rus eng fr pl lv dk de

Search for:
 

Метка: Сергей Летов

ВОВА МИЛЛЕР И ДРУГИЕ НА ПОЛИГОНЕ РОССИЙСКОГО НОВОГО ДЖАЗА или ЦЕНТРОБЕЖНО-ЦЕНТРОСТРЕМИТЕЛЬНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ ОРКЕСТРА КОМПОЗИТОРОВ

Принц в белом за белым роялем — Придите и возглавьте! Придите и прославьте! — Оркестр Композиторов как зеркало российского импрова — Новая русско-тевтонская весёлость — Мы вышли на Пикадилли — Севаоборот удружил – Uncool ещё Uncool в Альпах — Конец прекрасной эпохи…

ОТРЫВКИ ИЗ ОДНОЙ НЕИЗДАННОЙ ЗАПИСИ. ЧАСТЬ 2. Виктор Цой, Жанна Агузарова, Александр Башлачёв, Алексей Хвостенко, Егор Летов, Янка Дягилева, Андрей Панов

Первый раз я их увидел, когда Берт (Олег Тарасов) устроил концерт в МАМИ, рядом с нашим теперешним складом («Отделения ВЫХОД»). Там была аудитория, куда пришло человек тридцать народа. Ребята честно выступали. Егор яростно рубился, а Янка смотрела в зал, и мы с ней несколько раз глазами встречались. Потом мы им устроили квартирник на Красногвардейской, где были и Егор, и Янка. Запись Егора у меня потом кто-то украл, а запись Янки осталась, и мы через несколько лет её издали под названием «Красногвардейская». После концерта мы выпивали -закусывали, и всё было прекрасно. Потом вдруг «бац!», разведенный только что спирт, который охлаждался в бутылке под холодной водой, загадочно исчез – кто-то эту бутылку умыкнул.

МОЙ ДРУГ ИВАН СОКОЛОВСКИЙ. ПОМИНАЛЬНЫЕ ЗАПИСКИ О ПИОНЕРЕ РУССКОГО ЭСИД-ДЖАЗА

На первом вечере памяти Ивана я сыграл «Китайскую» композицию и подумал, что хорошо бы было, чтобы музыка Ивана продолжала жить. На самом деле, он был очень скромным человеком, себя не выпячивал и часто играл в маске. В проекте Yat Kha он надевал обрядовые шаманские маски, а когда мы с ним играли, он опускал на лицо капюшон и надевал черные очки, становился совершенно неузнаваемым человеком-анонимом. Настоящий музыкальный философ.

PHILOSOPHUS SUBRIDENS § ФИЛОСОФ УЛЫБАЮЩИЙСЯ: Про Ивана Соколовского, Альберта Кувезина, техно-революцию горлового пения, Yat-Kha и всех-всех-всех

В основном идеи придумывал Иван. Он владел информацией и навыками работы с компьютером, с сэмплерами, синтезаторами, генераторами, модуляторами, эмуляторами. Я мог подобрать репертуар песен, сделать наложение на различных народных инструментах: ят-ха, варганы, за тексты тоже отвечал я. Бывало так, что Иван давал мне послушать что-то готовое, и я импровизировал в студии. У Андрея Синяева в студии нам выделялось свободное время. Основное время там было занято записью поп-музыки, а нас пускали записываться без денег, на перспективу. Один раз, правда, я рассчитался за студийное время микрофоном «Байердинамик», тогда это было редкостью. У нас были двух-трехчасовые сессии, остальное время мы бродили по Москве, встречались с друзьями Ивана, с Алексеем Борисовым («Ночной проспект»), с разными художниками.

ПЛАСТ ИВАНА СОКОЛОВСКОГО: поминальные записки о настоящем русском постмодернисте

У него была потребность с разными людьми дружить и общаться, но у нас с Ваней всегда было о чем поговорить. Мы говорили о музыке, где есть и доминанты и время и человек (все составляющие философии), как о философии в какой-то мере. Наши разговоры о музыке – это разговоры о жизни в гармоничном ключе.

