Search for:
 

Владислав Макаров

Владислав Макаров


Владислав Макаров родился 11 декабря 1950 в Калуге. Русский музыкант и художник, виолончелист, основатель и вдохновитель «смоленской школы новой импровизационной музыки». Живёт и работает в Смоленске. Окончил художественно-графический факультет Смоленского педагогического института. С 1980 года начал публичные выступления в качестве виолончелиста-импровизатора авангардных жанров свободной импровизации, фри-джаза, альтернативного рока. Автор аналитических статей об отечественной и зарубежной музыке.

Статьи автора:

НАШ УКРАИНСКИЙ ВОПРОС

Но пройдет лет двадцать, чтобы удостовериться в истинности тамошних пространных красот. Русско-украинский проект вызрел как-то быстро и просто. И понеслась птица-тройка, точнее трио по украинским просторам прямо таки от Киева ко Львову. Саша Нестеров, киевлянин и гитарист, нашел меня как единомышленника аж в 91 году во время совместного украино-французского проекта «АРФИ- Днепр». С ним у нас произошла душераздирающая история в дни августовского путча в виде водного путешествия на корабле в никуда, так как на родине происходили события исторической неопределенности. Французские музыканты привезли в незалежность почему-то комиссарско-большевистский фильм Эйзенштейна «Броненосец Потемкин», как-то не ко времени и не к месту.

НОВАЯ ТЕУРГИЯ НИКОЛАЯ СУДНИКА или «НИ ЗГИ НЕ ВИДНО»

Главной принимающей сей удар фигурой в Риге был музыкальный критик Антоний Мархель и некий сантехник, или что-то типа того, Коля Судник. Они активно стали продвигать свободную импровизацию в среду прибалтийских рокеров, тяготевших к мрачной струе европейского авант-рока или рок-ин-опозишн, с его авангардной составляющей. Эти люди представляли некое подобие оккультной секты. Рокеры почувствовали нечто эстетически родное в диссонансах свободной импровизации, которую несли пришельцы.

КАРТА НОВОЙ МУЗЫКИ

Идея пришла ко мне достаточно давно, в конце 90-х, когда пик развития был пройден, выраженный активностью «Оркестра московских композиторов», который объединил всех главных участников музыкального движения. Для прояснения вклада и места нашей Новой импровизационной музыки важно было понять структуру развития и осуществления процесса. Несмотря на как бы маргинальный характер движения, оказалось, что мы имели прямое отношение к развитию этого тренда в мировой музыке и внесли достаточно своеобразный вклад, невзирая на традиционное игнорирование нашей роли в современном искусстве со стороны Запада.

МЫ И ОНИ — 2
МЫ  И  ОНИ — 2

БРАТСТВО И МЕСТА ПОД СОЛНЦЕМ – БЕДНЫЕ РОДСТВЕННИКИ ИЗ РОССИИ – РУССКАЯ МУЗЫКА И РУССКАЯ ВОДКА – ЯПОНСКИЙ ПОСТМОДЕРНИСТСКИЙ ПОНОС И «МАЛЬЧИК-С-ПАЛЬЧИК» – ЛОНДОН, ПОЭТ БОЛЬШЕ ЧЕМ – БАРБАН И БРАКСТОН – И КОНЕЦ МИФА.

ДЕРЕК БЕЙЛИ – как зеркало неидеоматической революции
ДЕРЕК БЕЙЛИ – как зеркало неидеоматической революции

А дальше все развивалось само собой. Музыка живет собственной жизнью. Ко мне потянулись люди и появились ученики, потом последователи, затем и отступники. Думаю, лучшим и главным неидиоматиком был Валерий Дудкин, крайне странный и талантливый человек. И хотя на него больше повлиял Генри Кайзер, а затем Эллиот Шарп, все же суть его техники уходила к Бейли, которого он очень чтил. Эта его особенность была по заслуге оценена в мюнстерской гитарной лаборатории, (можно было бы добавить – имени Дерека Бейли) в конце 80-х, где Дудкин выступал.

