rus eng fr pl lv dk de

Search for:
 

Юрий Петерсон: Первая пластинка «Веселых ребят» разошлась тиражом 14 миллионов

Первый состав "Веселых ребят" Эдуард Винник (Бас. Был очень неплохим басистом, но играл в "Веселых ребятах очень короткое время. Его жена - босса-новная певица (имя неизвестно). Сейчас он то ли в Израиле, то ли в Америке. Он очень давно уехал). (слева направо): Юлик Слободкин - Носков - Петерсон - Толя Чех - Купцов - Турабелидзе. Фото из архива Ю.Петерсона.
Первый состав «Веселых ребят» Эдуард Винник (Бас. Был очень неплохим басистом, но играл в «Веселых ребятах очень короткое время. Его жена — босса-новная певица (имя неизвестно). Сейчас он то ли в Израиле, то ли в Америке. Он очень давно уехал). (слева направо): Юлик Слободкин — Носков — Петерсон — Толя Чех — Купцов — Турабелидзе. Фото из архива Ю.Петерсона.

Юрий Петерсон – певец, связавший времена в один тугой рок-н-ролльный узел. Именно он исполнил многие хиты ансамблей ВЕСЁЛЫЕ РЕБЯТА, САМОЦВЕТЫ и ПЛАМЯ, вошедшие в золотой фонд отечественной популярной музыки. А личная история Юрия Петерсона началась в Риге, где он входил в ближний круг друзей легендарного Сэйнтски, собравшего 1961 году первую отечественную рок-команду, которая называлась REVENGERS.

«Когда я жил в Риге, — вспоминает Юра, — в Москве еще был «каменный век»! Там, в нейтральных водах стоял корабль, который двадцать четыре часа в сутки передавал музыку. И никто ее не глушил: хочешь – слушай, не хочешь – не слушай. Поэтому мы все были в материале и поэтому у нас команды были очень хорошие: ЯНТАРНЫЕ БРАТЬЯ, ЭОЛИКА… Когда они появились, ни «Битлз», ни «Роллинг Стоунз» еще не было!»

С группой ЯНТАРНЫЕ БРАТЬЯ связаны первый бунт и первые аресты рок-музыкантов, случившиеся в 1964 году. Руководителем этой группы был поляк Зденек (фамилии уже не помню). Мы учились с ним в одном классе, он был примерный ученик и очень хороший виолончелист. Однако ж заинтересовался этой музыкой. У них должен был состояться концерт в концертном зале на той площади, где раньше стоял памятник Ленину, а сейчас там не то Гитлеру, не то еще какому-то эсэсовцу памятник поставили. Вот там и должны были выступать ЯНТАРНЫЕ БРАТЬЯ. Тысяч пятнадцать или даже двадцать страждущих собрались на площади, надеясь попасть на этот концерт. По тому времени: чума! И хотя в Риге всегда был ослабленный режим давления на молодежь, тут какой-то идиот из Латышского ЦК комсомола взял и отменил концерт. И начали сумасшедшие наши поклонники там все крушить. Вызвали ментов, пошли в ход дубинки. А на следующий день меня и Зденека вызвали в органы: что у вас там было? «Да ничего особенного, — отвечаем. – Собрались песни попеть…» В итоге этому чудаку из ЦК вломили по первое число, а через неделю в том зале все же состоялся этот концерт. Все спустили на тормозах, но первые дубинки, первые аресты – это я помню. А Макаревич, значит, говорит, что ему первому довелось в ментовке побывать? Интересно!..

Первый состав "Веселых ребят": (слева направо): Винник - Купцов - Турабелидзе - Петерсон - Носков. Фото из архива Ю.Петерсона.
Первый состав «Веселых ребят»: (слева направо): Винник — Купцов — Турабелидзе — Петерсон — Носков. Фото из архива Ю.Петерсона.

— Юра, а как вы познакомились со Слободкиным и стали работать в ВЕСЁЛЫХ РЕБЯТАХ?

