rus eng fr pl lv dk de

Search for:
 

Алексей Вишня

Алексей Вишня


Алексей Федорович Вишня родился 18 сентября 1964 в Ленинграде. Музыкант, вокалист, автор песен и звукорежиссёр. Как звукорежиссер известен записями групп "Кино", "Алиса", а также А.Башлачева, А.Панова. Последние годы помимо звукорежиссуры занимается литературной деятельностью. Разносторонний музыкант, певец, автор превосходных песен и блестящий звукорежиссёр, многие работы которого уже стали классикой отечественного рок-н-ролла.   Алексей уже в детстве был неплохо знаком с достижениями мировой рок и поп-музыки, поскольку его родители с конца 50-х до начала 60-х работали в Латинской Америке, откуда привезли обширную коллекцию пластинок, а позже поощряли увлечение сына музыкой, покупая ему аппаратуру. Он дебютировал на рубеже 80-х с школьной группе, которую организовал лёшин одноклассник Михаил Табунов, а позднее собрал собственную группу САНТИМЕНТАЛЬ, с которой в феврале 1982 вступил в Ленинградский Рок-клуб, однако, дальше репетиций на дому дело у них так и не пошло, и музыкальное развитие Алексея на время застопорились.   Между тем, ещё в двенадцать лет Вишня заинтересовался кино, вследствие чего записался на курсы киномехаников и фоторепортёров в Доме Техники и Профориентации (ДЮТ) Красногвардейского района, параллельно посещая кружок Акустики и Звукозаписи, преподавателем которого весной 1980 стал Андрей Тропилло, тут же начавший планомерно превращать кружок в настоящую студию. Он взял Вишню под своё покровительство и помог расширить его музыкальный кругозор: пригласил к Коле Васину, открывшему ему Вселенную THE BEATLES, познакомил с Володей Леви (ТАМБУРИН) и БГ (АКВАРИУМ), которые преподали молодому музыканту несколько уроков игры на гитаре, и позволял самостоятельно работать в студии.   Вишня ассистировал Тропилле с Гребенщиковым на записи альбома "45", где познакомился с группой КИНО. Когда летом 1983 оригинальный состав группы распался, он попытался организовать с Лёшей Рыбиным и первым барабанщиком КИНО Олегом Валинским новую группу, но она осталась только в проектах и в тексте интервью, которое Вишня дал корреспонденту журнала "Рокси", хотя в тот же период он соло вступил в Рок-клуб и залитовал текст своей песни "Песня, которой не будет конца".   Осенью того же 1983 Лёша Вишня, используя два бытовых магнитофона и любые подручные предметы, записал свой студийный дебют, подходяще названный им "Последним Альбомом". Оформленный художником и музыкантом Александром Сениным (позднее КОФЕ и ПЕТЛЯ НЕСТЕРОВА), альбом представлял собой набор изобретательных, остроумных и весёлых пародий на всех без исключения героев тогдашнего питерского андерграунда. В известном смысле, "Последний Альбом" предопределил вектор дальнейшей художественной эволюции Вишни: все его последующие авторские работы отличало демонстративное соединение лапидарно-танцевальных, синтезаторных мелодий с намеренно эпатирующими, провокационными текстами ("ты говно и я говно - будущего нет"), сатиры и стилизаций, откровенного диско и столь же откровенного панка, романтики и декларативно-циничной чувственности.   Альбом имел шумный успех в Питере и Москве, что побудило Вишню с головой окунуться в подпольный шоу-бизнес. В 1984 он устроил концерт АКВАРИУМА в институте им. Бонч-Бруевича, а также начал самостоятельно записывать всех знакомых музыкантов, используя для этого собственную квартиру на Охте, и назвав эту доморощенную студию "Jan Shiva" (или "Яншива Шела").   Хотя его первые попытки - записать лидера АВТОМАТИЧЕСКИХ УДОВЛЕТВОРИТЕЛЕЙ Андрея "Свина" Панова и панк-джазовую певицу Людмилу "Терри" Колот - так и не были доведены до конца (в 1985, с добавлением к записанному трёх песен самого Вишни, они разошлись в магнитоиздате под названием "Tерри, Cherry, Свин"), а распространявшийся под лэйблом Яншива Шела альбом КИНО "46" был, скорее, демо-записью, чем продуктом осознанного студийного эксперимента, осенью 1984 свет увидел первая, по настоящему, интересная работа, спродюсированная непосредственно Вишней. Это был альбом группы КОФЕ "Балет", цикл изящных и интравертных неоромантических номеров, в то время мало кем оцененных по достоинству.   В первой половине 1985 Вишня записал два акустических альбома: "Третью Столицу" Александра Башлачёва и "Инородное тело" АКУСТИЧЕСКОЙ КОМИССИИ, студийного дуэта, в состав которого входили участники АКВАРИУМА Вячеслав Егоров и Всеволод Гаккель. Той же осенью он получил в своё распоряжение целую квартиру, где "Jan Shiva" развернулась на полную катушку. В этот период Вишней были записаны альбомы КИНО "Это не любовь" (1985), КОФЕ "Баланс" (1986), ОБЪЕКТА НАСМЕШЕК "Смеется ОН - кто смеется последним?" (1986), АВИА "Жизнь и творчество композитора Зудова" (1986) и ТЕСТ "Не прощу" (1987). Кроме того, в 1986 он начал работу над ещё одним альбомом КИНО, фрагменты которого позднее появились в сборнике "Неизвестные песни Виктора Цоя", а также записал акустический дуэт Кости Кинчева (АЛИСА) и Юрия Наумова (ПРОХОДНОЙ ДВОР), до сих пор не изданный. Наездами он бывал в Москве и даже дал там пару концертов - причём, один вместе с лидером ЗВУКОВ МУ Петром Мамоновым.   