Максим Пшеничный — замечательный, уникальный гитарист, много лет играл в питерской группе «Сезон дождей». Любители рока со стажем, безусловно, помнят эту инструментальную команду, неоднократно принимавшую участие в старых ленинградских рок-фестивалях. «Сезон дождей» никогда не исполнял массово-популярную музыку и поэтому находился несколько в стороне от столбовых дорог российского рок-н-ролла.
Поскольку рок в 80-е был очень моден и собирал стадионы, эстрадники быстро понадевали кожаные куртки, сели на модные мотоциклы и взяли в руки электрогитары. Пугачева, помниться, тоже затусовалась с поп-«рокерами» – Виктором Зинчуком и Владимиром Кузьминым, а позднее – с Гариком Сукачёвым, «Серьгой»-Галаниным, Скляром. и другими мегазвездами русского рока. И вот, что удивительно: рокеры эти уже престарелые дядьки, а Алла – всё такая же молодая…
Некоторые апокрифические рассказы уводят историю новой импровизационной музыки в России в 60-е годы. Еще до начала собственных выступлений на сцене я услышал от Бориса Лабковского, весьма разностороннего ровесника, что якобы существовал в Москве некий музыкант Виктор Лукин, который такую свободно-импровизационную музыку придумал и реализовывал придуманное на практике. Впоследствии барабанщик Михаил Жуков, в 1982 впервые выведший меня на сцену, подтвердил эти апокрифические байки: он самолично играл в ансамбле Виктора Лукина во время своей воинской службы в оркестре Московского Почетного Караула (откуда, по его словам, он знает, кстати, валторниста Аркадия Шилклопера).
С другой стороны, в России уже давно накоплен богатый опыт по проведению всевозможных международных фестивалей, конференций, семинаров и прочих форумов. Хотелось бы эффективно применить этот опыт в сфере все той же электроники. Общение и сотрудничество с коллегами из-за рубежа, контакт между ветеранами и молодежью, продуктивный обмен идеями, смотр технических новинок и достижений – все это могло бы способствовать творческому росту наших музыкантов и превращению российской электроники – в частности, и экспериментальной музыки – в целом, – в самостоятельный, интересный и, главное, влиятельный компонент мирового аудиопространства.
Тогда, на репетиции в таганском буфете, под грохот салюта Дня победы, под леденящие сердце причитания немолодых женщин, меня постигло вдруг ощущение кристальной ясности того, что Заратустра Фридриха Ницше называл Вечным Возвращением. Я вспомнил вдруг и умиравшего от саркомы сердца Курехина, и уже умершего Кейджа, и Шнитке, и все безмолвные удачные и неудачные трагические попытки высказаться, продлить свое существование, преодолеть свою временность, конечность, смертность. Возвращение в неумолимое вращение времен года, превращение молодости в старость, в перспективу, откуда единичность становится не видна, не различима и не столь уж важна…
Техника коллажа подразумевает и другие принципы композиции – прежде всего комбинаторику. Отсюда всевозможные оппозиции и обращения, инверсии (перверсии). Ну например, академическая живопись при мастерстве художника на уровне кружка при доме пионеров или декларации о культе атлетического мужского тела в духе художников Третьего Рейха и их последующее воплощение в виде открыток Оскара Уайльда на тряпичных одеялах.
История CАНКТ-ПЕТЕРБУРГА в самом деле продолжается. Бесспорно, сегодня эта старая и заслуженная питерская команда не входит в число безусловных лидеров, но, тем не менее, группа реально существует. Дает иногда концерты, и даже принимала и в этом, да и в прошлом году в фестивале «Окна, Открой». Состав ее, разумеется, изменился, вообще за прошедшие годы вместе с Рекшаном переиграло немало музыкантов.
Наивысшего пика популярности «Черный Обелиск» достиг весной 1988 года, когда группа была в состоянии собрать любые залы в любом городе. Но вдруг в августе 1988 года Крупнов объявил о том, что уходит в «Шах». Среди поклонников «Черного Обелиска» началась настоящая истерика. В шоке оказались и музыканты группы. Но для Крупнова этот шаг был очень важен: в связи с восхождением на вершины русского рока у Толика появились новые страхи, и ради того, чтобы их преодолеть, он стремился изменить свой социальный статус: от простого студента-автодорожника до музыканта настоящей рок-группы, от лидера популярного в СССР ансамбля до музыканта «фирменной» команды.
Как правило, рок-музыканты на жизнь зарабатывали в русскоязычных ВИА, а для души оттягивались на англоязычных полуподпольных концертах – “сейшенах”. Поэтому именно самодеятельные ВИА тех времен можно смело назвать первыми русскими рок-группами, как в кривом зеркале, конечно же, отражающими общее настроение тотальной битломании. Но это в такой же степени русский рок, в какой – снятая с “Freischutz” Вебера – опера Мусоргского “Борис Годунов” – русская опера. Кстати говоря, темы “про любовь” тогда не были эстрадными стандартами, как сейчас.
АГ: Ты можешь себя представить в качестве владельца самолета?
Курехин: Конечно. Вполне. Скорее даже не самолета, а целой эскадрильи, раскидывающей пластинки.
АГ: Но до того, как ты станешь летчиком, ты собираешься стать продюсером?
Курехин: Да. Но это закономерно. Сначала я начинаю выпускать пластинки, а потом автоматически перехожу к летчику. Летчик от музыканта практически ничем не отличается, просто все зависит от количества градаций.
Нельзя сказать, что Майка недооценили, что умер он в безвестности — это совсем не так. Более того, отечественный рок невозможно представить без «Зоопарка», потому что песни Майка выдержали испытание временем. Просто мы привыкаем к классике и не очень обращаем на нее внимание, зная, что она здесь, рядом, «под рукой», и никуда не денется. Да и жил Майк такой сумбурной, чересчур, пожалуй, рок-н-ролльной жизнью, казалось, будто бы и не задумывался он особенно о завтрашнем дне. Жил без претензий, внутри, никому не навязываясь и не афишируя собственную персону, хотя имел для этого основания не в меньшей степени, чем другие наши фронтмены.
Конечно, ни Корзинин, ни Ковалев, ни Рекшан вовсе не помышляли о грядущей истории ленинградского рока, они просто занимались любимым делом — сочиняли песни и играли их потом на сейшенах. Помимо целого ряда несомненных хитов, таких как “Позволь”, “Осень”, “Хвала воде”, “Я видел”, “Лень”, “Моя мечта” и других, в репертуаре группы имелось несколько композиций полуджемового характера.