ПОПУЛЯРНАЯ МЕХАНИКА ЕГОРА ЛЕТОВА

С Игорем (Егором) меня познакомил его старший брат Сергей где-то в начале 80-х. Летов-младший жил тогда в Омске, интересовался музыкальной альтернативой, в частности «группой ДК», и, зная, что мы дружим, через старшего брата как-то попросил сделать ему качественные копии с мастер-ленты. Оба они слыли большими знатоками продвинутой музыки, ну а мы все, если кто помнит, после смерти рока к концу 70-х – смерти окончательной и бесповоротной – увлекались радикальным пост-роком, который носил тогда название «Rock In Opposition». А чуть позже у меня уже были записи его «Гражданской обороны».

САЙНХО

Писать о Саинхо хочется/следует (получается?) скорее в понятиях «Веселой науки» Евгения Головина или иных миров Юрия Мамлеева, а не в терминах музыковедения, не констатируя в очередной раз, как западные обозреватели, уникальность ее голоса. Почему? — Да потому, что она не вписывается в традиционные деления/размежевания/классификации музыкальных жанров и стилей, представляет собой большое явление – принципиально во многом ИНОЕ по отношению к устоявшимся схемам и рамкам. Потому что для нее важны – прежде всего – не прием, не форма. А что? То, что вызывает наибольшее недоумение: странное схождение несопоставимого.

КАК НАШЕ СОЛО ОТЗОВЕТСЯ? ЭССЕ О НОВОМ ДЖАЗЕ. ЧАСТЬ 1

Те эксперименты, которые ставились в доперестроечных мастерских, и то, что сейчас принято считать московским авангардом, трудно даже сравнить. Музыка переходной поры была совершенно особенной, основывалась на спонтанном синкретизме, а сегодня авангард, все-таки, уже разложен весь по полочкам: вот это шоу, вот это этническое заигрывание с просвещенным обывателем, а это попытка прибиться куда-то к академическим музыкантам, ну а это мультимедийное искусство и соответствующие гонорары за музыку к театральным постановкам и фильмам – все это понятно. А то искусство было настоящим прорывом, потому что оно представляло собой поиск вслепую, оно создавалось «ни для чего, и ни для кого», оно было бескорыстным, – это была программа, создателей которой интересовала сама среда: немножко ошарашивающий, не совсем понятный, но страшно привлекательный мир свободного искусства и ничем не ограниченного творчества.

ДК И КД

В декабре, видимо чтобы ознаменовать присуждение ей Д.А.Приговым звания младшего лейтенанта, Татьяна решила устроить бал, соответствующей встрече нового 1984 (!) года. Она договорилась с руководством школы, где учился ее сын, и пригласила группу «ДК» инкогнито поиграть на танцах. Туда же она пригласила Владимира Сорокина, Андрея Монастырского и других и известных ей московских концептуалистов. Особенно мне запомнилось явление Андрея Монастырского, который избегает всяческих тусовок. Вне пределов его квартиры его можно было увидеть только в лесах и полях близ мифической деревни Киевы горки, на Поле Коллективных Действий. Андрей явился, но замаскировался — был в какой-то кожаной шапке-ушанке с опущенными ушами, которую не снимал и все время спрашивал, когда будут «винтить»?

КТО ЕЩЕ НЕ ЗНАЕТ О СЕРГЕЕ СУЛИМЕНКО?

Вернувшийся из армии Сулименко предпринял несколько попыток возродить ДОКТОР, но все они оказались неудачными. Два друга вновь соединились в одном составе лишь в начале 90-х годов. Они назвали свою новую группу странным именем — БУЛЬОН. Но музыка, которую они исполняли, была вновь необычной, экспериментальной и экстравагантной — дух 80-х все еще витал в ней. Несмотря на огромный творческий потенциал, который был заложен в этой музыке, биография БУЛЬОНА оказалась очень короткой. Проект не получил продолжения, да и народу — к началу 90-х — было уже не до музыки — выжить бы!

ВЕЛИЧАЙШИЕ МУЗЫКАНТЫ МИРА. ВЛАДИСЛАВ МАКАРОВ. ЧАСТЬ 1

В 1976 году Макаров окончательно отходит от рока, а вместе с ним, и от игры на гитаре: «Я слушал всю музыку, которую мог найти, у меня начала собираться огромная коллекция пластинок. Больше всего я интересовался импровизированными мелодиями. Именно тогда я отказался от гитары в пользу виолончели, поскольку последняя обладает преимуществом — она может звучать одна. Постепенно я научился обращаться с этим инструментом, как с гитарой, играть на нем, «настраивать» его. Именно тогда я начал создавать свой собственный стиль…».

