мы потратили на такси и выпивку. Этот знаковый концерт был записан на кассету, но наш басист Сергей Кудрявцев взял и стер его зачем-то, ему что-то не понравилось, и мы сильно удивились тогда. Он был порой человеком порывистым, эксцентричным и не всегда отдавал отчет своим действиям, хотя в целом адекватный парень и играл вполне прилично. Поначалу мы все играли средне, но много репетировали и в какой-то момент вышли на неплохой уровень. Нам часто приходилось играть длинные программы.

Записки центрового

В 1981 году открылся Рок-клуб. Они долго не могли найти территориального помещения: их не брал к себе ни комитет по культуре, ни образование, а нашли они себя в самодеятельности. Куратором рок-клуба со стороны Ленинградского межсоюзного дома самодеятельного творчества была Наташа Веселова, которую я хорошо знал, а она меня часто видела в качестве ведущего на всевозможных мероприятиях. Тогда открытие любого концерта не могло пройти без человека, который должен был выйти в начале, сказать «здравствуйте», рассказать о том, что будет, когда, зачем, почему, и, гордо удалиться со сцены. Имея опыт работы одним из топовых диск-жокеев города, по всей вероятности на тот момент я был единственным человеком, который мог произнести слово «рок» со сцены.

ЖИВАЯ МЫСЛЬ КАК СПОСОБ САМОАКТУАЛИЗАЦИИ. Ретроспектива поэтических особенностей структурирования мировосприятия

И сколько бы мы не пели, если мы не затрагиваем определенные мышечные движения, то работаем только с эстетикой. Нам нравились «Песняры», мы их слушали, но когда ставили «Битлз» или «Лед Цеппелин», башню сносило совсем по-другому. Теперь понятно, что «Песняры» работали в большей степени в зоне эстетики, а музыка «Битлов» и «Цеппелинов» обращалась к животному нашему началу. Слушая музыку человек, имеющий достаточно расширенную сферу эстетического восприятия, сам вводит себя в состояние транса, самогипноза. Песни – это самое простое средство на время отключить свое «суперэго», переорганизовать нейроны на акт медитации. За это наш бортовой компьютер выдает нам бонус в виде амфитаминовой либо опиатной группы химических соединений, нас «вштыривает» или нам становится просто хорошо.

Впечатления и воспоминания о концертах

В «Рок-Лаборатории» каждая группа была очень другой, было стыдно походить на кого-то. Там было много концертов, фестивалей, например – «Движение в сторону весны» был хороший, интересный фестиваль. К самым ярким впечатлениям от наших концертов относится дебют старика Хэна, нашего барабанщика в 1988 году во Дворце Спорта «Динамо». Там были «Звуки Му», «Алиса» и когда объявили нас, такое было ощущение, что над залом пролетел реактивный истребитель МИГ -29. Огромный ор, вопль всеобщий зала и зрители прорвали кордон с охраной и милицией, залезли к нам на сцену, раздавили примочки Сережи Володина, в итоге, он вообще без гитары остался. Люди эти застыли в трех метрах от меня, стали кружком, а мы играем и поем. Он так и стояли на сцене завороженные – такой интересный момент. Ещё был в Ярославле концерт, откуда мы уезжали как «Битлы». Публика готова была нас разорвать, похоже. Мы спаслись так: к нам подогнали «Газель» прямо к сцене, мы туда прямо нырнули ловко и уехали. Это все происходило в 80х, когда New Wave был на подъеме.

Музыка, Ведущая к Себе

Кто же создает психоделическую музыку ныне? Те, кого нет в мейнстриме, кто не облюбован средствами массовой информации, кто пишет музыку ради нее самой и невозможности жить иначе, без нее, вне ее. Такие одухотворяют себя и вселенную. Они — счастливые, потому что творят, а не производят, потому что их творчество не завязано с заказами и гонорарами. Оно независимо ни от кого и ни от чего. Оно межпланетно, бесценно и не измеряемо денежными знаками. Творчество и психоделика там, где нет обыденного человеческого обмена “купи-продай” и марксистского “деньги-капитал-деньги”. Психоделика делает душу человека и тем самым вкрапляет ее в духовную ауру планеты.

