Search for:
 

Метка: Анатолий Алешин

Анатолий Алешин: «Дороги, которые мы выбираем, лежат там, где удобнее ходить, а не где мы ломаем ноги», часть 3 «Аракс»
Анатолий Алешин: «Дороги, которые мы выбираем, лежат там, где удобнее ходить, а не где мы ломаем ноги», часть 3 «Аракс»

Наша проблема состоит в том, что во всем мире культура передается из поколения в поколение, а у нас каждое новое поколение музыкантов строит свою новую. Во времена филармонические ты попадал в жернова этой машины и поневоле становился профессионалом. Поневоле! А сейчас они ни в какие жернова не попадают, потому что нет никакой концертной работы. И если шоу-бизнес в профессиональном смысле этого слова у нас отсутствует, то – как могут появиться талантливые артисты? Мы-то – динозавры, которые пришли из прошлого, мы прошли через жернова филармонической машины. Это был шоу-бизнес по-советски, но он был. Герои асфальта, потому что мы прошли через советскую филармоническую школу. А кто из современных певцов может сейчас встать и сказать: «Да, мы заменим их!»? Ведь есть прекрасные голоса. А толку-то? Нет спроса, нет концертной работы, а потому все это варится в своем соку.

Анатолий Алешин: «Дороги, которые мы выбираем, лежат там, где удобнее ходить, а не где мы ломаем ноги», часть 2
Анатолий Алешин: «Дороги, которые мы выбираем, лежат там, где удобнее ходить, а не где мы ломаем ноги», часть 2

Ведь, действительно, есть вещи концертные, а есть неконцертные. И проблема здесь не в музыкантах, а в общей немузыкальности русской публики. Я говорю это, как человек, который мотался по гастролям аж с 1973 года. Вот приезжаешь на Украину – там музыкальный народ, они с полтакта начинают врубаться и резонировать. Но в России – без мазы.

Анатолий Алешин: «Дороги, которые мы выбираем, лежат там, где удобнее ходить, а не где мы ломаем ноги», часть 1
Анатолий Алешин: «Дороги, которые мы выбираем, лежат там, где удобнее ходить,  а  не где мы ломаем ноги», часть 1

Но Бергер еще год играл в оркестре Клейнота. Он же не мог предугадать, что его документы зависнут в ОВИРе. Все уезжали быстро, а он еще несколько лет просидел здесь, в СССР. Знал бы, наверное, не ушел бы из «Веселых Ребят». Но тогда в «Веселые» не попал бы Саша Лерман. А не попал бы Саша, то не попал бы Буйнов, которого он привел за собой. А не попал бы Буйнов, то не попал бы и я. Такая вот цепочка выстраивается.

«ВЕТРЫ ПЕРЕМЕН». И о переменах ветра… Часть 2: Да, те самые «Времена Года» (окончание)
«ВЕТРЫ ПЕРЕМЕН». И о переменах ветра… Часть 2: Да, те самые «Времена Года» (окончание)

И еще у нас было несколько «своих» песен моего сочинения – «По этой лестнице», которая, будучи «подпольным» хитом, попала впоследствии в «Афоню», в сцену, где Афоня беседует с девушкой, подружившейся с ним на танцах, у подъезда своей хрущобы (в недавней реставрированной и цифрово-ремастеринговой редакции фильма этой песни почти не слыхать, а ведь это была редкая и по тем временам довольно качественная студийная запись 1974 г., так что очень жаль), «Новгородский пир» — фольк-стилизацию на слова моих ближайших друзей Сережи Старостина и Сережи Шпакова, «Такие вещи» на слова Леонида Мартынова и, конечно, «Зеленый дол» на слова Роберта Бернса в переводе Маршака, тоже ставший к тому времени своего рода хитом.

Веселые Ребята, Голубые Гитары, Пламя — три цвета времени Вячеслава Малежика
Веселые Ребята, Голубые Гитары, Пламя — три цвета времени Вячеслава Малежика

— Однажды я выпустил сольный альбом… Несмотря на ироничные взгляды коллег, в том числе и Березина, я сказал, что поскольку вокально-инструментальные ансамбли – это молодежное явление, то я должен попробовать сделать собственную карьеру. Сначала все отнеслись к этому иронично, меня не выгнали, на дверь не указали, но когда вышли в свет мои первые альбомы и стали распространяться через сеть подпольных «писателей», и когда они получили успех, ситуация начала развиваться иным образом.

«Веселые Ребята»: загадка Владимира Полонского
«Веселые Ребята»: загадка Владимира Полонского

— Честно говоря, то, что записывали «Самоцветы» на пластинках, и то, что исполняли на концертах, это были будто два разных ансамбля, — рассказывает Полонский о работе в «Самоцветах». — И мы не раз сталкивались с тем, что пипл бывал просто в недоумении. Все ждут «Мой адрес — не дом и не улица», «Вся жизнь впереди», «Багульник», а тут выходит Пресняков и 15 минут играет на саксофоне-синтезаторе и обламывает их так, что… И мы столкнулись там с такой проблемой: если у тебя есть вывеска, то под этой вывеской и работай! Если написано «Магазин гвоздей», то и торгуй гвоздями. А написано «Парфюмерия»… А мы там навертели совершенно сумасшедшие джаз-роковые композиции, эффект от которых оказался нулевым. Чтобы послушать джаз-рок, люди ходили на «Арсенал». Пусть они неполный зал собирали, но зато народ пришел на то, чего хотел услышать. И нам все равно пришлось петь «Все, что в жизни есть у меня». Но для того времени это были добротные хиты.