ВЕЛИЧАЙШИЕ МУЗЫКАНТЫ МИРА. ВЛАДИСЛАВ МАКАРОВ. ЧАСТЬ 2

Это суховатая музыка, в которой присутствуют резкие переходы, скачки и откровенные расколы. Смычок Владислава Макарова совершает по-настоящему судорожные движения, он врезается в пронзительные звуки саксофона Летова. Ударные Юденича при этом не определяют ритм музыкальных фраз, а скорее, в сумасшедшем порядке расставляют в них знаки препинания. Прислушайтесь к сменяющим друг друга каскадам виолончели, чей звук перекрывается оглушающим голосом альта, а чуть дальше слышится лихорадочная трель сопрано, неуклюже вступающая в общий хор, за ней — снова звуки кларнета, которые почему-то раздваиваются…

ПОМИНАЛЬНЫЕ ЗАМЕТКИ ОБ АЛЕКСАНДРЕ КОНДРАШКИНЕ, ПОДЛИННОЙ ЛЕГЕНДЕ ПИТЕРСКОГО РОКА. О ГОРОДЕ ЗАБВЕНИЯ И ЗАГАДКЕ ИНОПЛАНЕТЯН

В 80-х Кондрашкин играл во всех оппозиционных господствующей линии питерского рока «Боб-Цой-Майк» (как это выговаривал москвич Василий Шумов) группах — в «Странных играх», «Мануфактуре», «Джунглях» и др. Все эти группы почему-то долго не просуществовали. После своего кратковременного успеха их или в армию призывали, или их лидеры умирали при туманных обстоятельствах, или зачем-то уезжали за рубеж. Да и те, кто приближался близко к «Аквариуму»…

ПОМИНАЛЬНЫЕ ЗАМЕТКИ О ВЛАДИМИРЕ ПЕТРОВИЧЕ РЕЗИЦКОМ (1944-2001), ПОДЛИННОЙ ЛЕГЕНДЕ РОССИЙСКОГО ДЖАЗА

Когда на следующий день после инцидента Владимир Резицкий был вызван на ковер в Обком КПСС, власти предержащие поинтересовались у него подтекстом перформанса: «Человек на сцене застрял в красном рояле, просит его спасти, его оттуда за ноги тянут потянут, а вытянуть не могут! Что вы себе позволяете?! Думаете мы не понимаем, на что они намекают?!» На что Владимир Петрович не стал оправдываться, пожал плечами и многозначительно прокомментировал: «Москва… Перестройка…»

ВЕЛИЧАЙШИЕ МУЗЫКАНТЫ МИРА. СЕРГЕЙ ЛЕТОВ. ЧАСТЬ 2

Одно из самых постоянных сотрудничеств Летова — это, несомненно, сотрудничество с трубачом Юрием Парфёновым, участником группы Три-О: диск Secret Doctrine содержит некоторые из их дуэтов, записанных в 1992, 1993, 1995 и 1999. Это сборник абстрактной музыки, творческой, с большим количеством элементов разговора и вкраплениями бас-кларнета, который вновь дает нам возможность изумиться глубине творений обоих музыкантов, в частности, при прослушивании волнующей Procession, и, еще раз убедиться в том, что Летов — поистине замечательный флейтист.

ВЕЛИЧАЙШИЕ МУЗЫКАНТЫ МИРА. СЕРГЕЙ ЛЕТОВ. ЧАСТЬ 1

Сергей Летов — совершенно особенный персонаж современной русской музыки и, наверняка, один из самых выдающихся саксофонистов нашего времени. Внешность у него довольно необычная, чем-то напоминающая сумасшедшего ученого — грива непослушных волос, босые ноги и борода на манер древних пророков, смеющийся, чертовски проницательный взгляд, совершенно невероятная одежда и удивительно мягкий, нежный голос. Весь этот образ выдает личность неординарную, полную самых разнообразных противоречий, которые, в свою очередь, выражаются в музыке: все до последнего…

