rus eng fr pl lv dk de

Search for:
 

Метка: Фёдор Чистяков

ОТРЫВКИ ИЗ ОДНОЙ НЕИЗДАННОЙ ЗАПИСИ. ЧАСТЬ 1. Тоня Крылова, Илья Смирнов, Аня Герасимова, КГБ, Сергей Селюнин, Фёдор Чистяков, Псой Короленко, Пётр Мамонов, Борис Гребенщиков

Это был конец семидесятых, а в начале восьмидесятых уже состоялся концерт «Аквариума» в ДК Кусковского химзавода, где были организаторами Илья Смирнов, Илья Барац и Сергей Васильев. Илюха был у нас главный, самый стойкий, и я ему дико благодарен. Его и Тоню Крылову отличала гиперактивность и бесстрашие. Я-то всегда боялся и что-то делал, преодолевая страх, а у них этого липкого чувства не было. Когда меня первый раз гэбшник принял, меня трясло несколько часов. Илюха был вождем, моим начальником. Он всегда был ведущим, а я – ведомым. Мы делали общее дело, и главным в этом деле был он, а не я. И в журнале «УрЛайт» и в организации концертов. Я его нежно люблю, между нами и сейчас баррикад никаких нет. Хотя, на данном этапе мы имеем разные воззрения на жизнь.

Короткие истории об интересных случаях из жизни Андрея Тропилло рассказанные им самим. ЧАСТЬ 8. Цой-рукодельник .:. Ноль от «МММ» — про дядю Федю и Мавроди .:. Янтарные пластинки или последний проект Курёхина

В школе Цоя дразнили чукчей, гопники постоянно на улице приставали. Наверное, поэтому Витя страстно увлекался фильмами с Брюсом Ли. Он всегда хотел быть героем и считал, что одной крови с актером. Мог смотреть их по 10, 20 раз, постоянно показывал сцены оттуда.
От этого Витиного желания песни «Кино» постепенно попсовели. «Мы ждем перемен» он сотворил на потребу публике, после провала с лирической программой на фестивале рок-клуба. Из Цоя вдруг полез «несокрушимый» брюслиечный героизм, и, наверное, с точки зрения стратегии это было правильно. Но «Звезду по имени Солнце» я слушать уже не смог, хотя народ был от нее в восторге. На вопросы «как тебе?», я махал рукой со словами: «Витя переборщил с просмотрами видео с Брюсом Ли».

Короткие истории об интересных случаях из жизни Андрея Тропилло рассказанные им самим. ЧAСТЬ 1. Психфак .:. Дом Юного Техника .:. ПТУ на Петроградской .:. Котенок Цоя

Я уже делал концерты Машины Времени и делал записи на разных площадках по городу, и Кашинский, подрабатывая преподавателем в Доме Юного Техника на Панфилова, 23, рассказал мне про студию, которую построило ЛОМО для озвучивания пионерских фильмов. Там стояли два кинопроектора 16 и 35 мм, магнитофон Комета и усилитель «Солист» с двумя колонками и четырьмя микрофонами 825M. Я пошёл туда, посмотрел, и понял, что могу перетащить свой домашний пульт, собранный из шести кассет НИИРПА, распиленных пополам и установленных в деревянный корпус; микрофонов было полно Нойманов — я их по дешёвке списанными покупал, и МЭЗы, что стояли у меня дома на Исполкомовской.

Петр Мамонов: «Майк и Цой умерли, а я – нет!» Часть 3. «Кристально мутное регги»
Петр Мамонов: «Майк и Цой умерли, а я – нет!» Часть 3. «Кристально мутное регги»

Около года я ждал, что Петя одумается, но единственной уступкой, на которую он пошел, стал последний «трек», в котором он смешал вырезанные куски – и в результате получился некий отзвук, сон от этих концертов, пропущенный через нынешнюю Петину голову. Конечно, моему горю этот трек никак не помогал. Но это было, в первую очередь, его детище, а не мое. Поэтому я не сдался, отдуплившись ответной статьей, которая так и живет в двойнике «П.Мамонов 84-87» рядом со статьей Автора. Зато Петр лично сделал лицевую обложку: раскрасил доску-пятидесятку и прибил к ней гвоздями свою фотографию. Получилась такая «псевдоикона», которая мне очень понравилась, хотя она, больше подошла бы к виниловой пластинке.

Петр Мамонов: «Майк и Цой умерли, а я — нет!» Часть 2. «Отделение Выход» Олега Ковриги.
Петр Мамонов: «Майк и Цой умерли, а я — нет!» Часть 2. «Отделение Выход» Олега Ковриги.

Как-то Саша Липницкий договорился с Брайаном Ино об издании в России «OPALовского» альбома «Звуков Му». Уже хлебнув много всякого разного с российскими музыкантами и прожив достаточно долго в Ленинграде, Ино ни на какие деньги не претендовал, просил только договориться между собой. А вот, как раз, это и было самым сложным. Я был готов удовлетворить и группу и Петра: мне казалось, что надо прорваться сквозь этот тяжелый бред, а определить, кто, сколько получит — это уже дело техники.

Петр Мамонов: «Майк и Цой умерли, а я — нет!» Часть 1. Волосатый бородатый мужик
Петр Мамонов: «Майк и Цой умерли, а я — нет!» Часть 1. Волосатый бородатый мужик

Потом мы с Аней (Умкой) устраивали там Обэриутское шоу, где принимали участие Африка, Тимур Новиков, Гарик «Асса», Агузарова читала их тексты. Защитился я 1989-м по теме «Исследование механизма разрушения и восстановления жесткой фазы в термоэластопластах на примере трехблочных сополимеров стирол-бутадион-стирол». Потом я работал в институте неорганической химии, пока меня не позвал Мамонов работать в свою студию. Сначала удавалось совмещать и то и другое, но постепенно дело перевалило в сторону Мамона.

(Из истории группы «Облачный Край»). Глава 6, Часть 2: Стремя и люди. «Двойной кофе для Кинчева и горсть мелочи для нищего».
(Из истории группы «Облачный Край»). Глава 6, Часть 2: Стремя и люди. «Двойной кофе для Кинчева и горсть мелочи для нищего».

Грустная история, песня о любви комсомольского активиста к девушке лёгкого поведения вообще не представлялась мне так, как она получилась — Олег великолепно вошел в роль и все, кто были в студии — Губерман и Тропилло — были впечатлены исполнением. Какие-то песни мы с ним спели вдвоем, такие как Конгломерат или Супер-Чукча — наши тембра удачно поддерживали друг друга. Апогея наш дуэт достиг в песне «Мать порядка». Там мы выстроили красивый контрапункт, который очень обрадовал Тропилло, он, наверное, вспоминал недавнее наше приключение и думал, что не зря всё же связался с нами, такими обормотами.