Search for:
 

Метка: Алексей Борисов

Воспоминания. ЧАСТЬ 3. Стас Намин

Стас тогда активно поддерживал «Бригаду С», при этом у него была давно состоявшаяся группа «Цветы», популярная в 60-70е годы, и тогда же он начал формировать «Парк Горького» из музыкантов «Цветов» и «Группы Стаса Намина». В результате часть музыкантов осталась в «Цветах» (тот же Александр Лосев), кто то влился в «ПГ», а другие сформировали «Лигу Блюза» (Воронов, Солич). Николай Носков и гитарист Алексей Белов, будущие участники «Парка» вроде бы до этого не играли в «Цветах» или в «ГСН». Белов, к стати, тоже ездил тогда в Таллин. Барабанщик «Парка Горького», Александр Львов, работал у Стаса звукоинженером, мы даже не подозревали, что он еще и на барабанах играет.

Воспоминания. ЧАСТЬ 2. Прослушивание в рок-лабораторию

Все названия были курьезными и смешными, при этом мы записывали импровизированные песни, имитируя разные стили. У нас был заготовлен целый список названий: «Свиньи из Ташкента», «Смрадные Штангисты», те же «Обсосанные гантели», «Неозазнобы» (женский состав), «Продмагдистрой», трио «Ресфедер», «Знатные Пупсы», «Окрест имени трехсотлетия приема вещей в химчистку», «Свежий пирог 905 года», «ТВД Гогенлоэ», «Мракобесы Сибири». Названое многих композиций или проектов мы в последствии брали на вооружение для наших экспериментальных проектов или записей. В итоге нас поставили на прослушивание на следующий день, в который случился настоящий аншлаг. Было много народа, ДК набился под завязку.

Воспоминания. ЧАСТЬ 1. Парень с колонками

И эти люди потом вдруг стали говорить, что «Проспект» — московская «золотая молодежь», «голубая кровь», играют музыку странную и непонятную, хотя мы играли те же рок-н-роллы, твисты, ска, реггей. Михаил Чекалин сыграл красивое соло на рояле со специальной примочкой и все было вполне цивильно. Но в итоге все закончилось благополучно, у нас даже остались деньги, которые мы потратили на такси и выпивку. Этот знаковый концерт был записан на кассету, но наш басист Сергей Кудрявцев взял и стер его зачем-то, ему что-то не понравилось, и мы сильно удивились тогда. Он был порой человеком порывистым, эксцентричным и не всегда отдавал отчет своим действиям, хотя в целом адекватный парень и играл вполне прилично. Поначалу мы все играли средне, но много репетировали и в какой-то момент вышли на неплохой уровень. Нам часто приходилось играть длинные программы.

ОБ ИВАНЕ СОКОЛОВСКОМ – ПЕРВОМ РУССКОМ ИННОВАТОРЕ ЭЛЕКТРОННОЙ МУЗЫКИ

Любой подход Ивана к инструментам был абсолютно инновативным. Он был первым, кто ввел в московскую сцену бас-лайн «TB 303», в дальнейшем – основу техно музыки во всем мире. Иван — первый человек на Земле, который стал извлекать из «TB 303» совсем не те звуки, для которых она была предназначена. Так что те черные ребята из Дейтройта в то время были мальчиками, когда Иван уже программировал эту машину и это абсолютно исторический момент, который нужно подчеркнуть. Судя по всему, Иван – первый человек, который увидел это инструмент с его изнанки, увидел его силу в том, чтобы не играть структуры в виде некоего сонга, а репетитативные паттерны, которые повторяются все время и изменяются с помощью резонансных срезов и частоты «cut of» этого инструмента. То есть он открыл глаза современной музыки на «TB 303».

МАСТЕР ГИПЕРРЕАЛЬНОСТИ

Там же собралось некоторое количество музыкальной аппаратуры и тут позвонил Вовка Рацкевич и сказал, что есть такая группа «Центр» с Васей Шумовым во главе и они хотят записать альбом. У меня был магнитофон, синтезаторы и ритм-машинки и ребята хотели попробовать записать электронный альбом без живого барабанщика. Я был всегда на стороне электроники и к тому времени у меня во владении были «PolyMoog», «Hohner Clavinet» и собрана небольшая студия. В запасе был также набор песен, они сами по себе рождались, это были даже скорее не песни, а короткие зарисовки, речевки и частушки. Тогда было принято распространять записи через пиратов, которые торговали магнитными катушками и в нашем случае они могли даже денег дать за наши альбомы. Я подумал, что если это не работа в ящик, будет выход, надо делать!