В ЧЕРНОЙ-ЧЕРНОЙ КОМНАТЕ СТОИТ ЧЕРНЫЙ-ЧЕРНЫЙ КАБИНЕТ. ПОМИНАЛЬНЫЕ ЗАПИСКИ О СЕРГЕЕ КУРЁХИНЕ

Бывало и так: открывается занавес — люди, одетые в черное, в черных очках выкатывают на сцену, именуемую «черный кабинет», огромный черный концертный Stainway и уходят. Гаснет свет, рояль широким лучом «берет» пушка, и наступает тишина. Минута проходит, другая, зал начинает недовольно шебуршать. И вдруг… крышка рояля открывается, из него появляется Курехин в джинсовом костюме с вышитым на спине разноцветными камнями словом Capitan. Фиксирует крышку и начинает извлекать волшебные звуки прямо из чрева рояля. Начинает с верхнего регистра, бьет молоточком по металлической раме, изредка задевая струны возле колков — в том месте, где струны вообще не должны звучать.

МИР ГЛАЗАМИ ДЖАЗОВОГО МУЗЫКАНТА. ЧАСТЬ 2: РОССИЯ. ВЗГЛЯД ИЗ НЕЕВРОПЫ

Люди Запада значительно более односложны, одномерны, предсказуемы, близки к механизмам, значительно менее индивидуальны, разнообразны, чем русские, «русские» — в широком смысле слова, а не как графа в советском паспорте. Западные люди легковерны по отношению к пропаганде, легко усваивают то, чем пичкают их СМИ – Министерства Правды. В то же время вследствие своей практичности, экономности, — в том числе и в области мышления, эмоций, интересов, — они очень ограниченны в знаниях, во всем, что выходит за рамки непосредственных утилитарных потребностей. То есть, они хотят знать лишь то, что положено им знать и… не более того.

МИР ГЛАЗАМИ ДЖАЗОВОГО МУЗЫКАНТА. ЧАСТЬ 1: РОССИЯ. ВЗГЛЯД ИЗ ЕВРОПЫ

Теплота, с которой принимали русских-советских в Европе и Америке в период ИСKUNSTВА, объяснялась не столько экзотикой, интересом к СССР и России, сколько тем, что холодная война вступила в завершающую фазу, а кое-где также вполне прагматичным стремлением немцев к объединению Германии. Все эти мероприятия, походы в ресторан со скрупулезно выписанными и подколотыми к финансовым отчетам счетами, оплачиваемыми на первом этапе местными культур-ферайнами, как-то не бросались нам в глаза. Отрезвление наступило после падения ГДР, затем падения СССР. В одночасье вся дружба куда-то улетучилась и началось мелочная месть за былые страхи и самоуничижение. Впервые я заметил это дело опять же в Италии.

СОН О СЕРГЕЕ КУРЕХИНЕ. ИНТЕРФЕЙС ХОДЖИ НАСРЕДДИНА. ЕЩЕ РАЗ ОБ ЭМИГРАЦИИ И ИММИГРАЦИИ. ОТРИЦАНИЕ ОТРИЦАНИЯ

Ну и нельзя не сослаться в этой связи на литовского композитора и перформера на живой электронике Ричардаса Норвилу. Ричард достаточно долго жил в Берне, Швейцария (изучал психоанализ), но предпочитает все же работать в Москве и вообще в России, не забывая навещать Восточную, Центральную и Западную Европу с концертами. Сейчас Ричардас Норвила — один из наиболее востребованных композиторов в российском театре. Спектакли с его музыкой идут от театров Новосибирска, Саратова и Пензы вплоть до МХАТа им А. П. Чехова (нашумевший спектакль «Терроризм»). Ричард сотрудничает с московским электронщиком Алексеем Борисовым («Ночной Проспект»), не отказываясь ни от поездок в Красноярск, Омск, Томск, ни от выступлений в Австрии, где у него недавно вышел очередной компакт-диск.