Во второй половине 80-х Вишня регулярно появлялся на сцене в программах ПОП-МЕХАНИКИ Сергея Курёхина (и даже выступил в качестве звукорежиссёра одного из его альбомов ("Введение в Поп-механику" (1987)). В том же году началось его сотрудничество с группой МИФЫ: он не только спродюсировал два их альбома, "Мифология" (1987) и "Бей, колокол!" (1989), но и ездил с группой на гастроли, всегда добиваясь для них великолепного звучания. В связи с этим следует заметить, что во времена Рок-клуба Алексей не без оснований считался одним из лучших концертных звукорежиссёров!   В июле 1987, пользуясь оборудованием, которое ему на время предоставили МИФЫ и АВИА, Вишня записал свой второй полнометражный студийный альбом "Сердце" (в 1995 он был ограниченным тиражом выпущен на компакт-дисках компанией Hobbott ProLine). Помимо того, в начале следующего года Вишня записал "Непреступную забывчивость", совместный альбом с экс-лидером ДК Сергеем Жариковым, адресованный печально известному обществу "Память". Чуть позже он свёл материал будущего альбома КИНО "Группа Крови" (1988), мгновенно распространившийся по стране, а также закончил свою последнюю в 80-х продюсерскую работу, альбом "Кто здесь?" группы ПЕТЛЯ НЕСТЕРОВА, созданной бывшими музыкантами КОФЕ.   В 1988, гастролируя с МИФАМИ по Сибири, Вишня, заменяя отсутствовавшего по каким-то причинам исполнителя, впервые вышел на сцену стадиона, спев только что сочинённую песню "Я - червяк" и сорвав бешеные аплодисменты. Успех подвигнул его продолжить сценическую карьеру, и на протяжение двух следующих лет он регулярно гастролировал по стране со своей получасовой программой, выступал на кинофестивале в Киеве и даже разогревал публику на концертах подростковых кумиров ЛАСКОВОГО МАЯ.   На вырученные от концертов деньги он записал на студии Дворца Молодёжи (где до 1987 сам работал звукорежиссёром) свой третий альбом "Танцы на битом стекле", в 1990 оперативно изданный ленинградской "Мелодией".   С приходом 90-х Вишня открыл для себя мир телевидения (а телевидение, в свою очередь, открыло его как идеального композитора background музыки и всевозможных рекламных джинглей). Он участвовал в программах "Музыкальный телефон" и "Телеэффект", работал для студии ТМ100 и снялся в целой серии запомнившихся зрителям клипов ("Ты не пришла", "Белеющий лист" и "Кто-то ждёт", режиссёр всех - Владимир Шевельков).   В 1992 Вишня (при участии звукорежиссёра Студии ЛДМ Александра Казбекова) записал альбом "Иллюзии", на котором сделал попытку сменить разухабистый имидж трудного подростка из новостроек на нечто более соответствуюцее его возрасту и положению. Звучание альбома было более плотным, ассоциируясь, скорее, с пост-панком начала 80-х. Помимо песен самого Вишни, в "Иллюзии" вошла его довольно любопытная интерпретация хита АКВАРИУМА "-30". Альбом был издан на пластинке (1993), но, по фатальному стечению обстоятельств, значительная часть тиража пластинки погибла.   К тому же периоду относится попытка Вишни вернуться на сцену: в середине 1993 он собрал группу, в которую вошли гитарист ПАТРИАРХАЛЬНОЙ ВЫСТАВКИ Николай Забегалов, бывший клавишник группы ДЕТИ Игорь Рудик и барабанщик ПЕТЛИ НЕСТЕРОВА Александр Сенин, однако, они успели сделать всего пару выступлений, а также снялись для одной из популярных в то время "Частных Вечеринок" на питерском телевидении. В то же время Вишня с переменным успехом сочинял музыку для популярных телевизионных артистов (его песня "За пивом", например, стала известна в исполнении кабаре-дуэта АКАДЕМИЯ).   С 1994 по 1996 Вишня сотрудничал с небезызвестным театром ЛЭМ. Плодами этого альянса стали для него неизданный саундтрек к спектаклю "Кровавый щелкунчик" (1996) и финансовый кризис, усугублённый общим экономическим упадком в стране и в неангажированной московскими телемагнатами части шоу-бизнеса. Та же ситуация повторилась с очередным альбомом Вишни "Сон моряка" (1998) - ни одна из компаний звукозаписи не рискнула издать его, клипы "Нам хана" и "Ветер" шли только на некоторых местных телеканалах, а информационно-музыкальная программа "Артефакт" не была принята ни 6-м каналом Питерского ТВ, ни только что появившимся на экранах MTV.   В довершение всего, 30 июля 1999 Вишня был сбит автомашиной и в тяжёлом состоянии очутился с больнице, откуда вышел только в середине осени. К сожалению, многие его работы (как авторские, так и в качестве продюсера) в то время оказались недоступны слушателям ни на легальных носителях, ни в самиздате.   Изменить эту ситуацию попыталась открывшаяся в Петербурге осенью 2001 компания ПетроДиск, которая подписала с Вишней долгосрочный контракт, а в конце осени издала на компакт-дисках альбомы "Танцы на битом стекле" и "Сон моряка" с оригинальным художественным оформлением и историческими экскурсами самого музыканта в историю создания записей. Кроме того, той же осенью Алёша Вишня начал работу над своим новым альбомом, однако, до 2005 ни одна из его новых работ не была издана, хотя в 2003 в Интернете большим успехом пользовался альбом Вишни "Политтехно".