Contemporary Guitar Fest

Очередной новаторский эксперимент Владимира Рацкевича — Contemporary Guitar Fest. В руках участников фестиваля Gитара превращается в нечто совершенно новое и необычное. Создаваемая музыка являет собой набор странных электронных звуков, которые трудно понять при первом прослушивании, а как во все это вплетаются Gитары, является загадкой глобального эксперимента. Все артисты показывают удивительное стремление играть на Gитаре с […]

НАСТОЯЩЕЕ ИСКУССТВО СОСТОИТ ИЗ ТАЙНЫ, ПРОВОКАЦИИ, ИНТРИГИ И ЧУДА. Часть 2

После появления «черного списка» запрещенных групп, я переименовал «Рубиновую Атаку» в «Цитадель», потом прошел еще один запрет и я переделал название на «Теннис», потом сделал компанию под названием «Вектор». Приходилось заниматься подобным слаломом, чтобы не влететь, потому что регулярно возникали вопросы: «Получаете ли вы деньги?», частным предпринимательством заниматься было нельзя. Это было криминально.

МОЙ ДРУГ ИВАН СОКОЛОВСКИЙ. ПОМИНАЛЬНЫЕ ЗАПИСКИ О ПИОНЕРЕ РУССКОГО ЭСИД-ДЖАЗА

На первом вечере памяти Ивана я сыграл «Китайскую» композицию и подумал, что хорошо бы было, чтобы музыка Ивана продолжала жить. На самом деле, он был очень скромным человеком, себя не выпячивал и часто играл в маске. В проекте Yat Kha он надевал обрядовые шаманские маски, а когда мы с ним играли, он опускал на лицо капюшон и надевал черные очки, становился совершенно неузнаваемым человеком-анонимом. Настоящий музыкальный философ.

PHILOSOPHUS SUBRIDENS § ФИЛОСОФ УЛЫБАЮЩИЙСЯ: Про Ивана Соколовского, Альберта Кувезина, техно-революцию горлового пения, Yat-Kha и всех-всех-всех

В основном идеи придумывал Иван. Он владел информацией и навыками работы с компьютером, с сэмплерами, синтезаторами, генераторами, модуляторами, эмуляторами. Я мог подобрать репертуар песен, сделать наложение на различных народных инструментах: ят-ха, варганы, за тексты тоже отвечал я. Бывало так, что Иван давал мне послушать что-то готовое, и я импровизировал в студии. У Андрея Синяева в студии нам выделялось свободное время. Основное время там было занято записью поп-музыки, а нас пускали записываться без денег, на перспективу. Один раз, правда, я рассчитался за студийное время микрофоном «Байердинамик», тогда это было редкостью. У нас были двух-трехчасовые сессии, остальное время мы бродили по Москве, встречались с друзьями Ивана, с Алексеем Борисовым («Ночной проспект»), с разными художниками.

Пласт Ивана Соколовского: поминальные записки Пахома о настоящем русском постмодернисте

У него была потребность с разными людьми дружить и общаться, но у нас с Ваней всегда было о чем поговорить. Мы говорили о музыке, где есть и доминанты и время и человек (все составляющие философии), как о философии в какой-то мере. Наши разговоры о музыке – это разговоры о жизни в гармоничном ключе.

ДК и КД.
ДК и КД.

В декабре, видимо чтобы ознаменовать присуждение ей Д.А.Приговым звания младшего лейтенанта, Татьяна решила устроить бал, соответствующей встрече нового 1984 (!) года. Она договорилась с руководством школы, где учился ее сын, и пригласила группу «ДК» инкогнито поиграть на танцах. Туда же она пригласила Владимира Сорокина, Андрея Монастырского и других и известных ей московских концептуалистов. Особенно мне запомнилось явление Андрея Монастырского, который избегает всяческих тусовок. Вне пределов его квартиры его можно было увидеть только в лесах и полях близ мифической деревни Киевы горки, на Поле Коллективных Действий. Андрей явился, но замаскировался — был в какой-то кожаной шапке-ушанке с опущенными ушами, которую не снимал и все время спрашивал, когда будут «винтить»?