НАШ УКРАИНСКИЙ ВОПРОС

Но пройдет лет двадцать, чтобы удостовериться в истинности тамошних пространных красот. Русско-украинский проект вызрел как-то быстро и просто. И понеслась птица-тройка, точнее трио по украинским просторам прямо таки от Киева ко Львову. Саша Нестеров, киевлянин и гитарист, нашел меня как единомышленника аж в 91 году во время совместного украино-французского проекта «АРФИ- Днепр». С ним у нас произошла душераздирающая история в дни августовского путча в виде водного путешествия на корабле в никуда, так как на родине происходили события исторической неопределенности. Французские музыканты привезли в незалежность почему-то комиссарско-большевистский фильм Эйзенштейна «Броненосец Потемкин», как-то не ко времени и не к месту.

Долгая Дорога в Звуках

Вызов на финал конкурса ворвался в мою жизнь, как раскат грома. Я летела в Питер впереди самолета. Во время выступления моё длинное порхающее шифоновое платье превращалось в обтягивающий комбидресс, чем вызвало свист и крики публики, которую тоже трясло от ритмов джаза 50-х. Такого советский зритель не видывал, а Людмила Сенчина, председатель жюри, выдала вердикт по окончанию концерта: “Что за цирк на сцене?!” Но ко мне подошел Александр Хоменко, в то время один из владельцев рекорд студии “НП”, и ворота в профмузыку приоткрылись для меня. Я принесла пару кассет со своей музыкой, забитой на японских полупрофессиональных клавишах, боссы отобрали три мелодии и отдали их Евгению Кормильцеву, автору текстов “Апрельского Марша”, брату Ильи Кормильцева.

ГИТАРНАЯ ПАРТИЯ ЕГОРА БЕЛКИНА. ЧАСТЬ 2 .: ЦОЙ .:. НАСТЯ .:. «НАУТИЛУС» .:. ТАНЯ ЕЛЬЦИНА .:. НАСТЯ :.

Я купил квартиру в центре, на Воронежской улице, в которой Цой часто оставался ночевать. Там жил художник один, и Цой часто у него зависал. Тот художник рассказывал мне, что Виктор спал в наушниках, чтобы ему в уши не заползли тараканы. А в девяностом году мы предприняли попытку познакомиться ближе. Они тусовались у одного художника, который жил в деревянном доме в Коломягах, играли там в настольный хоккей. Мы с Настей жили рядом и подумали, почему бы нам не потусить вместе, вроде знакомы уже. Не самые последние группы, могли бы и подружиться. Взяли жратвы, бухла, и приехали к ним.

ГИТАРНАЯ ПАРТИЯ ЕГОРА БЕЛКИНА. ЧАСТЬ 1 .: ЕГОР .:. АРГЕНТИНА-ЯМАЙКА .:. «УРФИН ДЖЮС» — ШЕВЧУК .:. «НАУТИЛУС» — БАЛАБАНОВ :.

Пантыкин пригласил меня и Вовку Назимова – совсем молодой барабанщик, но он уже умел отлично играть. Так образовался «золотой состав» «Урфин Джюс». И вдруг однажды приезжает к нам Юрий Шевчук, потому что его выдавили из Уфы, несмотря на то, что он был мальчиком-мажором и жил на улице Ленина. Он не знал, куда ему деваться, и мы пригласили его к нам, потому что у нас посвободнее, и работу можно найти. Юрка приехал, и мы работали вместе в Парке Маяковского.

У нас был ВИА, он назывался то ли «Молодость», то ли «Нежность». Работала профессиональная вокалистка из ресторана, Юрка пел. С ними мы исполняли такие песни, как «Земля в иллюминаторе», «Всё может молодость» – вот такой репертуар.

Как во мне появилось восхищение от звучащего мира?

Самый жуткий концерт был в зале тон-студии на Мосфильме. Там перед нами играл Розенбаум и нас вызвали играть для местной мосфильмовской публики после него, как некий «цимес». Местная публика вся соплями изливала по поводу Розенбаума, а Розенбаум сидел уже пьяный и отвечал на записки из зала и ждал, когда ему настанет время ехать на питерский поезд «Красная звезда». И тут Дмитрий Александрович послал Розенбауму записку, в стиле «А пошел ты, парень, на!», ведь мы уже давно ждали своего выступления, и надо было прекратить дебаты. Розенбаум начал читать, поперхнулся написанным, встал и ушел. Мы начали играть «Галя, гуляй», и все две тысячи человек публики вышли и осталось человек десять, в основном звукооператоры и приглашающая сторона.