Статьи автора:

ГРУППА АЛИСА: МАЛЕНЬКИЕ ИСТОРИИ ДВАДЦАТИЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ

В 1985 году на III фестивале, который проходил в Рок-клубе, я впервые увидел Алису и ничего не понял. Правда, девчонки все писали кипятком. Одна мне восторженно говорила:
-Ты знаешь, Кинчев, он такой… представляешь, вышел в обтягивающем трико, ручищами взмахнул — ко мнеееее — а знаешь что? У него там, в трико… когда он пел припев… у него…

Я понял, что у него там, в трико.

СКАЗАНИЕ О ГРУППЕ МИФЫ: ЦЕЛОСТНОЕ ПЕРЕЖИВАНИЕ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ ПРИ ПОМОЩИ ЧУВСТВЕННО-НАГЛЯДНЫХ ОБРАЗОВ, ЯВЛЯЮЩИХСЯ САМОСТОЯТЕЛЬНЫМИ ЯВЛЕНИЯМИ РЕАЛЬНОСТИ

Шёл 1980 год. Мне ровно шестнадцать лет, я только что получил паспорт. Вместо учёбы в десятом классе большую часть времени старался проводить в студии, хоть это и было непросто. Андрей Тропилло официально работал четыре дня в неделю — проводил занятия с несколькими группами учеников. Я уже рассказывал, что до сакрального прихода Андрея в наш Дом юного техника, кружок акустики и звукозаписи занимался озвучанием любительских фильмов, производимых соседним кружком кино-фото-репортёров. Потом всё изменилось.

ПОМИНАЛЬНЫЕ ЗАМЕТКИ О ВИКТОРЕ ЦОЕ, ЧАСТЬ 2: «ГРУППА КРОВИ»

Это было абсолютно волшебно – возиться с портативной многоканалкой! Огромную работу музыканты провели у Гурьянова. Они записывали на одну дорожку драммашину, на вторую бас, на третью электрогитару. Сводили результат на четвёртую дорожку. Затем Цой пел голос два раза, на две дорожки; дабл-трек сводили на третью. Потом Каспарян затирал одиночные голоса двумя гитарами. Это уже была практически готовая запись. Мне было нужно было просто свести это грамотно: развести по панораме и фронтальным планам, наложить поверх голос Цоя или клавишные Андрея Сигле, либо гитару Каспаряна. Суммарно ребята проработали над записью «Группы Крови» больше часов, чем над любым другим из своих альбомов. Потому что впервые в их жизни студия, пусть даже и совсем портативная, надолго оказалась в их собственных руках.

