rus eng fr pl lv dk de

Search for:
 

Метка: Вячеслав Ганелин

КАК НАШЕ СОЛО ОТЗОВЕТСЯ? ЭССЕ О НОВОМ ДЖАЗЕ. ЧАСТЬ 1

Те эксперименты, которые ставились в доперестроечных мастерских, и то, что сейчас принято считать московским авангардом, трудно даже сравнить. Музыка переходной поры была совершенно особенной, основывалась на спонтанном синкретизме, а сегодня авангард, все-таки, уже разложен весь по полочкам: вот это шоу, вот это этническое заигрывание с просвещенным обывателем, а это попытка прибиться куда-то к академическим музыкантам, ну а это мультимедийное искусство и соответствующие гонорары за музыку к театральным постановкам и фильмам – все это понятно. А то искусство было настоящим прорывом, потому что оно представляло собой поиск вслепую, оно создавалось «ни для чего, и ни для кого», оно было бескорыстным, – это была программа, создателей которой интересовала сама среда: немножко ошарашивающий, не совсем понятный, но страшно привлекательный мир свободного искусства и ничем не ограниченного творчества.

ДК И КД

В декабре, видимо чтобы ознаменовать присуждение ей Д.А.Приговым звания младшего лейтенанта, Татьяна решила устроить бал, соответствующей встрече нового 1984 (!) года. Она договорилась с руководством школы, где учился ее сын, и пригласила группу «ДК» инкогнито поиграть на танцах. Туда же она пригласила Владимира Сорокина, Андрея Монастырского и других и известных ей московских концептуалистов. Особенно мне запомнилось явление Андрея Монастырского, который избегает всяческих тусовок. Вне пределов его квартиры его можно было увидеть только в лесах и полях близ мифической деревни Киевы горки, на Поле Коллективных Действий. Андрей явился, но замаскировался — был в какой-то кожаной шапке-ушанке с опущенными ушами, которую не снимал и все время спрашивал, когда будут «винтить»?

ПОМИНАЛЬНЫЕ ЗАМЕТКИ ОБ АЛЕКСАНДРЕ КОНДРАШКИНЕ, ПОДЛИННОЙ ЛЕГЕНДЕ ПИТЕРСКОГО РОКА. О ГОРОДЕ ЗАБВЕНИЯ И ЗАГАДКЕ ИНОПЛАНЕТЯН

В 80-х Кондрашкин играл во всех оппозиционных господствующей линии питерского рока «Боб-Цой-Майк» (как это выговаривал москвич Василий Шумов) группах — в «Странных играх», «Мануфактуре», «Джунглях» и др. Все эти группы почему-то долго не просуществовали. После своего кратковременного успеха их или в армию призывали, или их лидеры умирали при туманных обстоятельствах, или зачем-то уезжали за рубеж. Да и те, кто приближался близко к «Аквариуму»…

О ВОСПРИЯТИИ ЗАПАДОМ ПОСТСОВЕТСКОГО ДЖАЗА И РОССИЙСКОЙ ЭЛЕКТРОННОЙ МУЗЫКИ

Процесс интеграции российских музыкантов в мировое музсообщество пока продолжается. Конечно, за границей русских все еще опасаются. Имеет место определенная инерция и нежелание конкурировать на равных. С другой стороны, отечественным музыкантам, занимающимся современной музыкой, наверное, не стоит замыкаться на своей самости и вариться в собственном соку. Гораздо интереснее вступать во взаимодействие на разных уровнях с коллегами из-за рубежа, пытаться находить с ними общий язык, укрепляя тем самым международный авторитет русской музыкальной сцены.

КРАТКИЙ ОЧЕРК ИСТОРИИ НОВОЙ ИМПРОВИЗАЦИОННОЙ МУЗЫКИ В СОВЕТСКОЙ РОССИИ

Некоторые апокрифические рассказы уводят историю новой импровизационной музыки в России в 60-е годы. Еще до начала собственных выступлений на сцене я услышал от Бориса Лабковского, весьма разностороннего ровесника, что якобы существовал в Москве некий музыкант Виктор Лукин, который такую свободно-импровизационную музыку придумал и реализовывал придуманное на практике. Впоследствии барабанщик Михаил Жуков, в 1982 впервые выведший меня на сцену, подтвердил эти апокрифические байки: он самолично играл в ансамбле Виктора Лукина во время своей воинской службы в оркестре Московского Почетного Караула (откуда, по его словам, он знает, кстати, валторниста Аркадия Шилклопера).