rus eng fr pl lv dk de

Search for:
 

Метка: Алексей Кондаков

«КОНДЕЙ», ОН ЖЕ АЛЕКСЕЙ КОНДАКОВ: «ЖАНР ВИА – ДЛЯ МЕНЯ ОРГАНИЧЕН” ЧАСТЬ 2: «ПЛАМЯ-САМОЦВЕТЫ»

И так получилось, что бывшие музыканты «Поющих Сердец» Виталик Барышников, Витя Харакидзян и Сашка Ольцман собрали ансамбль «Эрмитаж», который исполнял музыку в стиле джаз-рок. Юрий Федорович сам предложил мне: «Может, там будешь солистом?..» И я стал петь в «Эрмитаже». Помню, у них был клевый хит «Атлантида»: «Атлантида – это миф». Вроде сначала пошло-поехало, но потом я почувствовал, что джаз-рок – это не мое. Конечно, музыканты в «Эрмитаже» собрались колоссальные: что Витька – басист, что Виталик – чумовой пианист, что Ольцман – чумовой гитарист. Но того сольного момента, что я хотел, там тоже не было, потому что им в кайф было поиграть какую-то сложную инструментальную музыку, и пенья-то особо не получалось. В основном клавиши колбасились, как и положено в джаз-роке. Но народу песни нужны! Понимаешь?

«КОНДЕЙ», ОН ЖЕ АЛЕКСЕЙ КОНДАКОВ: “ЖАНР ВИА – ДЛЯ МЕНЯ ОРГАНИЧЕН”. ЧАСТЬ 1: «НАДЕЖДА»

Интересно, что Плоткин в «Веселых Ребятах» был только директором, а в «Надежде» он стал уже музыкальным руководителем. В «Веселых» он выполнял только администраторско-директорские функции. Но он же человек творческий, ему хотелось большего полета, а в «Веселых Ребятах» всем руководил Павел Яковлевич и не давал ему выплеснуть из себя то, что он хотел. Директор – и достаточно. Занимайся директорством. Поэтому он и начал раскрываться в «Надежде» как режиссер-постановщик, и у него нормально это получалось. Он прекрасно танцевал. Чувство ритма у него хорошее. А потом, когда он уже руководил «Надеждой», он ГИТИС закончил.

ЮРИЙ ПЕТЕРСОН: НАЗВАНИЕ “ПЛАМЯ” МЫ ПРИДУМАЛИ В МОСКОВСКОЙ ШАШЛЫЧНОЙ

Сначала мы записали миньон с песнями “Верба” и “Горлица” (я там на клавишах, на “Хаммонде” играю), а потом – гигант “У нас, молодых”. Надо сказать, что я перешел из ВЕСЁЛЫХ РЕБЯТ в САМОЦВЕТЫ с полным компотом своих песен. Я сразу стал петь восемь песен. Я пел “Мами-блю”, “Тебе, я знаю, все равно”, пластинка с которой разошлась в 6 миллионах экземпляров, “Жил-был я”, “Бросьте монетку, месье и мадам”… Я пришел туда со своим багажом, да взял еще тот багаж и сюда поставил – и он очень хорошо пошел. Он был в “формате”, как сейчас говорят.

Скопировано!