— Это – настоящее приключение, — вспоминает Петерсон. — Я жил в Риге и выступал в ресторане «Юрасперле». Вместе со мной там работал Лев Пильщик, вундеркинд с – потрясающей красоты, силы и несносимостью – голосом. Он мог петь двадцать четыре часа, мог переезжать с одной свадьбы на другую, потом, вечером, петь в ресторане, а затем опять ехать на свадьбу. Все уже осипли, а ему – хоть бы хрен! Он давно уже в Америке живет. А тогда Левка был солистом оркестра Эдди Рознера. Но так как у Рознера в то время уже было два концерта в четыре месяца, то Левка мог себе позволить работать в ресторане.

В 1968 году он решил жениться и, наконец, перебраться в Москву. Ведь что такое Рига? Это только работа в ресторанах, в Москве тогда было больше возможностей. Cвадьба состоялась в кафе «Лель», а нас, тех, с кем Лева работал в «Юрасперле», он пригласил на свадьбу: меня, Дымова, который позднее создал ансамбль ВЕРНЫЕ ДРУЗЬЯ, и барабанщика Вову Плоткина, который потом уехал в Америку. Было там много музыкантов и из рознеровского оркестра. И там же Левка познакомил меня с Пашкой: «Юра, познакомься: это – Паша Слободкин». Тогда он был вторым дирижером Московского мюзик-холла и личным пианистом Марка Бернеса. Левка говорит: «Вот парень, который поет, играет на саксофоне и на клавишах». Паша тут же позвал нас к себе в гости, якобы новую аппаратуру посмотреть: «Регент-30» тогда у него дома стоял. Короче, мы с Левкой спели на два голоса итальянскую песню – и всем все сразу стало понятно. Паша и говорит: «Ждите приглашения в Москву!»

Я вернулся домой в Ригу, рассказал о приглашении родителям: «Папа, меня приглашают в Москонцерт работать». Папа решил, что я с ума сошел. В двадцать лет – и сразу в Москву, в Москонцерт! И вдруг действительно раздается междугородный звонок, и администратор Москонцерта Феликс Кац говорит мне: «Приезжайте! Вам уже заказан номер в гостинице…»

Ведь случилось как?! Однажды в Москве выступали ПОЮЩИЕ ГИТАРЫ и дали страшного шороху! В Москонцерте директором тогда был Домогаров, очень талантливый и очень уважаемый мною человек – не человек, а просто солнце. И вот этот Домогаров вызвал Пашку и сказал: «Почему у ленинградцев есть вокально-инструментальный ансамбль, а в Москве, в столице нашей советской Родины, нет?! А ну-ка сделай ансамбль под условным названием «Веселые Ребята»!»

Я участвовал в самой первой репетиции ВЕСЁЛЫХ РЕБЯТ, которая состоялась 15 марта 1968 года в ДК завода «Калибр»! Это был самый первый состав ансамбля, очень неожиданный состав. Костяк группы составили музыканты джаз-оркестра Эдди Рознера, звезда которого уже клонилась к закату: трубач Валерий Ремизов, тромбонист Владимир Богданов, саксофонист и кларнетист Анатолий Чех и певица Нина Бродская. Также Пашка пригласил двух своих старых друзей-приятелей, двух братьев Ковалевских – Михаила (барабаны), с которым он работал у Бернеса, и Григория (бас-гитара). И еще в состав вошли два типично «москонцертовских» гитариста – Володя Носков и Анатолий Купцов, привыкшие более к аккомпаниаторской работе, чем к солированию на биг-битовой сцене.

— А Пильщик? Почему его не взяли?

— Левку тогда Приказчиков утащил в Тулу, потому что тут-то еще было вилами на воде писано, а у Приказчикова уже вовсю шли гастроли! К тому же ему обещали дать «Заслуженного Артиста». Левка поддался на посулы и ушел работать в Тульскую филармонию в ансамбль НОВЫЙ ЭЛЕКТРОН. А потом он сделал свой сольный проект. Но через месяц и мы отправились на гастроли. Первое выступление у нас состоялось в сборном концерте на стадионе в Перми. А потом сольным отделением мы поехали в Омск и прошли там потрясающе! Мы дали 15 концертов на одной площадке! Это был знаменитый зал, с огромной сценой, который строился специально для омского хора. И то, что мы хорошо прошли, очень воодушевило нас.

