rus eng fr pl lv dk de

Search for:
 

Pink Floyd «The Wall» Capitol Records, 1979.

SPECIAL RADIO :: СПЕЦ ИНТЕРНЕТ РАДИО Pink Floyd
«The Wall»
Capitol Records, 1979.

The Wall
«The Wall»

Несмотря на то, что я как бы не собирался (изначально – прим.ред.) рецензировать не русскоязычные альбомы, недавнее прослушивание одним из моих знакомых этого диска (точнее, его части) в моем присутствии натолкнуло меня на мысль высказать свое мнение. И дело не в сиюминутном желании вставить «свои пять копеек» в дело, которое, казалось бы, было обмусолено слишком много раз; данное мнение сложилось у меня уже давно.

Вряд ли найдется хотя бы один меломан увлекающийся рок-музыкой в какой-либо форме, кто не слышал хотя бы раз, или, в крайнем случае, не знает об этом эпохальном диске Пинк Флойд. Этот альбом входит в число «теорминимума» любого начинающего (и, подчас, не только) меломана, наряду с другими альбомами той же группы, вышедшими между 73м и 83м годами. Но даже среди упомянутых «нетленок» этот диск собирает наибольшее количество лавров, ибо выделяется как по формату (двойной альбом, около 90 минут), по концепции (нечто вроде рок-оперы, со своей сюжетной линией, соответствующей структурой, и моралью), и по идеологии. Помнится, в середине 80х журнал Ровесник писал что-то на тему о том, что «Стена», мол, явилась «камнем, брошеным в сверкающую витрину шоу-бизнеса». На вечерах и тематических дискотеках говорилось о, чуть ли не революционных идеях, пропитавших этот альбом. Примерно в 86м году по советскому телевидению прошел документальный фильм, в котором промелькнуло интервью с Роджером Уотерсом (басс-гитаристом и автором концепции), в котором он, отвечая на вопрос о «Стене» сказал что мол, деньги у нас кончились, вот и решили записать новый альбом. В Ровесник однако, это интервью не попало.

Советских меломанов можно понять: в условиях информационной изоляции, частным порядком в страну попадало то, что было в «хит-парадах» и на слуху, и, следовательно, апеллировало к широкой публике, считавшей наиболее продаваемые пластинки верхом искусства. Как выяснилось, на Западе альбом тоже наделал шороху. В 91м, когда сносили Берлинскую стену, большая толпа музыкантов, среди которых было много модных тогда (да и сейчас) исполнителей устроили шоу. Выбор был не случаен по двум причинам. Во-первых, легенда о революционности «Стены» попадала под исторический момент как нельзя кстати, тем более что Берлинская стена была бельмом на глазу у всей Европы в течение тридцати с лишним лет, и само по себе это событие — веха, и выступление при таком событии имеет шанс войти в бессмертие. Во-вторых, с чисто театральной точки зрения. В финале пинкфлойдовского альбома приснопамятную стену сносят, а тут и декорация соответствующая есть, причем самая натуральная. Шоу вышло тогда выше среднего, хотя многие участники, ввиду своего своеобычного имиджа, вроде стареющих поп-металистов Скорпионс (чей собственный материал тех лет вызывал в лучшем случае зевоту) или попсово-панковой певицы Синди Лопер, вписались весьма кривенько. Но помпа была та еще. Пропускаем серию переизданий этого диска, как в оригинальном виде, так и в виде музыки к фильму Алана Паркера «Стена», которая несколько отличается от чисто музыкального варианта, а также издание того самого берлинского шоу. Несколько лет назад появилось сразу несколько новых версий. Во-первых, вышел концертный вариант всего альбома. Затея сомнительная, но, в конечном счете, коммерчески удачная. Сомнительная потому, что к тому моменту Уотерса в группе уже лет 15 как не было, да и оставшиеся двое с 94го года живут только обналичиванием старых заслуг в виде нездорового количества сборников, антологий, и прочая. Во-вторых, вышел двойной альбом с тем же материалом, но в исполнении панк, готик, и нью-вейв групп. Альбом вышел на издательской фирме Клеопатра, а значит, ничего потенциально приличного там быть не могло. И, в-третьих, совсем недавно объявился наш старый друг Роджер Уотерс, записавший, опять «вживую», тот же самый материал, но уже под своим именем, а не под вывеской Пинк Флойд. Ни один из этих вариантов я не слышал, поэтому судить не берусь, но речь сейчас не о них.