ПОМИНАЛЬНЫЕ ЗАМЕТКИ О ВИКТОРЕ ЦОЕ, ЧАСТЬ 1: «РЫБА, ОЧЕНЬ ПРИЯТНО»

Из студии показался высокий худощавый человек с приветливой улыбкой, представился: «Рыба, очень приятно». Цой выходить не торопился. На минутку выскочил Борис, приветствовал нас. Его лицо выражало восторг и озабоченность одновременно: «Идем, послушаем дубль, ломовая группа, Кино называется!» Борис поставил «Бездельника». Цой смущённо стоял поодаль. Послушав дубль, музыканты решили по-быстрому что-то переписать, и мы мешать им не стали – спешно попрощались со всеми сразу и понесли на помойку студийный мусор. В голове у меня беспрестанно крутилась новая песня на русском языке. Следующий день я как-то продержался, мучая родителей немедленно подобранным «Бездельником».

МОЁ ЯПОНСКОЕ «КИНО», ЧАСТЬ 2: «КАК МНЕ ДАТЬ ТЕБЕ ПОМЯТЬ»

Спустя несколько секунд дверь отворилась, и скромный мальчик внес в номер мой чемодан. Он весь был оклеен какими-то бирочками: Гонконг, Сингапур, Нарита, LED… я попытался представить себе его путь, открыл чемодан. «Спотыкач» откупорился и залил сладкой жижей все предметы, находившиеся там: брюки, рубашки, пиджак, футболки – всё было липкое и пахло дрожжами. Лишь только плёнка «Кино» была завёрнута в два пакета и совсем не пострадала.

МОЁ ЯПОНСКОЕ «КИНО», ЧАСТЬ 1: «СПУСТЯ НЕДЕЛЮ, ПОСЛЕ ГИБЕЛИ ВИКТОРА ЦОЯ…»

Спустя неделю, после гибели Виктора, меня навестили ребята из группы Кино. Они поставили себе задачу собрать, по возможности, все старые записи, чтобы их… уничтожить. Ребята понимали, что на волне трагических событий многие захотят погреть руки на неликвидных материалах, признанных таковыми самим автором. Был у меня такой материал. Правда, те песни, которые подвисли у меня на полке, были вполне юзабельны, по сравнению со многими другими неликвидами, разбросанными по домам «квартирников», неизменно пишущих и тиражирующих всех, кто у них выступал. Наверное, этот факт и привел Каспаряна с Тихомировым ко мне. Они понимали, что на выпуск посмертных материалов, мои записи у пиратов значатся в списке, как номер один.

НОВЫЙ ПОВОРОТ ЖАРИКОВА. ЧАСТЬ 3: «НЕПРЕСТУПНАЯ ЗАБЫВЧИВОСТЬ»

Однажды Башмачок и вовсе меня поразил. Мне очень нравилась одна из подружек моей супруги, и, как-то раз, они встретились у меня дома на импровизированной вечеринке. Слушание магнитофона, пение песен, слово-за-слово, и мои гости внавал оккупировали мой диван. Во время непринуждённой беседы, в хитросплетении рокерских тел, красивая нога нашей подружки оказалась в паху у поющего СашБаша. Возбуждённый, он спел сразу еще одну песню, потом еще одну, а когда девушка вышла по своим делам, ринулся за ней. Дождавшись, пока она выйдет, он позвал её на кухню и начал раздевать. Динка, так звали девушку, неожиданно для него оказала сопротивление: стала кричать и вырываться, за что немедленно получила от СашБаша в лоб, и судя по всему далеко не один раз. Динка пришла в комнату вся в слезах, потрёпанная, с красным лицом. Саша остался курить на кухне.

НОВЫЙ ПОВОРОТ ЖАРИКОВА. ЧАСТЬ 2: ВИКТОР ЦОЙ. АЛЬБОМ «46»

В течение двух дней они приехали. Я приготовил покушать, купил бутылочку. Моим родителям нравился Цой, и они нам совсем не мешали общаться. У меня стояла тропилловская драм-машина «Лель», на которой летом мы записывались со Свиньёй. Её вид испугал Виктора, но я поставил ему запись, которую осуществил сам, наложив несколько гитар на эту драм-машину и спел про знак высоких чувств. К удивлению, Виктору очень понравилась вся песня вкупе: и текст, и мелодия, и звучание гитар, и даже то, как я записал «его» драм-машину. А мне страшно хотелось записать Цоя. Новый альбом «Кино» – я этим просто бредил.

