rus eng fr pl lv dk de

Search for:
 

СТРЕМЛЕНИЯ К НЕВОЗМОЖНОМУ. ЧАСТЬ 3. Находить прекрасное там, где его вообще не может быть


Евгений Головин, при всём его даровании, это всё-таки помоечный талант. То есть, это человек, который, также, как и Локтев, сначала алкаш, а потом уже кто-то ещё, в данном случае – поэт. Я бы не стал его сравнивать с Альфредом Шнитке, потому что Шнитке официально признан одним из величайших гениев современной классической музыки. Это человек совершенно другого пошива, в том смысле, что это интеллигент без алкоголических подоплёк, интеллигент в высоком смысле слова, тонкий интеллигент.

«Центр» на концерте в ДК ЗИЛ. Москва 1983 год. В положении стоя: Валерий Виноградов, Карен Саркисов, Алексей Локтев; в положении сидя: Андрей Шнитке, Василий Шумов

Мне достаточно было провести в его доме сутки, потому что мы там как зависли, так целые сутки и протусовались, дома у Шнитке, в отсутствие родителей, и, когда потом на утро я шёл домой к метро, я себя поймал на одной простой мысли, что я из этого дома выхожу совершенно другим человеком, хотя я там провёл только сутки. Каким же должен быть человек, который там живёт каждый день? – подумал тогда я.

Сам Альфред Гариевич – очень удивительный и необычный человек. Был случай, когда мы записывалась для Мосфильма. Шнитке предложили написать музыку для фильма Время Отдыха С Субботы До Понедельника, и он уступил эту работу нам, хотя мог спокойно сам это всё сделать. Я там играю партию ритм-гитары, отсекаю. И в какой-то момент, я взял не тот аккорд, промахнулся. Где ещё может быть такое, что вышел человек, которого называют гением современным, он вышел из аппаратной и сказал вещь, на которую никто не обратил внимания:

– Пожалуйста оставьте этот смазанный аккорд в звукоряде, не вытирайте его.

То есть, то, что я промазал, ему понравилось больше, чем если бы сыграть так, как нужно.

Я раньше думал, что такого не бывает, потому что, когда я был ещё девятиклассником, я поймал себя за очень странным занятием, от которого получал удовольствие – я закрывал на магнитофоне стирающую головку, и через это дело вслепую накладывал друг на друга две партии гитары. Поначалу, когда ты это включаешь и начинаешь слушать, кажется, что это бред. Но если ты этот бред начинаешь слушать много раз, ты понимаешь, что это нечеловеческая красота, которую нужно разбирать по нотам. В этом неповторимом кошмаре можно наблюдать удовольствие – в ужасе наблюдать красоту. В этом главный принцип современного искусства – то, что не красиво, может быть потрясающим. Всё современное искусство движется не в сторону как творить, как это делали мастера Возрождения – прекрасное, а, чтобы находить прекрасное там, где его вообще не может быть. Для Альфреда Шнитке было наслаждением услышать неправильный аккорд, отрицающий законы гармонии или тона.

Группа Центр. Алексей Локтев, Валерий Виноградов, Карен Саркисов, Василий Шумов

Альфред Шнитке приходил на наши репетиции в контору на метро Семёновская. На этой же базе были ребята из группы Город, скорее всего, именно они нас пустили к себе на базу. И туда Альфред Шнитке приходил летом к нам на репетиции. Он как-то послушал песню Автомобиль Биль, которую Карен пел, а она у нас была в таком роковом варианте, и Альфред Шнитке пожелал услышать её в более разряжённом виде, то есть без рок-гитары, чтобы это было такое, типа джаз. Мы потом ещё недоумевали, что из рок-песни «сделали хрен знает чего!».