Константин Беляев – штрихи к портрету

Я был практически уверен, что он не откажется от такого предложения. Но к моему удивлению Беляев предложение категорически отверг: «Не нужна мне никакая книга. Я весело пожил. Как хотел. Всё было, так что писать про это? Ничего не вернуть – пиши не пиши. Песни мои слушают, знают, и ничего мне больше не надо… Пожить бы только ещё…» — сказав последнюю фразу, он как-то осекся и надолго умолк. Я украдкой поглядел на него, окинул взглядом старую кухню, нехитрую мебель, рассыпанные хлебные крошки на столе, и сердце, как ни банально прозвучит, сжалось. Захлестнула волна сочувствия, жалости… Прощаясь, я купил у него несколько дисков и обещал быть на ближайшем концерте в трактире «Бутырка».

ВОСПОМИНАНИЯ ГЛАВНОГО АРХИВАРИУСА РОК-КЛУБА

Егор Летов скрывался от ментов у меня дома. Он познакомился с Цоем, но крепко подружился лишь с АукцЫоном. Все остальные его сторонились, общаться с ним было очень стрёмно. Свинья по сравнению с ним был совершенно безобиден. Он был как бы политик, и все стремались. ГРОБ сыграли концерт в Рок-клубе, и публика была от них сильно в шоке. Правда, концерт был не очень удачный. Звук был очень жёсткий – не такой лояльный, как в его номерных альбомах. Тогда они выдали какой-то нойз, и песни все новые, но не было известных мне хитов.

ОБ ИВАНЕ СОКОЛОВСКОМ – ПЕРВОМ РУССКОМ ИННОВАТОРЕ ЭЛЕКТРОННОЙ МУЗЫКИ

Любой подход Ивана к инструментам был абсолютно инновативным. Он был первым, кто ввел в московскую сцену бас-лайн «TB 303», в дальнейшем – основу техно музыки во всем мире. Иван — первый человек на Земле, который стал извлекать из «TB 303» совсем не те звуки, для которых она была предназначена. Так что те черные ребята из Дейтройта в то время были мальчиками, когда Иван уже программировал эту машину и это абсолютно исторический момент, который нужно подчеркнуть. Судя по всему, Иван – первый человек, который увидел это инструмент с его изнанки, увидел его силу в том, чтобы не играть структуры в виде некоего сонга, а репетитативные паттерны, которые повторяются все время и изменяются с помощью резонансных срезов и частоты «cut of» этого инструмента. То есть он открыл глаза современной музыки на «TB 303».

МЕЛОДИЧЕСКАЯ ЛИНИЯ ДЯДИ МИШИ: Аппликатура жизни, риффы души и паузы перемен

В то же время стал приглашать в свои Поп-Механики Сергей Курёхин, с которым мы вместе учились в училище. Сергей играл авангардный джаз с моим консерваторским учителем Анатолием Вапировым. Толя и меня приглашал на их концерты поиграть. Поэтому авангардным джазом я владею, можно сказать, хорошо. Хорошо знаю авангард и умею его играть. На концертах Поп-Механики я познакомился со многими рокерами, которые стали меня приглашать на свои записи. Цой пригласил сыграть у Тропилло, но я до него не дозвонился. Он оставил мне телефон, я позвонил, но Виктор не ответил. Потом очень обижался на меня за то, что у нас не срослось. В итоге, Тропилло позвал тогда вместо меня Игоря Бутмана, но Цою его игра не нравилась, казалась нестройной. Однако, у нас были тёплые приятельские отношения.

Фантастический Борис Раскольников: светить во тьме, в страшном мраке

Еще до этого на хате Дыховичного на Парке Культуры мы встретились с Борей. Тогда был обычай заходить друг кругу в гости без звонка и зайти мог кто угодно и когда угодно. Раздался звонок в дверь и Боря зашел в хату в белом костюме, в пиджаке и брюках, как потом стал ясно – серого цвета. И почему-то я сразу понял, что этот человек имел определенный опыт. Определенная худоба, которая бывает у отсидевших людей, что-то вроде легкого туберкулеза, который истощает плоть и конкретная манера держать себя – очень по делу, ничего лишнего. Он был человеком широкого круга интересов. У него, конечно, шутки были и некоторая насмешливость, но серьезными вещами он не шутил. Для него не было второстепенных вещей, и это его сильно отличало от остальных людей. Ему важно было абсолютно все, и он абсолютно серьезно относился к каждому человеку. У Бори не было иллюзий в отношении людей, тем не менее, он верил в людей. Легко, разочаровавшись в мире, нахлебавшись говна, начать плохо относится к людям, оборвать связи и уйти от мира и гораздо труднее продолжать в них верить, общаться и работать с ними.