НОВЫЙ ПОВОРОТ ЖАРИКОВА ЧАСТЬ 1: ДЕМАТЕРИАЛИЗАЦИЯ «КА»

Наверное, однажды Витя Цой услышал эту песню… не исключено, что в тот самый день, когда Рыба познакомил его с Каспаряном. Наверняка они выпили тогда немного и сыграли это Виктору на два гитарных голоса. У Лёши были еще собственные песни, одна из которых «Люди как звери» пользовалась большим успехом на концертах «тогдашнего» Кино. Короче, познакомившись с Каспаряном, Витя поспешил избавиться от Рыбы. В тот день Лёша приехал ко мне совсем пьяным, и я оставил его у себя на ночёвку. Получив зарплату, я купил два билета в Москву.

В ЧЕРНОЙ-ЧЕРНОЙ КОМНАТЕ СТОИТ ЧЕРНЫЙ-ЧЕРНЫЙ КАБИНЕТ. ПОМИНАЛЬНЫЕ ЗАПИСКИ О СЕРГЕЕ КУРЁХИНЕ

Бывало и так: открывается занавес — люди, одетые в черное, в черных очках выкатывают на сцену, именуемую «черный кабинет», огромный черный концертный Stainway и уходят. Гаснет свет, рояль широким лучом «берет» пушка, и наступает тишина. Минута проходит, другая, зал начинает недовольно шебуршать. И вдруг… крышка рояля открывается, из него появляется Курехин в джинсовом костюме с вышитым на спине разноцветными камнями словом Capitan. Фиксирует крышку и начинает извлекать волшебные звуки прямо из чрева рояля. Начинает с верхнего регистра, бьет молоточком по металлической раме, изредка задевая струны возле колков — в том месте, где струны вообще не должны звучать.

ЛЕДИ «НОНСЕКС-МАНК-РОК» №1 ИЗ ПЕТЕРБУРГА — ВОСПОМИНАНИЯ О ЛЮДМИЛЕ КОЛОТ (ТЕРРИ)

Профессиональные записи Терри так и не всплывали на нашем рынке, хотя я знаю точно, что они существуют. Людмилу Колот нередко приглашали на запись другие группы, она была способна быстро разрулить даже самую тухлую аранжировку. Впоследствии её талант востребовался на родине джаза в Америке, где Терри попала в состав оркестра Глена Миллера. Там и живет до сих пор, и ничего о ней оттуда не приходит. Своим собственным проектом она так и не прославилась, и если бы не наша «детская» запись, сегодня трудно было бы предъявить какие-то внятные доказательства наличия Терри в истории питерского рока.

СВИН. КАК Я ЗАПИСЫВАЛ ЛЕНИНА РУССКОГО ПАНКА

Позже, меня судьба с ним, практически, не сводила. Я даже не знаю почему. Жили мы неподалёку, он иногда забредал ко мне, мы даже пробовали что-то записать, но ничего путного не получалось. Андрей считал обязательным присутствие живых барабанов, которые я не решался записывать на Гагарина, — там один только невинный топот басиста Игоря Тихомирова пяткой об пол вызывал у соседей страшный ор. Свинья помогал мне записывать собственные песни в период записи «Сердца», он стоял над душой и дирижировал пятернёй, показывая, в каких местах мне нужно ужесточить настрой. Так, например, в песне «Сансара», я все время «слышу» его присутствие.

ЛЕНИНГРАДСКАЯ РОК-МУЗЫКАЛЬНАЯ РЕТОРТА — РЕПОРТАЖ ИЗ АЛХИМИЧЕСКОЙ ЛАБОРАТОРИИ НАРОДНОГО ПИСАТЕЛЯ ЗЕМЛИ РУССКОЙ

Андрей Владимирович Тропилло никогда ничего не выбрасывал. У него в доме был замечательный подвал, который он каким-то чудом сумел подмять под себя, и хранил там всякие деревяшки, фрагменты металлических изделий, старые ламповые приборы, какие-то трубы. Говорят, он хранил в этом подвале станок для нарезания грампластинок на костях. Он мог изготовить всё из ничего. Поэтому всегда и везде Тропилло со всего свинчивал всё, что отвинчивалось.