Альфред Шнитке и Ирина Шнитке. 80е

Один раз Альфред Шнитке спросил меня, знаю ли я ноты. Я сказал, что да, более-менее, ориентируюсь и, если надо, могу изучить. А потом я понял в чём дело – у него на полном серьёзе была идея сделать произведение для рок-группы и симфонического оркестра. Но, идею эту не осуществил, он ослаб здоровьем, быстро сдал. Мы его видели последний раз – ему было 50 лет, и не прошло и 10 лет, он уже куда-то поплыл в сомнамбулическое состояние. Представляю, какие муки приняла на себя его жена, потому что он долгие годы был ослабевающим человеком. Ирина Фёдоровна – удивительная женщина, очень красивая. Она приняла на себя огромную муку, по сути – принесла себя в жертву – при этом, он сама была замечательной пианисткой. Однажды мы с ней разговорились, и я, как дурак, сообщил ей радостную новость, что мы отдали своего ребёнка учиться музыке, на что она, помолчав, сказала с понурым видом, что, чтобы этим заниматься, нужно иметь очень крепкий тыл и нужные знакомства, иначе ничего не получится. Но мы это потом поняли на своём личном опыте и, тем не менее, всё равно своего добились, и наш сын учился потом в Гнесинке.

Василий Шумов. Физтех.

Фестиваль в Долгопрудном 83 года был эпохальным, потому что там много чего было. Была группа Коктейль, и я только сейчас понимаю, что это был 83 год, а вокалист этой группы просто вышел в женском платье. Такое и сейчас-то, в общем, не часто увидишь, если это не Пахом, конечно, а по тем временам это вообще было безумие. Для меня Америка отличается от нашей страны тем, что самый великий музыкант этой страны, который недавно умер – это не Майкл Джексон, а Prince Rogers Nelson, он же Принс. Для меня Америка отличается от нашей страны тем, что есть клип где он пляшет на сцене в чёрных чулочках на подтяжках. Если бы у нас кто-нибудь снял такой клип или появился на сцене в чёрных чулочках, вы можете представить себе, что бы с ним сделали. А тогда в Долгопрудном этому платью вообще никто не придал значение.

На том же фестивале был Рацкевич, но он тогда обиделся, потому что ему организаторы фестиваля не позволили играть фирму, а он же специализировался, в общем, на каверах западного репертуара. В Долгопрудном же основная тусовка была любители авторской песни. Мне почему-то показалось, что ему даже не позволили выступить, по крайней мере в тот день, когда мы были, он просто сидел за пультом – нас записывал. С Рацкевичем мы познакомились тоже через Васю.

Владимир Рацкевич

Рацкевич тусовался сам по себе, а Вася с ним дружил. Но, правда, Рацкевич со своей группой Рубиновая Атака были раз у меня дома в гостях в Бирюлёво. То были времена, когда настолько некуда было поехать, что людям не в падлу было поехать даже в Бирюлёво. Это было всё очень мило, но я благодарю бога, что я как раз в тот день пришёл с работы с заказом, и было чем угостить людей – на столе было по тем голодным временам роскошное угощение.

Василий Шумов с басухой и бычком, снято на теплоходике Москва на дне рождения Владимира Рацкевича

Первый раз я увидел Рацкевича, будучи сам ещё студентом желторотым, я был на первом курсе, и, наконец-то мы выбрались на сейшн – спецшкола на Белорусской, мы туда пролезли в окно. Рацкевич был на сцене со своей группой – это было трио. То, что я услышал, было просто … я не поверил своим ушам. Я от них в первый раз услышал песню, которую Роллинг Стоунз поют – Under the Boardwalk. Это было настолько впечатляюще, потому что Рацкевич был совершенно великолепен. Я даже с ним поговорил после выступления о том, сколько может стоить такая безумная аппаратура, как у них. Рацкелло пел не что-нибудь, а песню Mother Джона Леннона, да как ещё пел! – необыкновенно профессионально, красиво, изящно.

Он был совершенно другим человеком. Когда ты смотрел на такую группу, советская власть в ту же секунду заканчивалась. В Москве советская власть очень быстро закончилась, и Рацкевич со своей командой – один из главных людей, которые эту власть обнулили ещё в каком-то там 73м году. Их надо было всех расстрелять, если бы коммуняки всерьёз планировали задержаться в этой стране.