В истории рок-музыки не существует ни одного альбома (Веберовские мюзиклы не в счет), пользующегося таким культовым поклонением, за возможным исключением альбома «Обратная Сторона Луны» («The Dark Side Of The Moon», 1973) всё тех же Пинк Флойд, которые маниакально исполняют его полностью, с сохранением порядка песен, на каждом своем концерте. Этот факт ошарашивает тем паче, что при ближайшем рассмотрении оказывается, что король-то голый! А если «отнормировать» на тот культ, который с годами вырос вокруг этого диска, то можно смело утверждать, что по своей художественной ценности этот альбом — худший в истории рок-музыки, уж, во всяком случае, среди себе подобных. Взять, например, сюжетную линию. Альбом прослеживает историю человека среднего (или чуть ниже среднего) класса. Детство без отца, погибшего на войне (вот вам социальный заряд, раз), публичная школа, армия, затем невостребованность в жизни, неудачный брак… В результате, человек отгораживается от общества стеной отчуждения. Дальше, поехали — наркотики, «дурка», а под конец — разочарование в общественных ценностях, и уход в экстремизм (вот вам социальный заряд два; этот момент удался А.Паркеру в его фильме, где он показывает героя, которого сыграл Боб Гелдоф из группы Boomtown Rats, одетого в униформу, напоминающую немецкую времен второй мировой, и громящего «цветных»). Потом — тюрьма и «суд общества». В конце сюжетной линии вышла небольшая осечка, которая рискует опрокинуть замысел и развернуть оглобли морали почти на 180 градусов. Суд заканчивается «приговором», — разрушить стену, и в финале фильма показан неслабых размеров взрыв. Если рассматривать это в контексте того, что за стену герой воздвиг ранее, то получается, что рыпайся — не рыпайся, а в общество вернешься. Таким образом, нонконформизм в сюжете терпит поражение на идейном уровне. Какая уж тут революция…

Теперь, собственно, о музыке. Как я уже упоминал, альбом построен по канонам оперы (или рок-оперы, не суть важно). Есть набор музыкальных тем, которые чередуются сообразно действию, среди которых мелькают разного рода интерлюдии, собственно, песни (как, например, «Hey You» — «Эй, ты!»). Неровности и места стыковок «прошиты» звуковыми эффектами, имеющими отношение к происходящему по сюжету. Однако такое построение не делает из альбома рок-оперы. Например, веберовская «Иисус Христос — Суперзвезда» (кстати, единственное его творение в этом жанре) таковой является, а «Стена» — нет. У Вебера поют больше десятка человек, большинство из которых обладают существенно лучшими голосами, и поют с большим драматизмом, нежели Уотерс, драматизм которого в лучшем случае не впечатляет. Что касается музыкальных тем, то в «Стене» их на удивление мало. Если убрать все повторения и оформить то, что осталось, в песни разумной длины, то получится альбом длиной в полчаса. Напиши они такое, вряд ли вошли бы в историю. Если копать дальше, то темы сами по себе довольно однообразны. Половина из них напоминает утяжеленную гилморовской гитарой диско музыку (особенно, «Another Brick In The Wall» — «Еще один кирпич в стену», и «Run Like Hell» — «Беги со всех ног»). По иронии судьбы, именно популярной в те годы диско-музыке противопоставляли «Стену» многие музыкальные «знатоки» вроде окопавшихся в редакции Ровесника. Всё это перемежается заунывными руладами, под которые повторяется «у-у-у-у-у-у-б-э-э-э-э-э-й…». Здесь стоит отметить, что по-английски это означает совсем не то, на что это похоже по-русски. «Ooh, baby..» означает нечто среднее между «о, дорогая!» и «уси-пуси» (это к слову о социальном заряде и нонконформизме). Но, если не вдаваться в слова, всё это производит удручающе-тягостное впечатление, которое рефлексирующий мозг человека, уставшего от оголтелой попсы, раздувает до революционных идей и еще черт знает чего. Собственно, музыка невероятно проста. Злые языки утверждают, что проблема с этой группой заключается в том, что Гилмор наконец-таки научился как следует играть на гитаре. Может, оно и так, но по данному альбому это сказать тяжело, ибо материал не предполагает виртуозного владения инструментом, и существенно нивелировался по сравнению со, скажем, той же «Обратной Стороной».