МЕЛОДИИ И РИТМЫ КРУПНЫМИ МАЗКАМИ. Часть 2. Ожившие картины настоящего

Мы, как привыкшие к подобным инцидентам люди (регулярно к Петровскому бульвару подъезжал автобус местного отделения и грузил всех там находящихся, иногородние, как правило, спасались бегством через окна), пытались сохранять равновесие, хотя столько вооруженных людей видели впервые. Их агрессивное состояние сменилось полной растерянностью, когда они пересекли порог мастерской. Как и ожидалось, интерьеры “перекодировали” их. Они не понимали, как их идентифицировать. Хотя мне и пришлось показывать им на экране около сотни слайдов буквально под дулами автоматов. Их бдительные взгляды пытались выискать “фашизм и порнографию”, а я в это время комментировал происходящее на экране так, как если бы это была рядовая игра. Через полчаса начальник группы устало сказал, что он ничего не понимает и что пора ехать. Лигероса забрали с собой как иногороднего и долго в отделении пытались определить его сексуальные пристрастия, косо глядя на экстравагантное одеяние.

МЕЛОДИИ И РИТМЫ КРУПНЫМИ МАЗКАМИ. Часть 1. Лучший музыкант — это художник

Я стал жить у деда (Владимир Мотыль – ред.) в новой для меня, диссидентской атмосфере, или, скорее даже, среде независимости и свободы. Прослушка на телефоне, иностранцы, запрещенная литература. Олимпийский год. Ночами по «Голосу» передавали «Москву-Петушки». Позже я сам стал ловить волны и через шипы и хрипы, затаив дыхание, слушал передачи Севы Новгородцева с едва пробивающимися через глушители звуками тлетворной рок-музыки. Дед читал запрещенные книги даже в метро, обернув книгу в газету. Тогда же я познакомился с литературой Войновича и Венечки Ерофеева. Дома пели Окуджава и Камбурова. Друг семьи Игорь Шевцов (сценарист фильма «Зеленый фургон»), близкий друг Высоцкого привозил из Франции только вышедшие его диски и всякую другую музыку. Первое время они хранились у нас в квартире. И в этот промежуток у меня появлялась возможность послушать что-то «оттуда». С начала 60-х и до середины 80-х дед помимо Окуджавы, сотрудничал и дружил с композитором Исааком Шварцем. Я же, будучи подростком, пытался самостоятельно осваивать нотную грамоту и продираться свозь Шварцевские партитуры, тренькая на гитаре. Еще картинка в памяти из того времени — я прихожу из школы, ставлю на проигрыватель бабушкину пластинку «Мелодии и ритмы 30-х годов» и кружусь по квартире…

Я ВЕЗДЕ ВИЖУ МУЗЫКУ

Скоро будет издан вокальный альбом «Голоса» проекта «Шепот», в котором сейчас два участника: Анна Чекасина и Анатолий Рясов. Там все сделано голосами, то есть в качестве музыкальных инструментов работают исключительно голоса, звуки произнесенные с помощью рта и гортани. Нам были интересно работать с разными эффектами, но уже во время сведения записанного материала. Анатолий сам является звукорежиссером и это слышно на его композициях, где есть очень интересные эффекты, но в большинстве случаев это просто натуральные голоса.

МАСТЕР ГИПЕРРЕАЛЬНОСТИ

Там же собралось некоторое количество музыкальной аппаратуры и тут позвонил Вовка Рацкевич и сказал, что есть такая группа «Центр» с Васей Шумовым во главе и они хотят записать альбом. У меня был магнитофон, синтезаторы и ритм-машинки и ребята хотели попробовать записать электронный альбом без живого барабанщика. Я был всегда на стороне электроники и к тому времени у меня во владении были «PolyMoog», «Hohner Clavinet» и собрана небольшая студия. В запасе был также набор песен, они сами по себе рождались, это были даже скорее не песни, а короткие зарисовки, речевки и частушки. Тогда было принято распространять записи через пиратов, которые торговали магнитными катушками и в нашем случае они могли даже денег дать за наши альбомы. Я подумал, что если это не работа в ящик, будет выход, надо делать!