Это была, по сути, первая программа ВЕСЁЛЫХ РЕБЯТ. Нина Бродская спела тогда пять сольных песен, а я – девять. Какие? – Ты сейчас удивишься! Я пел две английские песни: «Unchain my Heart» Трини Лопеса и «Mr. Lonely» Бобби Винтона. Кстати, Джо Кокер в той песне слова врет, зараза! На полном серьезе! Стакан махнет и… он один куплет два раза поет.

"Старенький автомобиль". Павел Слободкин руки держит, будто рулит. (слева направо сверху вниз): Избойников - Юлий Слободкин - Петерсон - Беспалов - Турабелидзе - Витебский - Бергер - Павел Слободкин
«Старенький автомобиль». Павел Слободкин руки держит, будто рулит. (слева направо сверху вниз): Избойников — Юлий Слободкин — Петерсон — Беспалов — Турабелидзе — Витебский — Бергер — Павел Слободкин

— Чтобы хорошая песня дольше длилась.

— В том-то и дело, что он третий куплет не поет, зато первый два раза повторяет. Короче говоря, «Unchain my Heart» была первой песней, которую мы сделали. Пел я и «Последнюю электричку», и песню Тухманова «А девчонка та проказница», и романс «Выхожу один я на дорогу», и свою «Балладу о Риге» — это такая речитативная и до сих пор очень необычная вещь, она вообще ни к чему не относится, ни к какому стилю музыки… Да много чего я пел! И потом, когда собрался второй состав, Ленька Бергер пел три песни, Саша Градский – одну, Фазылов – одну, а я – восемь-девять. И так было до самого моего ухода от Пашки в 1972 году.

Наши сольные номера перемежались групповыми песнопениями: мы пели «Блоху» и еще какие-то русские народные блатные хороводные. Тогда в моде были так называемые «зримые песни», когда каждая песня представляет собой как бы отдельную новеллу. Конечно, стилистически это был нонсенс, и нам это не нравилось, да и Пашке не нравилось. Но так как нам все время приходилось проходить через прокрустово ложе худсоветов, то мы такие «зримые песни» и устраивали.

А потом Пашка убедился, что на старых москонцертовских дрожжах сделать что-либо серьезное не удастся. Для этой музыки эта москонцертовская аккомпанирующая байда не подходит. И постепенно их стали менять на попсовиков из разных рок-групп: из ОРФЕЯ пришли Бергер и Витебский, из СКОМОРОХОВ – Градский с Полонским. Я пытался пригласить ребят из Риги, из ЭОЛИКИ, но тот геморрой с бесконечными прописочными делами, который я прошел, я никому не желал.

Мы все любили «Битлз», ведь «Битлз» — это музыка нашего поколения. Хочешь-не хочешь, но куда деться без «Girl», без «Michelle»? «Битлз» были и паролем, и связующим звеном, поэтому мы все очень легко сходились. Один пришел оттуда, другой – отсюда, но общее у всех – это «Битлз». Мы охренительно сделали «Старый автомобиль» и «Облади-облада» и записали их на пластинку.

— Аранжировки делал уже Пузырев?

— Нет, тогда аранжировки «битлзовских» песен сделал Витебский. Он был совершенно сумасшедший по поводу «Битлз». И так, как он все-таки закончил «хоровушку», то есть хоровое училище им. А.В.Свешникова, а это – очень хорошая подготовка, то он выписал все партии, даже партию бубна, на котором, кстати, я играл. Причем, это была очень сложная партия! Я потом слушал, как играет оригинал: он снял все «в нулину», так как мы хотели, чтобы все звучало идеально, чтобы не было никаких левых звуков.

Третий состав "Весёлых Ребят" (слева направо): Витебский - Полонский - Петерсон - Хабазин - Бергер - Фазылов
Третий состав «Весёлых Ребят» (слева направо): Витебский — Полонский — Петерсон — Хабазин — Бергер — Фазылов

Однако чиновники на фирме «Мелодия» были категорически против того, чтобы издавать на пластинках песни «Битлз». Несмотря на то, что у нас уже выходили на пластинках и «Girl», и «Can’t buy me Love», чиновники считали, что советские музыканты не должны были петь песни «Битлз». Наверное, они задушили бы этот проект, если бы не редактор фирмы «Мелодия» В.Рыжиков и поэт О.Гаджикасимов – они настояли на том, чтобы песни «Облади-облада» и «Старенький автомобиль» в исполнении ВЕСЁЛЫХ РЕБЯТ увидели свет на советском виниле.