Я считаю, что ответственность за музыкальную одномерность лежит целиком на Уотерсе, который после «Стены» намертво застрял в этой колее. Вышедший следом за «Стеной» в 83м году альбом «Final Cut» («Последний Штрих») донельзя похож на «Стену», но вдвое короче, с большим количеством самостоятельных песен, да и с более приличной концепцией. Все его сольные альбомы (три, как минимум, плюс воссоздание «Стены») похожи друг на друга, и невероятно предсказуемы.

Но я отвлекся. Теперь о звуке. Записано всё замечательно, звук чистый, но лишен глубины свойственной «космическому року» (термин был приклеен, я подозреваю, опять же советской прессой, альбому «Обратная Сторона Луны»). Скорее, была сделана попытка сделать из всего этого эпоса нечто по-вагнеровски монументальное, что соответствовало бы идее и сюжетной линии, но несколько выбивается из колеи, если принять во внимание историю группы. В 60х годах Пинк Флойд играли психоделию, музыку хиппи, где Вагнеру делать было нечего. Даже эпические номера вроде 23-минутных композиций «Эхо» и «Мать С Атомным Сердцем», несмотря на свой размах были лишены того чугунного звука. Полированности, а вместе с ней, и качеству записи, внимания не отводилось, упор делался на атмосферность, уходящую корнями куда-то в фолк и далее за горизонт. С коммерциализацией этого предприятия, пришедшей с альбомом «Обратная Сторона Луны» (подождите, я еще и до него доберусь, ибо знаю массу народа которые садятся на задницу при одном упоминании этого альбома), звук стал значительно чище, но еще сохранял ту эфирность и глубину которая роднила Пинк Флойд с психоделией, и которая дотянула аж до альбома «Животные» («Animals», 1977). На «Стене» был сделан следующий шаг, а потом и звука «громадья» поубавилось, и «Последний Штрих» получился невероятно пресным, хотя чем-то напоминал дела давно минувших дней; в том же что штрих был последним, я почти не сомневался. Потом Пинк Флойд возникли уже без Уотерса, но это уже отдельная история.

Успеху альбома несказанно помог фильм Паркера. Здесь, кстати, всплывает одна странная деталь. В фильме игровые, актерские части, чередуются с мультипликацией (которая, собственно, составляет более впечатляющую часть фильма). Альбом вышел в 1979 году, фильм — в 1982м, однако на развороте конверта альбома изображены многие мультгерои фильма. Выходит, делалось всё одновременно. Если так, то «Стена» является довольно мощным коммерческим предприятием с самого начала, и все попытки выставить оную как антитезу шоу-бизнесу (как это подавалось у нас в 80х) просто смешны. Надо сказать, что затея удалась на все сто — тандем «сдетонировал» 20 лет назад, а мир еще не очухался (судя по количеству проданных старых, и переизданных новых вариантов и копий). Данная рецензия представляет собой тщедушную и, вероятно, обреченную на провал попытку остановить массовое безумие, причем среди людей, в общем-то, неглупых. Она останется гласом вопиющего в пустыне, но попытаться стоило.

Д.М.

Март, 2002

 

 

 

 

Вы должны войти на сайт чтобы комментировать.