НОВАЯ ТЕУРГИЯ НИКОЛАЯ СУДНИКА или «НИ ЗГИ НЕ ВИДНО»

Главной принимающей сей удар фигурой в Риге был музыкальный критик Антоний Мархель и некий сантехник, или что-то типа того, Коля Судник. Они активно стали продвигать свободную импровизацию в среду прибалтийских рокеров, тяготевших к мрачной струе европейского авант-рока или рок-ин-опозишн, с его авангардной составляющей. Эти люди представляли некое подобие оккультной секты. Рокеры почувствовали нечто эстетически родное в диссонансах свободной импровизации, которую несли пришельцы.

В РОК-МУЗЫКЕ БАРАБАНЩИК – ГЛАВНАЯ ФИГУРА

За Университетом повыше, за 96 улицей, большой дом, и одна часть этого дома принадлежит Мику Джаггеру. Очень большая, трёхэтажная квартира с лифтом. Там был Саша Титов, Дэйв Стюарт и Анни Леннокс, у которой днями раньше случился выкидыш. Она сидела в уголке на полу и скорбела о потере дочки. Я как-то пытался разрядить обстановку. С Дейвом у меня сложились лёгкие отношения еще с тех пор, когда мы играли вместе здесь, в 89 году. Я нашёл игрушечный водяной пистолет и стал брызгаться в Дэйва. И Саша Титов одёрнул меня:

– «Пётр, ты что, это же Дэвид Стюарт!»

КОЛОКОЛ ЖИЗНИ. Часть 2

После 1986го — год пошел за три, началась перестройка, художники наши сразу стали известными после 17й молодежной выставки 1986 года в Доме Художников на Кузнецком Мосту. Там происходил известный концерт Мамонова, незабываемый концерт Тегина. Как раз тогда в Москву приезжал Брайан Ино и вместе с Гребенщиковым он приходил туда посмотреть Тегина. Я там прославился – повесил свою большую конструкцию, и она получила приз «За лучшую лабораторию», за экспериментаторство. Потом был известный аукцион «Сотбис», а после все ринулись на запад, на гранты. После «Детского Сада» я сменил много мест. У Петлюры, например, пригодились навыки по Порфирию Иванову, потому что там не было отопления. Почти два года я проработал в театре Васильева на Поварской, где была отдельная тусовка: Боря Юхананов и группа «Оберманекен».

КОЛОКОЛ ЖИЗНИ. Часть 1

Мне тогда очень пригодилась гитара, я разучил романс Гомеса и играл для наших гостей из Большого, чем вызывал большое их расположение. Туда являлись гиперреалисты, концептуалисты, образовалось самое мощное место в Москве, где были все рок-музыканты, художники и поэты того времени. Проводили показы кино, приезжал Курехин из Питера, музыканты «Кино», «Аквариум», «Ночной Проспект». Это длилось два года, и парадокс состоял в том, что организовал, практически, все это мент, а через окно от нас была школа разведки КГБ, приемная КГБ и ОВИР, все в одном месте. Сейчас, когда показывают потопы в Москве, именно там самая высокая вода бывает, к этому перекрестку все стекается из переулков.

JOHNNY, СПАСИ РОССИЮ ОТ ДУРАКОВ! ЧАСТЬ 2. Nothing’s gonna change my world

Американская или ливерпульская девушка для меня была пределом мечтаний. Одну я увидел один раз в жизни на улице в Ливерпуле. Я шёл по Ливерпулю, она бросилась на меня, поцеловала, и побежала дальше, потому что у меня на груди было написано «All you need is love». Это было лет двадцать назад, но я помню это до сих пор. Она произвела на меня самое сильное впечатление. Если бы у меня был выбор, если бы правильно расположились пути Господни, может быть с ней я бы сошёлся.