На запись собралось пол-Москвы! Еще бы: впервые песни «Битлз» официально записывались в России! Кутиков, между прочим, нес мне гитару. Я этого даже не помнил, он мне сам потом про это сказал: «Юрий Леонидович, а я вам гитару нес!» — «Какую гитару?» — «А вот на запись. Помните, вы «Битлз» писали?»

А потом мы решили спеть эти песни на публике. И провалились под стук собственных копыт! Битломаны, они – в Москве да в Ленинграде. А простой пипл, им этого не надо. «Алешкина любовь» – вой стоял! «Тебе, я знаю, все равно» — вой стоял. А «Старенький автомобиль»? Подумаешь, ну, «Старый автомобиль» — клево, но не более того… А помнишь, в песне «Алешкина любовь» было такое вступление, где две гитары играли? А знаешь, кто играет? Это Юра Валов и Слава Добрынин! На басу – Валька Витебский. Барабанщик был Генка Турабелидзе. Слободкин играл на клавишах. И я там тоже на клавишах сыграл.

— А поет кто?

— На записи поет Леня Бергер, а все бэки пели мы втроем: я, Бергер и Витебский. Но ты знаешь, что первое время эта пластинка ни хрена не шла? Мы с Бергером специально ходили в «Мелодию» смотреть, как она продается. Первое время она почти не продавалась, но потом, видно, народ прочухал – и как понеслось: один тираж, другой… 14 миллионов!

— Слышал я, что первую версию «Алешкиной любви» пел Носков…

— Это правда. На концертах ее сначала исполнял гитарист Носков. Эта песня была будто специально написана для Носкова, ведь он был невысокий и неказистый русоголовый мальчишечка, сжимавший в руках большущую гитару, а Леня был усатый красавец – и для него, конечно, эта песня была «сценическим неформатом».

— А как Фазылов попал в ВЕСЁЛЫЕ РЕБЯТА?

— По конкурсу.

— ?!

— Пашка иногда устраивал конкурсы вроде «Фабрики звезд». Однажды он дал объявление в «Вечерней Москве»: «Объявляется конкурс в ансамбль ВЕСЁЛЫЕ РЕБЯТА на замещение вакантной должности вокалиста и гитариста…» Народ как ломанулся! Из подворотни! С фанерными гитарами! А мы все сидели в жюри. Кто ж принимать-то будет? На третий день конкурса Паша понял, что это – бессмысленное занятие. Надо точечные удары наносить, как говорят в армии. Тем не менее, после этого конкурса у нас в ансамбле появился Фазылов. Он стал исполнять две песни: «Мне снится этот сон, один и тот же сон» и «Люди встречаются». Он все время скромно стоял на сцене с гитарой. Я ему сказал: «Девку какую-нибудь найди в зале и смотри на нее». В нем какая-то была секс-символическая аура и девки от его голоса просто умирали!.. Сейчас Фазылов министр печати в Узбекистане. Он же окончил полиграфический институт в Москве. Причем, в начале он сам учился, а потом за него жена училась, а он с нами на гастроли ездил…

А вот «И не то, чтобы да, и не то, чтобы нет…» пел уже я, потом – «Тебе, я знаю, все равно», «Наташа и я», «Снег», «Парень простой я и обычный» (которую чуть позже на пластинке «Любовь – огромная страна» переписал Барыкин с новыми словами под старую минусовку – прим. ред.), «Мами-блю», «Бросьте монетку, месье и мадам» – ужас сколько! Я могу сказать, что все эти песни я пел обычно очень долго. Например, «Гой ты, Русь моя родная» я пел с 1969-го по 1983-й. Все эти песни долго держались, потому что если они нравятся народу, то, почему бы их и не петь?