Группа Центр, 1982. Василий Шумов, Алексей Локтев, Карен Саркисов, Валерий Виноградов

Один единственный раз я слышал, как их песню передавали по радио, и я её запомнил на всю жизнь, потому что там были совершенно безумные слова – Ты считаешь деньги ночью. Как такое можно забыть! Я Рацкевичу потом это рассказал, он дико вставился, что вот эта трансляция по радио на всю страну нужна была для того только, за одним тем, чтобы один человек это запомнил, и этот человек – я. Больше никто об этом не помнит не знает и знать не желает, потому что всё по фигу, кто там считает деньги ночью. А я ему сказал, что это очень сильный образ – ты считаешь деньги ночью. Это было предвосхищение теневого бизнеса.

В.Шумов на концерте в ДК ЗИЛ. Москва, 1983 год

Его же самого партия и правительство щучили всю жизнь за то, что он вроде как нигде официально на работе не числится, а всё имел, включая даже автомобиль, на котором он ухитрился сбить пьяного прохожего. В нашей компании Рацкевич был символом преуспеяния как раз-таки в совдепии, олицетворение того, чего можно достичь, не уезжая за бугор, олицетворение успешного музыканта. Мы очень часто репетировали на его аппарате, бывали на его базах, да и он сам любил Васю по какой-то необъяснимой, кроме как ему самому, причине. Скорее всего, он находил в нём родственную душу, ибо сам был таким же, как Вася.

Группа Центр. Кадр из клипа. Шумов, Шнитке, Саркисов, Виноградов, Локтев

В какой-то момент я оказался на выезде, то есть был безработный, как дурак ушёл из Академии Фрунзе, где работал лаборантом, думая, что быстро устроюсь, а работу найти не мог. Потом куда-то воткнулся, но на тот момент я был безработный, и единственная подработка, которую я смог найти, была работа в Госконцерте – ездить переводчиком с артистами. И вот был такой круиз на 20 дней по городам нашей страны с болгарами. Пока я там с болгарами куролесил, Центр записывал альбом Стюардесса Летних Линий.

В общем, получилось очень здорово, потому что вместо меня эти партии сыграл Кузьмин Володя. Это были такие блистательные партии, что я берусь утверждать, что это самое лучшее из того, что Кузьмин вообще сыграл в своей жизни. Если бы не довелось его туда воткнуть, никто бы никогда и не узнал, как он хорошо играет на гитаре.

Владимир Кузьмин

То, что Кузьмин играет в своих песнях, это какой-то бред сивой кобылы, я не могу это слушать. Я с ужасом понял, что Кузьмину для того, чтобы состояться, ему тоже необходим был партнёр, ему сольная карьера противопоказана, а он всю свою жизнь фигачил один-одинёшенек за редкими исключениями. Ему, несчастному, нужно было всё время с кем-то сотрудничать, нужна была группа, где бы он был просто гитаристом, как это было тогда с Васькой. Он тогда так здорово сыграл у Васи эти партии, что никто просто не поверил своим ушам. Я и Васе об этом говорил, что никогда в жизни Кузьмин так не играл и не сыграет, настолько это было удачно по времени, и по тусовке это было идеально. Позже, когда мы играли на концерте эти песни, я пытался хотя бы отдалённо сымитировать то, что Кузьмин так виртуозно сделал на записи. Это была лучшая инструментальная партия из всего наследия Владимира Кузьмина. Его конёк – бойка американская стилистика типа Creedence. Кузьмин – это человек, который ежедневно месяцами по девять часов в день снимал фирму. Редкостный для нашей страны профессионал.

Альбом Стюардесса Летних Линий – это уже рок-поэзия, причём достаточно жёсткая. Тут уже ритмика другая, здесь у Шумова, как мне тогда показалось, не стояла на повестке дня проблема сделать нью-вейв. Он просто хотел сделать энергетический рок. Это попытка внедриться в то, что в Америке называется Southern rock – музыка южных штатов. Эта было уже не следование моде, а попытка найти свой собственный язык, и попытка не самая хилая. Хотя, конечно, здесь о-очень ощутима головинская поэзия.