По «Ночному проспекту» первой российской электроники. Люди и инструменты. От «БЭСМ – 6» до….. 2004 г.
По «Ночному проспекту» первой российской электроники. Люди и инструменты. От «БЭСМ – 6» до….. 2004 г.

Некая гипотетическая задача российской электроники в итоге сводится к тому, что бы органично и эффективно соединить свой интеллектуальный потенциал с культом технологии. С другой стороны, для местных музыкантов, имеет смысл, эффективно преодолеть некоторую технологическую зависимость, или даже ущербность, в пользу творческой свободы, умственной раскрепощенности и независимости от различных клише и пресловутых международных стандартов. Именно тогда, на мой взгляд, возможен интересный результат, который сможет абсорбировать в себе все многообразие и глубину российского «культурного хаоса» и, в то же время, оказать существенное влияние на общемировые творческие процессы.

Иван Соколовский: «Чистая электроника себя изжила» (из цикла «Люди и инструменты»)
Иван Соколовский: «Чистая электроника себя изжила» (из цикла «Люди и инструменты»)

Мы играем по клубам, сделали первый диск «Virtual Flowers» — ни на что не похожий, достаточно оригинальный продукт. Возможно, для оживления общей картины неплохо приобщить Джавада Заде с набором перкуссий — он хотел такую музыку поиграть … Чистая электроника, я думаю, в чистом виде себя изжила, прошла какой-то порог, но она преодолеет кризис и появится новая гиперэлектроника — «живей живого» — это ее единственный путь. Вредит процессу ещё то, что у нее (электроники) много пользователей, юзеров, которые считают себя музыкантами, а на деле это простые компиляторы продуктов-полуфабрикатов — они заполонили по существу весь рынок…

Юрий Орлов: «Аранжировки для ТАТУ — на моей совести» (из цикла «Люди и инструменты»)
Юрий Орлов: «Аранжировки для ТАТУ — на моей совести» (из цикла «Люди и инструменты»)

Виктор Лукъянов (автор-композитор поп-певицы Светланы Владимирской) познакомил меня с Иваном Шаповаловым — начали общаться еще до того, как ТаТу стали популярны. Сложность была в том, чтобы сделать вторую вещь для проекта (после «Я сошла с ума»). Я ставил голоса, занимался звуком, аранжировкой песни «Нас не догонят» — заработал немножко денег. После оглушительного успеха ТаТу за мной начали гоняться с предложениями сотрудничества.

О восприятии Западом постсоветского джаза и российской электронной музыки
О восприятии Западом постсоветского джаза и российской электронной музыки

Процесс интеграции российских музыкантов в мировое музсообщество пока продолжается. Конечно, за границей русских все еще опасаются. Имеет место определенная инерция и нежелание конкурировать на равных. С другой стороны, отечественным музыкантам, занимающимся современной музыкой, наверное, не стоит замыкаться на своей самости и вариться в собственном соку. Гораздо интереснее вступать во взаимодействие на разных уровнях с коллегами из-за рубежа, пытаться находить с ними общий язык, укрепляя тем самым международный авторитет русской музыкальной сцены.

Музыкальные фестивали. От джаза – до экспериментальной электроники. В основном о последней.
Музыкальные фестивали. От джаза – до экспериментальной электроники. В основном о последней.

С другой стороны, в России уже давно накоплен богатый опыт по проведению всевозможных международных фестивалей, конференций, семинаров и прочих форумов. Хотелось бы эффективно применить этот опыт в сфере все той же электроники. Общение и сотрудничество с коллегами из-за рубежа, контакт между ветеранами и молодежью, продуктивный обмен идеями, смотр технических новинок и достижений – все это могло бы способствовать творческому росту наших музыкантов и превращению российской электроники — в частности, и экспериментальной музыки — в целом, — в самостоятельный, интересный и, главное, влиятельный компонент мирового аудиопространства.