Вообще про жанр вокально-инструментальных ансамблей в Москонцерте говорили так: «Ну, эта мода ненадолго…» Они считали, что Бржевская будет вечна, а «этот бит», как они говорили, «ненадолго… переболеют…» Как они ошибались! И, конечно, большая заслуга Пашки в том, что мы за счет его административной гибкости проходили довольно мало худсоветов. Он умел им заканифолить мозги, они начинают одно говорить, а он им – совершенно про другое. Мы собирали стадионы и дворцы спорта! Но чиновники, они и в Африке чиновники.

— Какой был самый памятный концерт в составе ВЕСЁЛЫХ РЕБЯТ?

— Это концерт на стадионе «Динамо» в 1971 году: там было 80 тысяч народу! Самое потрясающее, что это был первый «фанерный» концерт в России, в Советском Союзе! А из-за чего это произошло? Для того чтобы озвучить такой огромный стадион, не хватило бы никакой аппаратуры, которая была в наличии. И чтобы решить эту проблему, Пашка «пробил» фирму «Мелодия», на которой мы две недели писали фонограммы для этого концерта.

И вот – концерт. Погода дивная, солнышко светит, народу – тьма. Но дело в том, что наш звукорежиссер Назаров не срекордировал эти записи, и в результате перепутал все песни. Идет первая песня: «Разметалось поле». Звучит все отлично! Все счастливы, стадион ревет. А со второй пленки звучит: «Внимание! Дубль первый… Запись…». Сначала настала гробовая тишина, потом – робкие свистки, а потом – истошный вопль: «Ну, хоть одну песенку живьем!» И потом стало свистеть 80 тысяч человек. Представляешь: тишина такая, а потом вдруг раздается свист. Я думаю, что этот свист у Кремля был слышен.

Но все билеты на концерты проданы, работать надо, и хитрый Пашка где-то нарыл аппарат. Короче, нам установили там стену из колонок и усилителей высотой с два пятиэтажных дома. И на следующий день мы, естественно, отработали «живьем». Я даже не знаю, где он нашёл столько аппарата, может, из других городов привезли. Может, испуганное начальство по цековским сусекам пошустрило. А Пашка – молодец: он потом шесть пластинок из этих записей сделал!

…Однажды мы с «Веселыми» приехали в Узбекистан, в Ташкент. Нам повезло: на первый концерт пришли дети Рашидова, и им очень понравилось. И с этого дня все узбекские газеты писали о нас хвалебнейшие статьи!

— Где сейчас музыканты из первого состава ВЕСЁЛЫХ РЕБЯТ?

"Веселые ребята": (слева направо): Беспалов - Бергер - Витебский - Петерсон - Турабелидзе - Фазылов - Избойников - Юлий Слободкин, дядя Павла Слободкина, брат его отца.
«Веселые ребята»: (слева направо): Беспалов — Бергер — Витебский — Петерсон — Турабелидзе — Фазылов — Избойников — Юлий Слободкин, дядя Павла Слободкина, брат его отца.

— Григорий Ковалевский, покинув ВЕСЁЛЫЕ РЕБЯТА, выступал у В.Спивакова в ВИРТУОЗАХ МОСКВЫ. Сейчас он играет с Ю.Башметом. Г.Ковалевский – один из лучших в мире контрабасистов. Его брат Михаил Ковалевский – зав. кафедрой ударных инструментов в институте им.Гнесиных. Он – классический барабанщик, закончил консерваторию по классу классических барабанов, к попсе это не имеет ничего общего. Толя Чех ушел в армию, а когда вернулся – ездил с цыганскими ансамблями. Носкова и Купцова я не видел уже сто пятьдесят лет. А Генка-барабанщик умер. Говорят, выпил некачественной водки, ослеп, а потом умер…

Разговор закончился на грустной ноте. Петерсон вдруг сказал: — Вот Пушкин говорил: «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…» А у меня такой памятник никак не получается…

— А ВЕСЁЛЫЕ РЕБЯТА? А САМОЦВЕТЫ? А ПЛАМЯ? – с негодованием возразил я.

Но Юра лишь досадливо махнул рукой…

Окончание следует

Январь 2005

 

Вы должны войти на сайт чтобы комментировать.