В.Шумов. Концерт в ДК Правда, 1984 год

Головин неоднократно бывал у меня дома. Последний раз, когда мы с ним виделись, в домашней обстановке я спел свою песню – такой экспромт на сонеты Шекспира с намёком на кантри музыку – то есть такой адский замес на русском языке. Песня называлась Любовь И Фантазия, и ему она так понравилось, что он меня просто расцеловал. Очень много, чего было в этом человеке, но мне почему-то кажется с точки зрения меня взрослого, что надо относиться с большим предубеждением к людям, которые, быть может, и талантливы, но для которых водка стоит на первом месте, и которые ради того, чтобы бухнуть, всё остальное спускают на тормозах. Сейчас моё естество не принимает такие вещи, я считаю, что это низость, а там, где низость, там уже не может быть ничего хорошего. Низость для того и существует чтобы утянуть в дерьмо, не может быть, чтобы низость обусловила какой-то стремительный взлёт к чему-то прекрасному, не бывает такого.

Евгений Головин

Богемность – это предрасположенность к творчеству, необычности и вычурности, наличие гламурных признаков каких-то. Это особая форма духовности. Быть богемным человеком – это жить другой жизнью, чем обычное народонаселение, быть элитарным человеком – вот что такое богемность. Ежели богемной называть малину алкоголиков, то это совершенно другой случай. Если ты алкач, это не может быть зачтено как богемность – алкашей у нас полстраны – чем ты отличаешься от них? Тем, что знаешь про Артюра Рембо? Ну, так, таких спившихся рембоведов у нас не мало. Богемность – это богоизбранность. Для того, чтобы быть богемным, надо быть очень оригинальным, отличным от всех. И уж точно не быть алкоголиком.

Ведь дело в том, что алкоголики, пусть даже и талантливые, они превращают в ад не только свою жизнь, но, в первую очередь, жизнь своих близких. Кто сейчас вспомнит страдания жены Головина, на чьих руках он умирал, и тоже ведь – умирал не один год. Где написано, что он должен был довести себя до этого состояния? Нет же такого правила, что именно так надо было жить. А ведь это даже хуже ада. Те, у кого близкие были алкашами это знают – эта жизнь ужасна. Эти сволочи разрушают не только свой мозг, свою судьбу, свой организм, они в первую очередь разрушают судьбу близких им людей, которые о них пекутся.

Головин очень хорошо разбирался в женской красоте. Когда он был последний раз у нас дома, моя жена была с подружкой, и он подружке объяснял, какой должна быть на самом деле головка красивой женщины, имея в виду головку моей супруги – это должна быть маленькая аккуратная птичья головка. Он это понимал, хотя не все это понимали. Позже была история, когда жена была с подругой в районе Лубянки, в баре, и они стали понимать, что им адресуют коктейли какие-то мужики. Жена поинтересовалась у официантки, не пора ли им уносить ноги, кто это им присылает коктейли, после чего выяснилось, что это иностранцы. К ним позже эти иностранцы подошли, оказалось, что это немцы, и немец, глава русского филиала Мерседес, обратил внимание на красивую головку моей супруги. И тоже стал подружке жены, которая до этого о себе была высокого мнения, объяснять, какой должна быть головка красавицы. После этого, конечно, подружка больше не появлялась в жизни моей жены.

Евгений Головин и Юрий Мамлеев

Мой сын тогда был студентом музыкального училища, и Головин попросил его сыграть что-нибудь из Гершвина. Мой сын по образованию джазовый пианист, сыграл ему My Man’s Gone Now. Так было здорово, что Головин просто расплакался от умиления, настолько он вставился.

Живое на то и живое, конечно, чтобы быть несовершенным, но человек должен прилагать усилия, чтобы не слишком скатываться туда, куда его затягивает ежесекундно второй закон термодинамики. Нужно стараться перенаправить себя в более благодатное русло, и, как минимум, хоть немного печься о своём физическом теле.


ДЛЯ SPECIALRADIO.RU

Материал подготовил Евгений Зарубицкий

Лето 2018, Москва

Вы должны войти на сайт чтобы комментировать.