Атональный синдром-2: Партизан альтернативной сцены
Атональный синдром-2: Партизан альтернативной сцены

Синдром крепчал – топография музподполья – хождение в рок – «Чувак, не надо!» – джазовички-бодрячки – смоленская школа – кредо – «партизан альтернативной сцены»

Музыка на воде
Музыка на воде

РУССКО-УКРАИНО-ФРАНЦУЗСКИЙ ПРОЕКТ И ЧТО ИЗ ЭТОГО ВЫШЛО. НИЧТО НЕ ПРЕДВЕЩАЛО ПУТЧ — И КОРАБЛЬ ПЛЫВЕТ. РУКА МОСКВЫ В ИМПРОВИЗАЦИОННОЙ МУЗЫКЕ. БРОНЕНОСЕЦ ПОТЕМКИН НА ПОТЕМКИНСКОЙ ЛЕСТНИЦЕ.

Rock-in-opposition: Группа «ЗГА». Лишний музыкант — Валерий Дудкин. Поминальные записки по последнему.
Rock-in-opposition: Группа «ЗГА». Лишний музыкант — Валерий Дудкин. Поминальные записки по последнему.

Уже в середине 90-х я стал терять с ним контакт, и наши общие музыкальные дела сошли на нет. В Питере он играл в каких-то командах, иногда с маститыми иностранцами, и у него была неплохая репутация. Что происходило далее, мне трудно определить, но в редких встречах мне казалось, что идет некий распад его личности. Он частенько впадал в странное неадекватное состояние, иногда связанное с алкоголем, с последующими неадекватными поступками. До меня доходили слухи, что его то потеряли, то избили, или раздели где-то ночью. Некоторая шизофреничность всегда присутствовала в нем. Миша Юденич, съевший с ним не один пуд соли, любил повторять, что у Валеры размягчение мозга. Но всякая придурь всегда культивировалась в нашей богемной среде. Откровенно говоря, все мы были — как бы, «не в себе». Валера частенько наведовался в таком состоянии и на Пушкинскую 10, в студию Коли Судника, который успешно уже второй десяток лет нес неподъемный крест проекта ЗГА. Какие там происходили разборки или акты выяснения истины, бог знает. Но мне кажется, Валера подсознательно не мог смириться с утратой себя как художника, как музыканта, а может быть и человека… Наверное, он что-то хотел доказать всем и себе.

АТОНАЛЬНЫЙ СИНДРОМ НОВОГО РУССКОГО ДЖАЗА: БАРБАН-КУРЁХИН-КОНДРАШКИН-ЛЕТОВ-МАРХЕЛЬ И РОК-ИН-ОППОЗИШН СУДНИКА-НИКИТИНА: РИГА-ЛЕНИНГРАД-МОСКВА. ВСЕ – ЧЕРЕЗ СМОЛЕНСК.
АТОНАЛЬНЫЙ СИНДРОМ НОВОГО РУССКОГО ДЖАЗА: БАРБАН-КУРЁХИН-КОНДРАШКИН-ЛЕТОВ-МАРХЕЛЬ И РОК-ИН-ОППОЗИШН СУДНИКА-НИКИТИНА: РИГА-ЛЕНИНГРАД-МОСКВА. ВСЕ – ЧЕРЕЗ СМОЛЕНСК.

Через пару дней мы уже играли на концерте памяти Дж.Колтрейна в каком-то ДК какого-то завода. Это был большой концерт со многими участниками, — включая Курехина, Гребенщикова, некоего мальчика по имени Африка, а также московских авангардистов из летовской компании (с ними мне еще предстояло познакомиться). На концерте присутствовали, — как «критики»: Дмитрий Ухов, Татьяна Диденко, Артем Троицкий, так и композиторы-авангардисты: Светлана Голыбина и Софья Губайдуллина, если я не ошибаюсь. Это было мое первое публичное выступление в Москве и, тем более, перед такой маститой публикой. Мы сыграли с Летовым несколько коротких дуэтов, заявив, таким образом, о принципиально новом проекте, что было очень тогда важно и действительно вылилось потом в продолжительное наше сотрудничество, которое имеет место до сих пор, вот уже двадцать лет…

МЫ И ОНИ
МЫ И ОНИ

КАМЕНЬ ДЛЯ ИНТЕЛЛЕКТУАЛА — TERRIBLE MAN — САМ КАЙЗЕР! — «ДРАНГ НАХ ВЕСТЕН» — КУРЕХИН И ГУСИ — БРОНЕНОСЕЦ ПОТЕМКИН И ДЕБОШ — ЗАГАДКИ РУССКОЙ ДУШИ И МИТЕК ДРОРУШКА — КОВЕРГЕНЦИЯ ДУШ