ХРОНОЛОГИЧЕСКИЕ ЗАМЕТКИ О САМОВЫРАЖЕНИИ И ЕГО ПРЕОДОЛЕНИИ

Тогда, на репетиции в таганском буфете, под грохот салюта Дня победы, под леденящие сердце причитания немолодых женщин, меня постигло вдруг ощущение кристальной ясности того, что Заратустра Фридриха Ницше называл Вечным Возвращением. Я вспомнил вдруг и умиравшего от саркомы сердца Курехина, и уже умершего Кейджа, и Шнитке, и все безмолвные удачные и неудачные трагические попытки высказаться, продлить свое существование, преодолеть свою временность, конечность, смертность. Возвращение в неумолимое вращение времен года, превращение молодости в старость, в перспективу, откуда единичность становится не видна, не различима и не столь уж важна…

КРАТКИЙ ОЧЕРК ИСТОРИИ НОВОЙ ИМПРОВИЗАЦИОННОЙ МУЗЫКИ В СОВЕТСКОЙ РОССИИ

Некоторые апокрифические рассказы уводят историю новой импровизационной музыки в России в 60-е годы. Еще до начала собственных выступлений на сцене я услышал от Бориса Лабковского, весьма разностороннего ровесника, что якобы существовал в Москве некий музыкант Виктор Лукин, который такую свободно-импровизационную музыку придумал и реализовывал придуманное на практике. Впоследствии барабанщик Михаил Жуков, в 1982 впервые выведший меня на сцену, подтвердил эти апокрифические байки: он самолично играл в ансамбле Виктора Лукина во время своей воинской службы в оркестре Московского Почетного Караула (откуда, по его словам, он знает, кстати, валторниста Аркадия Шилклопера).

О СТОЛИЦАХ, ПРОВИНЦИИ И ЭМИГРАЦИИ ИЗ НИХ

Позднее аналогичная в чем-то история приключилась и со мной. Ввиду того, что из физико-математической школы интерната меня исключили за плохое поведение, выразившееся в пропаганде религии (организация публичного чтения «Мастера и Маргариты»), ношении длинных волос и «распространении буржуазной идеологии» (в виде пластинок Битлов, Shocking Blue, Led Zeppelin и Deep Purple), я понял что нужно ехать из республики ученых и вообще из Сибири в какое-то менее кафкианское место. Так что и призыв чеховских сестер «В Москву! В Москву!» показался не столь уж бессмысленным. Забавно, что когда я рассказывал уже в Москве студентам-сокурсникам, за что меня исключили из 10-го класса в Новосибирске в 1974, никто не верил!

О ВОСПРИЯТИИ ЗАПАДОМ ПОСТСОВЕТСКОГО ДЖАЗА И РОССИЙСКОЙ ЭЛЕКТРОННОЙ МУЗЫКИ

Процесс интеграции российских музыкантов в мировое музсообщество пока продолжается. Конечно, за границей русских все еще опасаются. Имеет место определенная инерция и нежелание конкурировать на равных. С другой стороны, отечественным музыкантам, занимающимся современной музыкой, наверное, не стоит замыкаться на своей самости и вариться в собственном соку. Гораздо интереснее вступать во взаимодействие на разных уровнях с коллегами из-за рубежа, пытаться находить с ними общий язык, укрепляя тем самым международный авторитет русской музыкальной сцены.

ПОМИНАЛЬНЫЕ ЗАМЕТКИ О ТИМУРЕ НОВИКОВЕ. АНАЛОГОВЫЙ СИНТЕЗАТОР «УТЮГОН». ИДЕОЛОГИЯ «ПОПУЛЯРНОЙ МЕХАНИКИ». НЕСКОЛЬКО СЛОВ О ЛЕНИНГРАДЕ

Техника коллажа подразумевает и другие принципы композиции — прежде всего комбинаторику. Отсюда всевозможные оппозиции и обращения, инверсии (перверсии). Ну например, академическая живопись при мастерстве художника на уровне кружка при доме пионеров или декларации о культе атлетического мужского тела в духе художников Третьего Рейха и их последующее воплощение в виде открыток Оскара Уайльда на тряпичных одеялах.

СЕРГЕЙ КУРЁХИН

АГ: Ты можешь себя представить в качестве владельца самолета?

Курехин: Конечно. Вполне. Скорее даже не самолета, а целой эскадрильи, раскидывающей пластинки.

АГ: Но до того, как ты станешь летчиком, ты собираешься стать продюсером?

Курехин: Да. Но это закономерно. Сначала я начинаю выпускать пластинки, а потом автоматически перехожу к летчику. Летчик от музыканта практически ничем не отличается, просто все зависит от количества градаций.