JOHNNY, СПАСИ РОССИЮ ОТ ДУРАКОВ! ЧАСТЬ 1. Free as a bird

Тем не менее, у меня есть четыреста фирменных книг. Они стоят от пола до потолка. Все из Англии и Америки. Есть две из Германии, одна из Польши, одна из Финляндии, одна из Болгарии, но русских нет ни одной, кроме моих. Я написал три книги о Битлз: одна издана, называется «Рок на русских костях». Большая, объёмная книга-альбом, почти 500 страниц. Туда вошли лучшие вещи из сборника «Сочинения Собраний Васи Колина», и много стихов более позднего периода. Это супер-книга, я её обожаю. Я её считаю лучшей в мире книгой о Битлз. Потому что это — книга любви.

КАРТА НОВОЙ МУЗЫКИ

Идея пришла ко мне достаточно давно, в конце 90-х, когда пик развития был пройден, выраженный активностью «Оркестра московских композиторов», который объединил всех главных участников музыкального движения. Для прояснения вклада и места нашей Новой импровизационной музыки важно было понять структуру развития и осуществления процесса. Несмотря на как бы маргинальный характер движения, оказалось, что мы имели прямое отношение к развитию этого тренда в мировой музыке и внесли достаточно своеобразный вклад, невзирая на традиционное игнорирование нашей роли в современном искусстве со стороны Запада.

Balconada. Часть 2.

Мы не заметили, как подходит к концу уже пятый сезон нашего вовлечения во всю эту балконную историю, четыре из которых мы снимали на территории «Трех мостов». Лето выдалось дождливыми и много сессий пришлось переносить или вовсе отменять. Пускай мы не успеем доснять должное число эпизодов, и нас переведут на двухнедельный график публикации роликов. Ничего страшного, нас не интересуют результат, которого от нас ждет руководство, мы имеем свой, который заключается в том, что мы обрели друг друга.

Balconada. Часть 1.

И вот, блуждая по сети, я время от времени натыкался на портал www.balconytv.com. Прогуглив, я обнаружил, что это два парня Стивен О’Риган, Тим Миллет и их подруга Полин Фримен, которые дурачились на своём балконе в Дублине, записали песню на один микрофон, сняли это на бытовую видеокамеру и выложили ролик в «тубзике», назвав канал «BalconyTV». Тут же к ним прибежали другие музыканты и попросили записать песенку. Одна-другая-третья группа, и образовался чёткий формат. Они стали записывать своих дублинских дружков по песне в день и ежедневно выкладывать их на своем портале. Я подозреваю, что в Дублине, помимо «U2» достаточно насыщенная музыкальная сцена, огромные пласты музыки: независимой, народной кельтской, уличной, дворовой, домашней — какой угодно. И вот, эти ребята стали все это планомерно снимать и выкладывать осознанно в формате «Lo-Fi», что называется «как есть», безо всяких технических ухищрений.

НАСТОЯЩЕЕ ИСКУССТВО СОСТОИТ ИЗ ТАЙНЫ, ПРОВОКАЦИИ, ИНТРИГИ И ЧУДА. Часть 2

После появления «черного списка» запрещенных групп, я переименовал «Рубиновую Атаку» в «Цитадель», потом прошел еще один запрет и я переделал название на «Теннис», потом сделал компанию под названием «Вектор». Приходилось заниматься подобным слаломом, чтобы не влететь, потому что регулярно возникали вопросы: «Получаете ли вы деньги?», частным предпринимательством заниматься было нельзя. Это было криминально.

НАСТОЯЩЕЕ ИСКУССТВО СОСТОИТ ИЗ ТАЙНЫ, ПРОВОКАЦИИ, ИНТРИГИ И ЧУДА. Часть 1

Что нас отличало от всех групп в Москве, которые точно выучивали и копировали композиции. Это продолжалось несколько лет, а потом пошли бесконечные метаморфозы: менялись музыканты, менялись инструменты, менялась музыка, все менялось. Однако, базой оставался биг-бит, «Битлз», «Кинкс», «Дорс», «Роллинг Стоунз» с ритмэндблюзом, дальше повлиял на нас Джими Хендрикс и психоделическая хипповая история. У нас был очень неплохой вокалист и бас-гитарист одновременно – Сергей Ляшенко с шикарным голосом, до его прихода мы играли исключительно инструментальную музыку, включая «surf» в стиле «The Shadows».